Спору нет! (СИ)

Он вытянул один, где желтая тяжелая жидкость болталась на одну четверть и, дав себе команду не дышать, бросился в маленькую кладовку, примостившуюся по соседству с его чуланчиком и выходившую на кухню, куда Денис заскочил всего лишь на минуту и быстрым движением залил в нутро утюга несколько капель из пресловутой фигурной бутылочки. Потом, нарочито громко попрощавшись с Гердой, довольный собой, отбыл на работу. Дел сегодня особых не предвиделось. И Цесаркин намеревался, поработав в офисе, в честь пятницы слинять пораньше и отправиться в спортзал. Он уже представлял себе, как после кардиотренировок пойдет в бассейн, а оттуда в хамам. Уже почувствовал, как горячий пар согревает косточки. И в этот момент зазвонил сотовый, высвечивая слово из трех букв. «Бро».
Костик долго и нудно принялся рассказывать, как наконец-то сегодня он идет к Томагавкову брать интервью.
– Просто чума, а не стихи, малыш! –восторженно заявил брат. – Вот послушай!
– Вот тут я с тобой согласен. Настоящая чума, –хохотнул младший Цесаркин и перевел разговор на интересовавшую его тему. –У тебя в архивах коны есть? Нужно узнать, кто именно из стариков получил квартиру.
– Малыш, тут даже заморачиваться не стоит. Давай рассуждать логически. Бабушка наша
–  прекрасный человек была, но и все. Обычная домохозяйка, а дед –профессор. У нее просто звездный час пробил, когда он на ней женился. Она и замуж выскочила, не посмотрела, что у него от первого брака Лерка, мать наша. Быстрее Юльку родила. На всю жизнь себя обеспечила. Из грязи в князи.
– Да знаю я, –отмахнулся от брата Цесаркин. –Но Арахна, краб ей в печень, считает, что хата ей досталась по праву.
– Малыш, –простонал Константин.–Ну а что ей говорить? Опоила вашего дедка, выкрутила ему слабые руки?
– Наверное, ты прав, –хмыкнул Денис и собрался добавить, что Нина и бабушка Таня знали друг друга,как старший брат прервал беседу.
– Все, малыш,я около дома Томагавкова. Завтра у бабы Вари свидимся.
– Счастливо, –буркнул Цесаркин и отключился.Но по дороге в офис заглянул в архив ЗАГСа, а потом в ЖЭК. И если в ЗАГСе удалось обаять молоденькую девчонку и она пообещала найти документы, подтверждающие факт рождения Нины Тарантуль, то в ЖЭКе ждал полный облом. Кабинет паспортистки украшал огромный замок, а на объявлении с указанием часов работы Денису удалось прочитать целый рукописный чат алчущих попасть на прием.
Цесаркин заявился в офис раздраженный и слегка усталый. Как же надоела эта безалаберность! На прием в паспортный стол не попасть!
Он вошел в офис, где в приемной его секретарь Галина Андреевна что-то напряженно печатала, а рядом с ней на столе красовалась картонная коробка с логотипом кондитерской, находящейся по соседству.
Настроение сразу улучшилось.
– Это у нас по какому поводу? –пропел довольно Цесаркин.
– Вам доставили. Вон записочка прикреплена:«От благодарных клиентов».
Цесаркин, глупо улыбнувшись, уставился на половинку листа, где каллиграфическим почерком значилось:
«Примите этот маленький презент в знак оценки ваших дел и стараний!»
Денис,передернув плечами, попытался понять, кому из своих заказчиков помог так сильно, что кроме внушительного гонорара ему перепали еще и пирожные. И решив, что пославший сладости обязательно объявится, захватил коробку к себе в кабинет, по пути бросив угрюмой секретарше:
– Сделайте мне чаю!
Он вошел в кабинет и, отбросив портфель в сторону, быстро открыл коробку и обомлел.
Корзиночки с затейливым кремом, тарталетки с разноцветным желе и ягодами! Цесаркин сглотнул слюну от необыкновенной красоты. А еще запах –эдакий микс шоколада и лесных ягод. Полный оболдемон!
Не дожидаясь секретарши с чаем, он достал из бумажной розетки волован с шоколадным кремом и клубникой и откусил сразу половину пирожного. Денис удивленно воззрился на оставшийся кусок, сохранивший отчетливый прикус зубов. Да и все пирожное оказалось единым целым, а во рту нестерпимо быстро распространился гадкий привкус мыла.
– Эбонит тебе в ухо! –выругался Денис, выплюнув мыльную массу в урну.–Теперь-то понятно, кто прислал мне этот подарок!
Он метнулся к кулеру и, набрав полный стакан воды, побежал в санузел полоскать рот.
– Наверное, что-то перепутали, –обеспокоенно пробормотала секретарь. – Кто бы специально положил мыло ручной работы  в коробку из-под пирожных?
– Мыло? – глупо уставился на нее Цесаркин, не понимая, зачем из мыла делать десерт. – А выглядят как настоящие!
– Нет, –печально улыбнулась Галина Андреевна. – Сейчас мода такая, делать из разных сортов мыла пирожные и тортики. В интернете полно мастер-классов. И я видела целую лавку в каком-то торговом центре.
Денис, чувствуя во рту привкус мыла и малиновой отдушки, поморщился.
– Может, вызвать полицию? – забеспокоилась секретарь. – Такие шутки чреваты…
Но Цесаркин, отмахнувшись, улыбнулся через силу.
–Скорее всего, кто-то из моих приятелей повеселился, –хмыкнул он и отправился к себе в кабинет. Лениво потянувшиськ сотовому, обнаружил три пропущенных вызова.
– Что-то случилось, бро? –осведомился он недовольно.
– Я в больни-ше, ма-шыш. Прокля-шый поэт шломал мне руку и челюсть!
– Уже еду! – тут же заверил брата Цесаркин и, подхватив портфель, кинулся на помощь.
  
Глава 12.
 
Что ни говори, а самая необходимая вещь в доме – утюг!
В этот раз Нина рассердилась не на шутку. Мало того, что платье одно-единственное придется снова стирать, так еще и в салон опоздали к явному неудовольствию мастера. Хорошо хоть, Настя Аржановская трудилась в «Лайме» директором. Поэтому мужской мастер, улыбаясь слишком радушно, усадила Ромку на приставную кожаную скамейку и протянула между пальцев белокурый локон.
– Любая девушка позавидует, – радостно возвестила она. А Роман Михайлович напрягся перед неминуемой экзекуцией.
В процессе стрижки Нина видела, как у сына все ниже и ниже опускаются уголки губ, а на глаза наворачиваются слезы. И решила отойти в сторону, дабы ее впечатлительный сын не расплакался, жалея себя.
– Опаздываешь, мать, – пробормотала подошедшая Настя. – Хотя на тебя не похоже. Что-то случилось?
– Сосед утюг испортил. Начала гладить серое платье, такая вонь пошла. Пришлось срочно искать во что переодеться. Сама знаешь, что после погрома у меня вещей не осталось. Хорошо, в машине джинсы и майка валялись. Пока все под паром подержала… Вот и опоздали!
– Вот же урод! – протянула Настя и, чтобы немного развлечь опечаленную подругу, перевела разговор. – Мы теперь мылом ручной работы торгуем. Любой состав и размер.
Нина от нечего делать подошла к витрине, где на стеклянных полках кружились настоящие произведения искусства. Прозрачные овалы с фруктами и цветами внутри, озорные ярко-желтые лимоны и зеленые яблоки. Но венцом коллекции стала самая верхняя полка с тортиками и пирожными.
– Не отличишь, – хмыкнула Настя. – Сама, мимо как пробегаю, съесть хочу.
– Я спасу тебя, Аржановская, – заявила Нина. – Куплю их все!
– Зачем тебе столько? – не поняла подружка.
– Угощу хорошего человека. Он старался, в утюг «Красную Москву» заливал… Только бы упаковку нужную раздобыть…
– Делов-то, – усмехнулась Настя и скрылась в подсобке. А через минуту вручила Нине картонку с логотипом кондитерской. – Подойдет?
– Отлично!
Пока Настя лично складывала «пирожные», Нина зашла в платный ресурс, содержащий любые сведения о  юридических лицах  или предпринимателях. Обычно Тарантуль пользовалась им, чтобы узнать о финансовом состоянии клиента. Стоило только набрать ненавистные фамилию и имя, как тут же высветилась юридическая контора «Цесаркин и Ко».
«Цесаркин и Костик», – хмыкнула про себя Нина и быстренько скопировала адрес и телефон. А потом нашла нужный дом на карте. Оказалось, недалеко. Она критически осмотрела себя в зеркале. Потертые джинсы, серая майка поло, видавшие виды балетки.