Сказки темного города. Махаон
– Тарон же тоже слышит это, – прошептала я, вытерев нос и посмотрев на Тизару.
Она покачала головой, недовольно глядя на меня, затем проговорила:
– Этаж детей до приезда их сюда сделали непроницаемым для звуков с помощью заклинаний тишины. Тарон и Элиска спокойно спят в своих кроватях и ничего не слышат.
– Господи, это прекратится когда-нибудь? – прошептала я. – Почему вы не внушили им покорность? Они хотя бы не умирали в ужасе.
– Разиэль не любит пить кровь у покорных, – сухо бросила в ответ стригойша.
– Тварь, – едва не стуча зубами от сотрясавшей меня нервной дрожи проговорила я. – Все вы здесь твари.
Тизара ничего не ответила на это, встав у двери.
– Как верный пес, – презрительно окинула я ее взглядом. – Можете идти отдыхать. Дичь не сбежит.
– Дичь там, – Тизара строго кивнула в сторону начавших затихать стонов. – И если ты не хочешь стать тоже ею, то советую слушать его светлость.
– Слушать, – я закрыла на мгновение глаза и глубоко вдохнула, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце. – Идите, Тизара, к детям. Проследите лучше, чтобы они спали в кроватках и не спускались вниз. Пожалуйста. Я хочу побыть одна хоть немного. Мне это просто необходимо.
– Бежать некуда отсюда, вы знаете, поэтому даже не пытайтесь, – проговорила она мне в ответ. – У вас и так шаткое положение, пока Разиэль находится здесь. Если честно, я не думала, что он вас в живых оставит. Обычно он всех неугодных всегда сразу убирал от Дорна. А вы…не понимаю причины такой благосклонности к необратимой ведьме. Примите ванную и успокойтесь. Дорн придет сюда не раньше, чем Разиэль закончит развлекаться там. Где-то час у вас есть, чтобы прийти в себя.
Сказав это, Тизара вышла из комнаты. Я же провела ладонью по лбу и встала с кресла. Крики внизу стихли, но в моей голове, казалось, они не прекращались, гулким эхом продолжая пульсировать в каждой клеточке моего мозга. Снова десятеро скорее всего погибли. Такого ужаса я не испытывала даже тогда, когда пала стена Махаона, ведь тогда гибли в битве за ковен, а сейчас? Застонав, я прошла в ванную комнату. Стащив с себя одежду, я погрузилась в горячую воду, которая была уже набрана в белоснежную ванную. Затем погрузилась с головой, давая успокаивающему теплу смыть ужас прошедшего дня. Хотя, можно ли было его забыть? Вряд ли. Спустя четверть часа я немного пришла в себя и едва ли не выползла от усталости из водного дурманящего плена. Вытершись полотенцем, быстро надела платье и вернулась в комнату. Подойдя к окну, я отодвинула шторы и распахнула ставни. Теплый ночной воздух ворвался в помещение. Глубоко вдохнув полной грудью, я закрыла глаза, подставив еще влажное после принятия ванны лицо под дуновение ветерка. Не знаю, сколько я так простояла, но когда услышала стук двери позади, то даже не повернулась. Я знала, что это был Дорн. Стригой так тихо двигался, что его присутствие я ощутила, а не услышала. Тепло позади меня. Даже не касаясь, он, казалось, согревал меня. Затем тепло отступило и я повернулась. Дорн стоял у камина, наливая в бокал какой-то напиток. Спокойный, без единого колебания хоть каких-то эмоций на лице. Словно не было час назад внизу тех ужасных звуков. Мне даже стало страшно за себя в этот момент. Надпив пару глотков из бокала, Дорн подошел ко мне. Я же просто напряженно наблюдала за ним.
– То, что требует Разиэль…Я тебя не трону. Не смотри на меня с таким ужасом.
– Но…, – я недоуменно нахмурила брови.
В этот момент в двери тихонько постучали. Дорн открыл их и в комнату втолкнули Дирзаль. Ведьма окинула взглядом меня и Дорна, и приклонила пред ним колени.
– Мне помощь твоя нужна, – проговорил строго Дорн, кивком приказав ей подняться на ноги.
– Какого рода? Вы знаете, что я более не лечу, – смиренно проговорила ведьма.
– Нужно не лечить. Я хочу знать, как сделать так, чтобы скрыть от Разиэля то, что мы с ней не спали вместе этой ночью, – гипнотический взгляд просто прошивал Дирзаль.
Ведьма удивленно окинула меня взглядом. Затем, подумав, проговорила:
– Чистокровный чует ведь, что кровь женщины наполнена сущностью мужчины, я так понимаю?
– Что-то сродни этому, – кивнул Дорн.
– Значит нужно просто испить ей вашу кровь. Хотя бы пару капель. Кровь стригоя не несет ей вреда, поскольку она необратимая, но пару-тройку дней будет курсировать в ее теле. Разиэль почует именно то, что нужно.
Я скривилась, Дорн же так строго на меня посмотрел, что я враз опустила глаза.
– Но я не могу гарантировать, что это сработает, – проговорила осторожно ведьма. – Как вариант, можно создать иллюзию зачатия в ней сверх этого. Но на это потребуются некоторые ингредиенты.
– Говори, все принесут, – сказал Дорн и выглянув за дверь подозвал Алин, которая и привела была Дирзаль из темницы.
Дирзаль молча повела бровью в ответ на это.
– Хорошо, – Дорн прищурил глаза и подошел к ведьме. – Говори, что хочешь в обмен на эту услугу.
– Я обману сейчас чистокровного. Но у меня есть условие.
– Какое? – Дорну явно не нравилось торговаться с ведьмой.
– Я выйду из темницы и стану служить Авенире, – испытывающе глядя на Дорна проговорила Дирзаль.
Тот в ответ лишь изогнул недовольно бровь.
– Тебя пили, старуха, – бросил он наконец. – Таких в доме я не держу.
Дирзаль усмехнулась и проговорила:
– Тогда выкручивайтесь сами. Помогать не стану. Вам-то чего? Впервой девицу в постель укладывать? Нет. Да только не хотите, причина на то есть, так ведь? – тон ведьмы был насмешливым, она явно точно знала, что Дорн пойдет на сделку.
Стригой молча окинул ее взглядом и в итоге махнул рукой Алин, давая понять, чтобы она слушала то, что ей будет говорить целительница. Дирзаль попросила достать Алин несколько ингредиентов для нужного заклинания и когда та вернулась, то изломала в щепки кору дерева и бросила их на стол, затем посыпала парой щепоток земли и проговорила какие-то слова, держа меня за руку.
– А теперь кровь, – кивнула она Дорну.
Стригой прокусил свое запястье и подошел ко мне. Я отчаянно посмотрела на капающую на пол густую алую кровь и замотала головой:
– Меня стошнит. Я не смогу.
– Не хочешь так, тогда ложись в кровать, и я сделаю все, как надо, – спокойно проговорил Дорн. – Я не буду утром объяснять Разиэлю, почему ты еще девственница и почему я не выполнил приказ. Ну или можешь уехать с ним. Выбирай.
Понимая, что выбора у меня нет вообще никакого, я осторожно взялась за запястье Дорна. Притронувшись губами к кровавой ране от укуса, я отпрянула и облизнула губы, почувствовав соленый вкус во рту. Закрыв глаза, борясь с тошнотой, я пару минут пыталась успокоить бешенное дыхание, потом посмотрела на наблюдающего за мной стригоя и сказала:
– Ну и дрянь. Как вы ее пьете?