Не любовь (СИ)

Сзади раздался всхлип. Я обернулся и увидел стоящих за спиной Веру и Аленку. Глаза Веры заволокло слезами.
— Бля… — выдохнул, понимая, что они все слышали.
26
Вера.
Когда Аленка предложила мне съездить в клуб, я согласилась. Развеяться определенно не помешает. Только вот не знала я, чем обернется эта поездка.
Наши отношения с Алексом стали в последние дни накаляться. Парень стал более задумчивым и бросал на меня какие-то нечитаемые взгляды. Я не могла понять, что с ним происходит. В глубине души росла тревога. Напрасно я это игнорировала.
Когда мы увидели возле барной стойки парней, то удивились. Но я обрадовалась: сейчас подойду и закрою ему глаза ладонями. Он обрадуется, когда поймет, что я рядом. Спросит, как я здесь оказалась, а я отвечу: сюрприз!
Уже предвкушая как все произойдет, я дала Аленке знак, что мы подойдем тихо.
Только вот сюрприз ждал меня. Причем такой, от которого мой внутренний мир рухнул: я ему не нужна. Слова Алекса словно висели в воздухе. Он с таким пренебрежением ответил Марку, что все мои иллюзии на совместное счастье, разбились вдребезги. Между нами просто секс. Ничего серьезного…
Глаза защипало от слез и Аленка громко ахнула. А я смотрела, как Алекс медленно оборачивается и смотрит на меня. Больно так, что сдерживать слезы не хватает сил.
— Бля… — выдохнул он и поморщился.
Я ощущала себя так, словно меня предали. Человек, которому я отдала свое сердце, просто растоптал его. Не нужна ему моя любовь. И я не нужна…
Я развернулась и пошла назад, слыша как он окликает меня. Зачем? Снова начнет оправдываться, что все не так? Не хочу ни видеть его, ни слышать.
Сорвалась на бег, в единственном желании оказаться как можно дальше отсюда.
— Стой! — его голос приближался, а я продолжала бежать, расталкивая всех на своем пути. Слезы бежали по щекам, делая реальность вокруг меня мутной и размытой. Бежала вперед, не обращая внимание на маты людей, летящие мне в спину. Похрен. На всё. Главное, оказаться как можно дальше отсюда.
— Да стой же ты! — его окрик резанул по ушам. Я продолжила свой побег от человека, которому я не нужна, но который меня зачем — то продолжает нагонять. Видимо, хочет ранить ещё сильней. Он резко дернул меня за руку, вынуждая остановиться. Я развернулась и ударила его по щеке:
— Не тронь меня. Не подходи— голос срывался на рыдание. Меня трясло. Хотелось просто исчезнуть, испариться. Он втащил меня в какую — то комнату. Прижал к стене, упираясь руками по сторонам от моей головы. Дышал тяжело и зло сверкал глазами. На щеке проступал след от моей ладони. Я хотела ударить еще. Больней. Чтоб почувствовал, как больно, когда тебя предают.
Он молчал. Только смотрел мне прямо в глаза. Я дышала шумно, со всхлипами.
— Что, скажешь снова: это не то, что я подумала? — с горечью спросила, глядя в любимые и такие лживые глаза.
Он дернулся от моих слов, но продолжил сверлить меня взглядом.
— Не скажу.
Даже не отрицает. В душе сгорел последний огонек надежды на то, что это все неправда. Я зажмурилась, чтоб не реветь. Глубоко вдыхала воздух, пытаясь успокоиться.
— Для чего тогда все это было? — спросила, зная, что ответ мне не понравится. Я ведь чувствовала это еще с самого начала. Знала, что нельзя ему доверять. Предчувствовала, что он разобьет мое сердце, но все равно питала иллюзии.
— Хотел тебя трахнуть — грубость его слов резала по венам — Ты ведь хотела отношений. Я тебе их дал. Какие смог. Ты сама ставила условия. Я просто хотел тебя. Но ничего тебе не обещал. Верно, малыш? — ответил, словно издеваясь.
Это обращение меня взбесило так, что я начала лупить его куда придется. Ненавижу.
— Ненавижу! Как же я тебя ненавижу! — кричала я, срываясь на рыдание. Он молча принимал мои удары, даже не пытаясь перехватить руки. И себя ненавижу. За то, что позволила себе обмануться. За то, что приняла желаемое за действительное. Плакала, повторяя, как ненавижу его. А потом я выдохлась. Стояла, пытаясь отдышаться и успокоиться. Получалось плохо. Алекс прижал меня к себе, и я на минутку позволила себе забыться. Вдыхала запах любимого и ненавистного парня. Как же можно сочетать в себе эти два полярных чувства? У меня лучший учитель. Он помог. Наделил меня опытом.
Я отстранилась и оттолкнула его от себя. Посмотрела на него, вложив все презрение, которое бушевало сейчас во мне, во взгляд:
— Больше никогда не смей притрагиваться ко мне. Ты мне омерзителен — сбросила его руки со своих плеч. Вышла, захлопнув за собой дверь. Больше я не позволю ему играть своими чувствами. Отныне: он для меня не существует.
В особняк я не поехала. Не желала и лишней минуты пробыть там, где все напоминало о моей глупой влюбленности. Накрыло отчаянное желание спрятаться, испариться. Исчезнуть и забыть все произошедшее, как страшный сон. Чтоб проснуться в новой реальности, где не будет его. Не будет слез, страданий и переживаний. Не помню как, но мы доехали до Аленки. Ее мать разрешила мне пожить столько, сколько будет нужно.
Они отпаивали меня чаем. Я плакала и очень хотела обнять свою мать, которая сейчас так далеко, наслаждается семейным счастьем. А мне очень нужны были родные объятия. Хотелось, чтоб она обняла меня и утешила, заверила, что все пройдет и все будет хорошо. Но звонить ей не стала: ни к чему грузить ее своими страданиями. Пусть хоть у нее все будет хорошо. А я как — нибудь справлюсь. Переживу, переболею. Сотру его из памяти.
На следующий день проснулась разбитая. Под глазами синяки. Лицо отекшее. Умылась и более-менее привела себя в порядок. Нужно было съездить за вещами. Поживу пока у Аленки, а когда вернется мама, попрошу чтоб освободила квартиру. Буду жить там. И никаких больше сводных братьев в моей жизни не будет. Не знаю, смогу ли я рассказать ей обо всем, но она должна понять меня и отпустить. В том доме меня больше не будет. Не зря я не хотела ехать туда еще в самом начале. Как чувствовала, что ничем хорошим это не закончится. Надо было еще тогда настоять на своем и не соглашаться на переезд. Сейчас бы ничего этого не было.
Завтракать я отказалась, потому что аппетита совсем не было. Выпила кофе. Мысленно настраивала себя быть сильной. Плевать на Алекса. Я туда еду не надолго. Заберу вещи и сразу свалю. Пусть думает что хочет. Теперь мне тоже на него пофигу. Пусть катится к черту. Он мне больше не нужен.
Аленка поехала со мной. Ее моральная поддержка для меня многого стоило. И еще я вспомнила, как мы с ней едва не рассорились из- за Алекса. Хорошо, что хватило ума не ставить дружбу под сомнение из-за парня. А сейчас так это еще больше давит меня. Я совершила ошибку, довершись тому, кому изначально не следовало доверять. И теперь расплачиваюсь за это. Но все пройдет. Рано или поздно, пройдет. И не останется никаких чувств.
Мы поднялись в комнату и подруга помогла мне упаковать вещи. Она постоянно о чем — то говорила, старалась развеселить меня. А потом услышали женский смех. Обе, непроизвольно, вздрогнули и покосились на дверь. Этот козел, не успев расстаться со мной, притащил в дом девку. Мне стало так больно, что подступили слезы. Я моргнула и принялась с остервенением заталкивать вещи в чемодан. Сволочь. Как же я ненавижу его.
Когда с вещами было закончено, мы вышли, вынося чемоданы в коридор. Водитель помогал перенести их багажник. Он даже не спрашивал, что случилось и куда я переезжаю, потому что я не желала разговаривать сейчас даже с ним. Сейчас мне хотелось поскорей уехать отсюда, чтоб не слышать тупое хихиканье и жеманных вздохов.
— Милый, куда ты? — капризный голосок резанул по ушам. Милый, бл. ть. Какой он, милый? Енот-потаскун недоделаныый. Как шлюха скачет из одной койки в другую. У него ведь все несерьезно. Ему же больше ничего и не надо, только пристроиться к кому — то. Да навешать лапши на уши, если не дают. А потом наиграться и бросить.
Я не стала ждать, пока на моем пути встретится Алекс, схватила сумку и выбежала из дома. Нет сил больше находиться в одном помещении с ним. Аленка меня поймет. Не станет обижаться, что я убежала.