Не отвергай босса, опасно! (СИ)
У моего удивлённо приподнялась бровь, но он сумел взять себя в руки.
— О как… Забавно, — усмехнулся он и посмотрел на Катю таким взглядом, что мне стало страшно за неё. — Девочки, покиньте ненадолго кабинет, нам нужно с дамой в положении поговорить. Если узнаю, что кто-то из вас сплетни про мою жену распускает, уволю, не задумываясь.
Через две минуты мы остались втроём.
— Ты кому угрожать вздумала, мышь офисная? Или ты думаешь, твоя беременность тебя защитит от моего гнева? Вылетишь с работы как пробка из бутылки. И на другую работу не устроишься, а у вас, насколько мне известно, серьёзные проблемы в финансовом плане, муж-то оказался игроком.
— Серьёзно? — не удержалась я.
— Да, любовь моя, — от его слов у меня в душе потеплело. Увидев или почувствовав моё состояние, он добавил: — Видишь, как судьба к тебе благосклонна — избавила от проблем и подарила богатого мужа.
— И не говори.
Чуть ли не мурлыкая, ответила, млея от слов «любовь моя». Эх, как же женщинам мало нужно: ласковое слово — и мы таем. Катерина смотрела на нашу идиллию бледная, как снег, только глаза её горели лютой ненавистью. Не пойму, а сейчас чего она злится? Каков посыл, таков ответ. И только, наверное, из-за её взгляда я ей ответила так:
— Учись, Катя, вот так нужно изменять — раз и в дамках.
— Ты всё поняла? — обратился к ней Марат.
Та коротко кивнула, и мы покинули кабинет.
— Ой, отчёт забыла! — спохватилась я.
— Антон сам сходит, — процедил он как-то зло имя помощника.
Нет, я сейчас заберу, а ты не жди, — не давая вставить ему слова, развернулась и пошла обратно. Зайдя, обнаружила Катю в гордом одиночестве.
— Отчёт по нефтеперерабатывающему заводу, что в Саратове дай. — Та молча взяла папку, протянула её мне, я взяла, и меня словно прорвало: — Хочу предупредить — Сергей бесплоден, и может навредить тебе и твоему ребёнку, когда узнает правду. Вспомни меня, я чудом не потеряла дочь.
— Ты лжёшь! — зашипела она, прожигая меня взглядом, полным ненависти.
— Дело твоё, можешь не верить, но я тебя предупредила, а ты решай, что для тебя дороже: ребёнок или мужчина. Я выбрала первое, как ты поступишь — дело твоё.
Развернулась и ушла. Ну не смогла я промолчать, она хоть и предала меня, но её ребёнок ни в чём не виноват. Выйдя из кабинета, наткнулась на джигита, он смотрел на меня взволнованно, и в то же время зло. Наверное, на помощника ещё злится, на меня не за что.
— Марат, ты не ругай Антона, он же не знал …
— Он не имел права тебе давать задание, не посовестившись со мной, — вскипел мой защитник. — Всё, дочь приедет, уволю тебя, сиди дома.
— Марат, ты чего завёлся? И вообще, что за замашки тирана, я, может, работать хочу.
— Представляешь, и я хочу, но только спокойно, а с тобой так не получится!
— Ты меня недооцениваешь, — стало как-то обидно.
— Юль, дело не в том, что недооцениваю, я просто боюсь, что тебя обидят, и я не успею тебя защитить, вот и всё.
— Знаешь, я сама в состоянии за себя постоять, раньше…
— Вот именно «раньше», когда не было меня.
— Марат, давай не будем горячиться, а? Я же не маленькая девочка, честное слово.
В приемной Антон был печален — досталось-таки ему. Зайдя в кабинет, задала волнующий меня вопрос:
— Ты действительно можешь навредить беременной? Ударить или что-то в этом роде? — если скажет да, то всё, он для меня как мужчина не существует, не смогу с таким жить.
— Юль, с чего такие бредовые мысли лезут в голову? — возмутился он.
— Ты же Кате угрожал…
— Юль, судьба Кати решена, она будет сидеть в тюрьме, заслужила. Тут дело не только в тебе, — он нервно запустил пятерню в волосы. Видно, это решение для него не из лёгких. Интересно, в чём же она замешена? — В тюрьме тоже рожают, так что успокойся. И знаешь, я не думаю, что она беременна. Или же… ей нужен ребёнок, чтобы удержать твоего бывшего. Не может будущая мать назвать другого выродком. Понимаешь, о чём я?
— Ты хочешь сказать, что она обманывает?
— Да. А если и нет, то это только способ удержать твоего бывшего.
— Странно, а он мне говорил, что Катя не хочет.
— Дурёха, неужели ты думаешь, он признается, что бесплоден?
— Нет, конечно, — согласилась я.
Глава 23
После обеда я созвонилась с девчонками, рассказала свои новости. Сказать, что они были в шоке от услышанного — ничего не сказать. Соня вспомнила, что она психолог, и принялась меня успокаивать, а я ответила, что в норме.
— Железные нервы! — услышала голос Люды.
— Да нет, срыв был, поорала немного, но Марат успокоил.
— Действительно, что орать-то? У дочки родной отец, ты обеспечена, то, что он тиран — ерунда, воспитаешь. Но ты только со слезами приём часто не используй, а то он потом на них реагировать не будет, — предупредила Соня.
— Знаю, это средство на крайний случай, например, если о противозачаточных таблетках узнает — тут уж, думаю, придётся рыдать в три ручья, чтобы по шеям не получить.
— Юль, а что ты упираешься? Роди ему ещё одного, он счастлив, и у Алисы будет брат или сестра, — начала меня обрабатывать Соня.
— Вот когда брататься горестными воспоминаниями будем, тогда и расскажу, причину своего нежелания.
Я не хотела не только из-за боли. Марат с ходу тиранить начал. Я не думала, что он меня будет бить, хотя и этот вариант не исключала: он вспыльчив, и не факт, что в гневе до рукоприкладства не опустится — я пока не верю ему. Да и как после случая с Сергеем верить мужчинам? Хотя новость о бесплодии пролила свет на причину, почему в бывшего словно бес вселился, когда он узнал о моей беременности. Но это не оправдание его поступку — он мог просто уйти, тем более уже кувыркался с Катей. Лицемер!
— Согласна, это не телефонный разговор, — не стала настаивать Соня.
Мы обсудили изменения в планах, и девочки решили вернуться через полторы недели, разведать обстановку и помочь мне достать укол, чтобы я не погорела с таблетками. Самой такое провернуть боязно: Марат — мужчина мутный, может прикинуться душкой, но не факт, что по-прежнему за мной не следит.
* * *Полторы недели пролетели незаметно, у нас с Маратом всё было относительно спокойно, насколько это возможно с его взрывным характером — притирка шла полным ходом. Днём спорили, вечером мирились, Марат обнимал меня, как мягкую игрушку, и только после этого засыпал. Первое время пыталась освободиться, но хватка становилась сильнее, или — ещё хуже — джигит просыпался, и что за этим следовало — догадаться несложно. Пришлось привыкать к его объятьям. Кому что: детям — соску, Марату — Юлю подавай, чтобы спалось спокойно. Интересно, как он раньше без меня спал?
Через полторы недели я встретила Соню с Людой, мы поехали домой к нашему психологу, а вечером меня забрал Марат и долго ругался, что я немного навеселе. Фи, мы выпили-то на троих всего две бутылки вина, но ведь мой переживал: вдруг я в положении, и алкоголь навредит ребёнку. Через три дня укол мне достали, так что всё пока шло по плану.
А вот у девочек нет. На следующий день их навестили, как выражается Люда, псы смердящие, и началось… Короче, мне девчонки дали задание найти компромат, чтобы прижать кобелям хвосты, а то совсем обнаглели. И что-то подсказывало, моих подруг ждут ещё те испытания.
За день до приезда дочери у меня начались женские дни. Марат был подавлен из-за того, что я не забеременела, и с сексом облом. Нет, он, конечно, уговаривал меня, пришлось сказать, что в таком состояние — это вредно. Завис, посмотрел на меня с подозрением, но отстал. Правда, пришёл через час с распечаткой из интернета и заявил, что категорического запрета нет, и тут же достал презервативы. Пришлось рявкнуть на него — я не настолько к нему привыкла, чтобы пойти на такое. Обиделся.
На работе тоже всё было тихо, коллеги на меня смотрели с заинтересованностью, силясь понять, что во мне нашёл шеф, но обсуждать остерегались. Были и те, кто пытался завести со мной дружбу, но я их осаживала, понимая — не будь я женщиной Марата, они в мою сторону даже не посмотрели бы. Грош цена такой дружбе. Катерина старалась не попадаться на глаза, затем вообще ушла на больничный — надеюсь, что не по той же причине, что и я в своё время.