Тайна Нотингер (СИ)

– Ну и в чём дело, я что-то не понял смысла в твоей прогулке?
– Мы для них из добычи превратились в опасных хищников. Мы же в городе их ели и они это сейчас каким-то образом чувствуют, не хотят они быть съеденными. Это почти также, если бы они были, так скажем овцами, а мы волками, - пояснил я и подобрал с земли свои вещи.
– Если это так, я готов попробовать мясо всех тварей что тут водятся!
– Со змеями это не пройдёт, они твари одиночные, хотя кто их знает, я пауков тоже безмозглыми считал, а оно вон как вышло.
Дальнейшее передвижение по территории мёртвых земель до самого вечера, было даже в какой-то степени скучным. На нас никто не нападал, пауки, увидев нас, прятались, а змеи, которых тут должно было быть много, вообще не появлялись. В такой спокойной обстановке прошли чуть ли не треть пути, от покинутого города Аркахита до границы Эйвенхарда. На ночлег остановились на берегу ручья, коих тут было не так уж и много, и это на краю мёртвых земель, в центре никакой воды совсем не было. В самом Аркахите даже глубокие колодцы были сухими, дождь был единственным источником воды, но ждать его приходилось по несколько месяцев. Здесь у ручья мы смогли вдоволь напиться чистой воды и помылись немного. Покрытые пылью и кровью разных монстров с ног до головы, мы сами были на них похожи, да и воняло от нас сильно.
– Кто будет дежурить первым? – спросил я, облизывая пальцы после того, как съел последний кусочек крысиного мяса. Рабор посмотрел на меня виновато, ведь в прошлый раз он уснул, и нас чуть не съели из-за этого.
– Чтобы уж точно не заснуть, буду ходить вокруг костра, - заявил он, давая понять, что первым дежурить опять будет он. Как и в прошлую ночь, я положил рядом с собой меч, а под голову мешок с золотом. Заснул мгновенно и в этот раз, мне совсем ничего не снилось, я, словно провалился во тьму.
– Кирит, просыпайся, твоя очередь вокруг костра ходить, - Рабор тряс меня за плечо. Просыпаться мне совсем не хотелось, но он был настойчив и добился своего.
– Я же только что заснул, - мне показалось, что спал я всего лишь чуть-чуть.
– Ага, только что, - усмехнулся Рабор, - до рассвета осталось всего ничего, я даже заснуть не успею. Поверив ему, я нехотя встал, а он тут же улёгся на моё место, заменив мой мешок своим. После меня земля ещё сохранила капельку тепла, и Рабор уснул также быстро как я. Под звук его храпа, я стал гулять вокруг костра. Вскоре мне это надоело, и я сел ближе к костру, подложил туда дров и достал из мешка найденную в склепе книгу. С первого её открывания, ещё там, в склепе, ничего не изменилось, я видел светящиеся буквы, но ни одной знакомой мне и сейчас не нашёл. – Странно всё это, почему я их вижу? Может всему виной проглоченный мною камень? Он до сих пор так и остался где-то у меня внутри, я в этом уверен, ведь отходы своего организма всегда проверял. – Закрыв книгу, я достал мамин портрет. Мне нужно было оставить его где-нибудь в укромном месте на территории Эйвенхарда, чтобы он не помялся за это время, но я не смог этого сделать. Хотелось, чтобы мама, пусть даже на этом портрете, всегда была со мной. Бережно расправив помятый лист, я положил его между страниц книги, так больше шансов не помять его снова. Положив книгу обратно в мешок, достал меч из ножен. Буквы на нём всё ещё светились, уже не так ярко, как в бою с крысами, но светились. Чтобы их запомнить решил нарисовать их на земле, у меня лучше получалось запоминать, когда я записывал какое-нибудь трудное слово. Подобрав прутик, аккуратно переписал надпись на земле и как только поставил последнюю закорючку, буквы засветились. Они засветились на земле, от чего я испугался и отпрыгнул от них, словно от ядовитой змеи.
– Ну и дела! Что же это за буквы такие? – подумал я, и в мою голову пришла догадка, от которой мне стало ещё страшнее. – Это магия, а буквы не что иное, как магическое заклинание, вот только что оно означает? – После этой догадки в голову пришла другая мысль, ещё более страшная, чем эта. – Простой человек не может заставить буквы светиться, а это значит, что я маг, ну, пусть не маг в прямом смысле этого слова, но обладаю магическим даром. Рабор резко перестал храпеть и перевернулся на другой бок, лицом ко мне. Я подумал, что он просыпается и быстро стёр написанные на земле буквы. Он на самом деле вскоре проснулся, но спросонья к моему счастью не увидел надпись на земле.
– Что, уже утро?
– Да, светает уже, надо собираться и идти дальше, нам осталось всего полдня пути.
– Ох, как же мне не хочется куда-то идти, сейчас бы ещё поспать, - Рабор с трудом встал и стал разминаться. Мне разминка была не нужна, мне были нужны ответы на некоторые вопросы и точно не от Рабора. Мне был нужен хорошо образованный человек, хотя бы немного знающий о магии или магах. Также я хотел узнать, что означает надпись на мече. Говорить о книге и уж тем более, показывать её кому-нибудь, я не собирался ни при каких обстоятельствах. С текстом в книге решил, разбираться самостоятельно, но вот как именно это буду делать, даже приблизительно не знал.
В путь отправились, когда солнце уже полностью появилось на небосводе. Рабор вначале захотел умыться, потом он решил, попить горячего отвара из трав, мешочек с которыми носил с собой. Потом справлял нужду и только после всего этого, стал собираться в дорогу. У нас вещей-то с собой было всего ничего, но он и это дело растянул на долгое время. Всем своим видом он показывал, как ему сейчас никуда идти не хочется.
– Дождь будет, - я посмотрел на небо, где солнце спряталось за прибежавшую неизвестно откуда тучу.
– Дождь - это хорошо, мне пыль мёртвых земель уже изрядно надоела, - Рабор с каждым шагом приближаясь к территории Эйвенхарда, становился угрюмым и нервным.
– Что-то случилось, ты выжил, но сейчас, когда осталось пройти несколько часов, идти уже не желаешь?
– Ничего пока не случилось, у меня предчувствие чего-то нехорошего.
Его предчувствие не подвело, обогнув последнюю скалу паучьего каньона, мы наткнулись на свежий труп песчаного волка. Арбалетный болт угодил ему в открытую пасть и вышел из затылка. Чуть в стороне от волка нашли следы сапог, оставленные Роном. Пройдя ещё чуть дальше по его следам, нашли сначала арбалет, а потом мешок с добытым сокровищем.
– Здесь что-то не так, Рон просто так золото никогда не оставит, - Рабор насторожился и достал меч. В том месте, где мы сейчас находились, было много больших камней, за которыми можно было спрятаться даже стоя в полный рост. Рабор снял свой мешок с золотом и положил рядом с мешком Рона, я, глядя на него, тоже так сделал и тоже достал меч. Какое-то время мы звали Рона, но он так и не откликнулся.
– Пойдём по следу, пока его ветер не стёр с земли, - предложил я и направился к огромному камню. Именно к этому камню вели следы, и они были немного странными, словно Рон бежал, делая большие прыжки. На камне нашли ещё следы, только в этот раз кровавые и оставленные рукой человека. Рона за камнем не было, он пошёл дальше, оставляя на земле уже не только следы от сапог, но и кровь. По такому следу его мог найти даже ребёнок, а уж мы и подавно. Рон лежал за следующим камнем и был мёртв, ему кто-то вспорол живот и сейчас все его внутренности лежали на земле.
Спустя небольшой промежуток времени нашли и второго участника этого поединка. Им оказался Песчаник, получивший удар мечом в шею. На момент нашего появления он тоже был мёртв и лежал в странной позе, словно прятал что-то в кулаке. Я даже не догадывался о том, что, имея настолько длинные когти, можно сложить пальцы в кулак, но Песчаник оказывается, мог. Пока Рабор грабил труп Рона, я решил посмотреть, что прячет в кулаке один из самых опасных монстров паучьего каньона. Тело Песчаника уже окоченело к этому времени и разжать пальцы, получилось далеко не с первого раза. Монстр прятал в кулаке светящийся красным цветом камень, он был почти такого же размера как тот, что я нашёл в колодце. Не думая о последствиях, я взял этот камень и сразу же пожалел об этом. Было ощущение, что схватил кусочек раскалённого металла, сильная боль пронзила руку, заставив сжать кулак. Через мгновенье боль также быстро исчезла, а я остался стоять с открытым ртом, для того чтобы закричать от боли. Поняв, что теперь уже кричать не имеет смысла, закрыл рот и разжал кулак. На моей ладони лежал камень, прозрачный как кусочек льда и уже не светился. Никаких следов ожога на ладони я не увидел, как, впрочем, и любых других ран, ладонь была чистой, словно я только что хорошо помыл руки.