Не любовь (СИ)

Девчонка замечает это и с визгом уносится из комнаты. А лечу за ней с одним желанием: поймать и надавать ей по заднице так, чтоб сидеть не смогла.
Яйца болят, аж зубы сводит. Мелкая засранка.
Выбегаю из-за угла, а она там уже ангелочком прикинулась и бате глазки строит. Тот хмурится и злится. На меня! Охренеть не встать. Вот коза драная, успела ему уже что-то наплести.
А когда начинает издевательски склонять мое имя, бешусь так, что становится похрен даже на батю. Хватаю ее за руку и тащу за собой. Малявка упирается и пытается вырваться. Перекидываю ее через плечо, смачно припечатав ладонь к упругой заднице. А она начинает кусаться, царапаться и щипаться. Дикарка ненормальная! Чуть не уронил ее вниз головой.
Войдя в комнату, швырнул ее на кровать, завалившись сверху. Ее запах и тело подо мной такие притягательные, что я нехило так возбуждаюсь, забывая о том, что она недавно съездила мне по яйцам. Хочу ее.
Трусь о нее и она испуганно затихает, правильно расценив, что своими трепыханиями меня заводит.
Губы у нее мягкие и манящие. Хочется пройтись по ним языком и почувствовать какая она на вкус. И если бы не отец, который ломится в дверь, я бы это сделал. И вряд ли бы смог остановиться. Слишком хотел эту дикарку.
Она сбежала так быстро, что я даже не успел ее задержать. Да и не смог бы, потому что отец решил почитать мне нотации.
— Ты совсем озверел? Какого хрена ведешь себя как невоспитанный мудак? Зачем напугал девочку?
— Какую еще девочку — хмыкнул в ответ — Эта твоя девочка чуть не покалечила меня.
— А нахрена ты к ней вообще полез? Взрослый уже, мозгами думать начинай, а не тем что в штанах — рявкнул отец.
— Да ладно тебе, ничего не было.
— Алексей, я сейчас тебя последний раз предупреждаю: никакой вражды и ругани. Скоро вы породнитесь. Мне не хотелось бы чтоб вы жили как кошка с собакой.
— Окей. Я тебя понял.
— Раз понял, то иди извинись.
Я вышел из комнаты, а мимо меня пронесся ураган. Пока я решал идти за ней следом или нет, девчонка выскочила из комнаты и понеслась вниз.
Свалить что ли решила, не поверил я своему счастью. Неужели вот так просто можно было вернуть спокойствие в жизнь?
А потом из комнаты вышла заплаканная Светлана и батя пошел ее утешать. Спустя пару минут, он велел мне привести эту дикарку назад.
Ну и естественно, я остался виноватым.
Злой как черт, пошел догонять девчонку. Вот и ответит за мое испорченное настроение.
Оказалось, утопала она совсем недалеко. Ну я ее и окликнул. А эта коза решила меня игнорить. Снова захотелось отлупить ее.
Поймал за руку, вынуждая остановиться. А эта психованная решила треснуть меня по руке.
А потом начала язвить в ответ. Даже насмешила чуток. А потом все снова пошло не по плану и вместо того, чтоб спокойно вернуть ее домой, я чуть не лишился пальцев ног. Эт я конечно преувеличил, но было больно.
Стоим и прожигаем друг друга взглядом.
— Мир? — первым решаюсь сделать шаг навстречу.
— Нафига? — фыркает она — Ты мне не нравишься.
— Ты мне тоже. Но раз жить будем под одной крышей, то нам нужно как — то сосуществовать рядом. Да и родителей жалко — давлю я, и наблюдаю за ней.
— Ладно — с трагическим вздохом сдается она — Только чтоб руки свои держал при себе.
— Окей. Раз мы все выяснили, может вернемся? Мать хоть успокоишь.
— Хорошо — тихо отвечает она и разворачивается к дому.
Ну вот и приболтал. Делов — то. Ухмыляюсь довольно и иду следом.
5
Вера.
Мы вернулись в дом молча. Можно сказать, заключили пакт о ненападении. Лешик, бросив на меня хмурый взгляд, удалился. А я осталась с матерью и будущим отчимом. Тот посмотрел на нас и сказав, что ужин будет через пятнадцать минут, удалился.
Мы стояли напротив друг друга и молчали.
— Вер… Прости меня — жалобно протянула она и не выдержала. Всхлипнув, бросилась ей на шею. Наревелись обе.
— Пойдем умоемся. После ужина поговорим, обещаю.
Быстро приведя себя в порядок, вышла из ванной комнаты. В коридоре столкнулась с Лешиком. Тот, увидев мои заплаканные глаза, хотел что — то съязвить. Но я взглядом дала понять что растерзаю его, как только откроет свой рот. Он, кривенько улыбнулся и подал мне свой локоть. Такой чинной молчаливой парой мы и спустились в столовую.
Родители уже были там и при виде нас не смогли скрыть свое удивление.
— Что-то не так? — как ни в чем не бывало спросил парень, усаживая меня за стол. Мама растерянно улыбнулась, а его отец, покачал головой:
— Рад, что вы поладили.
Ага. Поладили. Смотрю как Лешка обходит стол и садится напротив меня.
Разговаривать неохото. Да и есть тоже. Поэтому молча ковыряю мясо в овощах.
— Вера, ты уже выбрала университет? — спросил меня Борис Дмитриевич. Я посмотрела на маму. Странно, она что ему ничего не рассказала? Или она ему обо мне вообще ничего не рассказывает?
— Выбрала. Медицинский.
— И кем хочешь стать?
— Буду неврологом, когда закончу институт.
— Ммм… Ты так уверенно говоришь об этом.
— Конечно уверенно. Я уже два года готовлюсь к поступлению. Теперь и деньги есть. Правда, мама?
— Мы с тобой обсудим позже. Наедине.
— Ладно. Если никто не возражает, то я пойду в комнату — разговор мне совершенно не понравился. Да что говорить, я психанула. И снова навалилось это все. А ведь я только сегодня узнала об этом. И спешный переезд…
Так, стоп. Если она продала квартиру, то должна была выписать меня.
Я быстро поднялась на этаж и начала рыскать в поисках паспорта. Да где он, черт возьми?!
Ага, нашла. Быстро пролистала странички, и уставилась в печать.
Я все еще числюсь зарегистрированной по нашему адресу.
Не поняла…
Тааак… Походу мамуля что-то недоговаривает. Разве, при продаже квартиры меня не должны были выписать? Или она ее еще не продала? Тогда к чему это?
Вопросов было так много, что усидеть на месте было просто невозможно. Я подошла к окну, и только сейчас заметила, что у меня есть балкон. Потянув ручку, вышла наружу.
Когда мы отдалились друг от друга? Раньше, я и подумать не могла о том, что мы станем почти чужие друг другу. Ведь мы были очень близки. Тогда, в какой момент мы перешагнули грань? Как же получилось так, что моя мать стала для меня незнакомкой?
А я? Я ведь сама перестала интересоваться ею. Новые друзья, первая влюбленность, все это совсем не сблизило нас, а наоборот — отдалило друг от друга. Меня стали раздражать ее вопросы. Я срывалась и просила не лезть в мою личную жизнь. Требовала больше пространства для себя. А она упиралась, но спустя несколько ссор и скандалов, закончившимися тем, что я не пришла ночевать домой, она перестала контролировать меня. Лишь настаивала на моей учебе.
— Вер? Поговорим? — тихий голос матери ворвался в мои мысли. Я настолько погрузилась в себя, что даже не услышала как она вошла.
— Скажи, мам, ты продала квартиру? — я повернулась к ней. Она глубоко вздохнула и покачала головой.
— Прости, что пришлось обмануть тебя. Если бы я просто предложила тебе переехать, то ты бы отказалась. А мне так хотелось наладить отношения с тобой. Хотелось, чтоб мы стали ближе. Пойми, тебе нужна была эта встряска. Ты ведь совсем замкнулась. Перестала мне что-то рассказывать. Я не знала, как достучаться до тебя.
— И ты решила пойти на обман? Радикально, нечего сказать. И ведь подловила же. Я поверила — смешок сорвался с губ.
— Ты сильно обиделась? — она смотрела мне в глаза, а было чувство, что она пытается проникнуть в мою душу.
— Даже не знаю… Мы обе виноваты. Но… Я ведь могу вернуться домой?
— Эммм… Пока нет. Я сдала ее на все лето.
— Блин, шутишь что ли?
— Нет. Но этих денег хватит, чтоб заплатить за семестр. Осенью, можешь въехать. Я не буду настаивать. Но это лето, ты поживем здесь.