Золото апачей (ЛП)
- Совершенно очевидно, что местность похожа на полуостров, - сказал профессор. - Вероятно, он простирается на север, и, кажется, больше, чем мы предполагали до сих пор. По крайней мере, у нас есть возможность это выяснить.
Было раннее утро, и они быстро двинулись вперед. Миновали лес, в котором водились дикие индейки, потом еще один, где также нашли этих птиц, еще спящих, осторожно избегая провалов и обрывов, уже им знакомых. Время от времени они останавливались, глядя на крутые склоны, на сосновый лес далеко внизу, на поблескивающую нить горного потока. Вдали виднелись хребты и вершины, многие - покрытые снегом, одинокие и величественные.
Затем местность пошла вниз, и они двигались сквозь бескрайний сосновый лес, пока не оказались в царстве тополей, берез, кленов и других лиственных деревьев. Они были очень красивы, убранные свежей листвой. Испуганный олень вскочил на ноги и быстро скрылся среди стволов. По склону сбегал ручей, рожденный где-то вверху, среди снегов. Герберт опустился на колени и напился ледяной воды.
- Мы ушли довольно далеко, - сказал профессор, - я уже вижу внизу долину. Кажется, это один из тех прекрасных, укромных уголков, которые встречаются в Скалистых горах на всем их протяжении от Мексики до Аляски.
Они двигались между деревьями, ведомые профессором, пока не оказались в долине, - прекрасной, относительно ровной, покрытой лесом, длиной в четыре или пять миль и шириной около мили. Однако не успели они сделать и полутора десятков шагов, профессор внезапно поднял руку и предупреждающе присвистнул.
Ручей, который они видели на склоне, понемногу расширялся, пока не превратился в настоящую реку. Там, где она достигла ширины ярдов в шестьдесят, не меньше, какой-то странный маленький зверь, каштанового цвета, с всплеском кинулся в воду и поплыл, мощно отталкивая воду задними лапами, сложив маленькие передние под мордой, к странной постройке в форме конуса, возвышавшейся прямо посередине.
- Это бобровая колония и построенная ими плотина, - прошептал профессор, - довольно большая. Нам повезло, парни. Здесь никогда не было охотников за мехом, и они дали бы большие деньги, чтобы узнать про это место! Ведите себя тихо, и мы увидим много интересного.
Мальчики не двигались и почти не дышали, настолько ими овладело любопытство. Они столкнулись с тем, что сейчас редко встретишь в Соединенных Штатах, и, припав к земле, стали наблюдать. Они увидели много бобров в воде и на берегу, - толстых, неуклюжих животных, весивших, вероятно, тридцать пять или сорок фунтов, - с большими овальными хвостами, равной длины и ширины, - покрытыми густым темным мехом.
Некоторые из них грызли дерево, поваленное ими, разделяя на небольшие части, вонзаясь в него двумя большими резцами, подобными ножам. Отделив кусок древесины, они подхватывали его и плыли к постройке в середине реки, и там утаскивали под воду или крепили, в соответствии с какими-то своими замыслами.
- Это они запасают на зиму еду, - прошептал профессор. - Смотри, Герберт. Сейчас будет что-то интересное!
В образованном плотиной пруду росли растения, и в нем имелись проходы, или каналы, довольно широкие, переходившие в лесные "просеки", простирающиеся, возможно, на сотни ярдов в лес. Они были заметны совершенно отчетливо, и Герберт, послушавшись профессора, понял, что к чему. Два бобра вытащили из леса свежий кусок клена и стали сплавлять его по каналу к плотине.
- Это тоже для еды, - улыбнулся профессор. - Они живут здесь долгое время, и валили нужные им деревья, пока их не осталось; тогда им пришлось делать "просеки" к деревьям, растущим дальше от берега, и каналы, чтобы доставлять их к плотине. Плотина - их место обитания, а каналы - как бы железнодорожные ветки, по которым осуществляется подвоз еды. Они следят за их чистотой, поскольку продовольствие должно доставляться непрерывно.
Теперь внимание Герберта привлекли хатки, - их было штук двадцать, - каждая футов семь в диаметре и фута в три высотой; у каждой имеется два подводных входа, пояснил профессор. Они были выстроены из травы, палок, мха и глины, и выглядели достаточно прочными, чтобы уберечь своих жильцов от нападения любого хищника.
Плотина, с помощью которой они создали пруд, - место расположения своего "города", - была еще более сложным инженерным сооружением. Она представляла собой нечто вроде дамбы, перегораживавшей реку, которая поднималась над уровнем воды футов на пять, в то время как в длину была не менее шестидесяти-семидесяти ярдов. Дамба была выстроена из стволов деревьев, которые бобры повалили, разделили на части и разместили поперек течения, а также камней, травы, веток и глины; эта плотина, как пояснил профессор, постоянно увеличивалась за счет приносимого водой мусора.
Все это было ново и необычно для Чарльза и Герберта; они смотрели и восхищались. Это было еще одно поселение, встреченное ими, подобное поселению людей на скале, и, вероятно, обитаемое длительное время. А потому было совсем не странно, что никто из троих наблюдателей не испытывал ни малейшего желания стрелять в этих трудолюбивых животных, занятых подготовкой к подступающей зиме, как это делали их предки, живя в отдалении и безопасности, на протяжении многих поколений.
Как кипела в пруду жизнь! По "каналам" перемещались куски дерева, в то время как два больших бобра подтачивали ствол на краю поляны, три фута в окружности. Каждый из них стоял на задних лапах и вгрызался в ствол. Когда голова проникала достаточно глубоко, они выдергивали ее вместе с куском дерева, и снова вгрызались. Другие бобры занимались обустройством хаток, а третьи занимались плотиной; все работали, где им было удобнее, и все трудились на всеобщее благо. Это предстало глазам Герберта как пример свободной, разумной, счастливой жизни, в которой существует разумное смешение труда и развлечений.
- Надеюсь, охотники за мехом никогда не доберутся сюда, - прошептал он.
- На это слишком мало надежды, - также шепотом ответил профессор. - Но это может случиться очень нескоро. По крайней мере, будем на это надеяться. А теперь нам нужно идти, парни, и я намерен показать вам кое-что еще.
Поднимаясь, он нарочно наступил на ветку, которая сломалась с громким треском. В одно мгновение все бобры кинулись в воду, и, вместе с теми, кто уже в ней находился, скрылись с глаз. По воде пошла рябь, затем ее поверхность снова стала ровной. Остались плотина, хатки, следы присутствия бобров, но самих зверьков видно не было.
- Они забрались внутрь своих домиков, - сказал профессор. - Замечательно, насколько велико может оказаться поселение, ими построенное, хотя, конечно, они могут строиться на одном месте в течение многих лет. Я слышал, что в Северном Висконсине и Миннесоте их плотины достигают размеров не менее двух сотен ярдов, но сам никогда таких не видел.