Сказки темного города. Махаон

– Да что же это такое, – прошептала я, на мгновение закрыв глаза. – И когда это закончится? И закончится ли?
– Держите себя в руках, – строго проговорила Алин. – Валдара спровадили, теперь остался лишь Разиэль. Вечером передаст кинжал всевластия Дорну и все, более к клану никто отношения иметь не будет, кроме лидера. А он-то наведет здесь порядок. Мы все на это уповаем.
– Какой порядок? – закатила я глаза. – Он же стригой! Какой может быть порядок? Не таких малолетних пить будет? Или отпустит пленных ведьм? Ты сама-то веришь в то, что говоришь?
Алин подошла ко мне и странно так посмотрела.
– А вы разве не понимаете, что лучше Дорна для нашей земли быть не может правителя?
– Чем лучше? – недоумевающе спросила я.
– Всем, – кивнула головой Алин. – Абсолютно всем.
– Я или сплю, и мне все это снится, или вообще ничего не понимаю, – теперь уже я посмотрела на Алин, как на сумасшедшую. – Как ведьма может что-то хорошее видеть в том, что стригой правит нашими землями?
– Авенира, – послышался за дверью недовольный голос Лилит. – Проявляешь неуважение.
– Идите, – кивнула на двери Алин. – Не заставляйте его светлость ждать вас. Он не любит опозданий.
– А я не люблю быть в том месте, куда бы за все сокровища мира ни за что по доброй воле не пошла бы, – огрызнулась я и направилась прочь из комнаты.
За дверью меня уже ждала Лилит, прекрасная, как никогда, в ослепительном платье цвета спелой вишни. Окинув ее взглядом, у мелькнула мысль, что ей больше пошло бы быть стригоем, чем ведьмой. Темные глаза с хищным взглядом, кроваво-красные губы, которые она то и дело покусывала, поскольку явно изрядно нервничала, длинные волосы, завитые в крупные локоны, собранные в красивую прическу вокруг ее головы – все в ее облике было идеально. Глядя на нее, меня мучил вопрос, почему она идет на этот прием. Дорн точно не заставлял ее быть здесь, да и сама она явно не хотела видеть Разиэля.
– Лилит, – остановила я ее возле лестницы и все-таки задала ей этот вопрос. – Тебя заставляют быть здесь сейчас?
Красавица обернулась ко мне и, помедлив пару секунд, наконец ответила:
– Азарг хочет просить моей руки. Но на то, чтобы кто-то из линии крови Разиэля связал свою жизнь с представителем другого вида, нужно личное разрешение чистокровного. Поэтому я и буду на приеме.
– То есть если он не разрешит, то вы не сможете быть вместе? – мои брови поползли вверх от удивления.
– Сможем. Но лишь как любовники. Обращение я не хочу принимать, а вот чтоб так – ведьма и стригой, на это уже только он может позволение дать.
– А дети? Ты же погибнешь, если рожать будешь без обращения от стригоя.
В глазах женщины мелькнула тень боли.
– Дети…У меня не может быть детей, – глухо ответила Лилит. – Я после той ночи с Разиэлем малыша понесла была. Но мне приказано было избавиться от него. Все прошло не очень гладко. Так что…никаких детей.
Сказав это, она опустила глаза, затем вздернула подбородок и кивнула мне, давая понять, чтобы я шла за ней. Ступая на негнущихся ногах за Лилит, я в ужасе думала о том, что будет вообще со мной здесь, раз вокруг было столько загубленных судеб. Выпитые девушки, пленные, Лилит…что будет со мной? И когда мы спустились вниз, я точно знала, что сделаю все, чтобы не потерять на этом вечере себя, как ведьму. И черт с ним, с тем, что все говорили, в любом случае ничего хорошего просто не могло быть. И если я шагала среди этой кровавой шайки как ведьма, то ведьмой этот путь с достоинством и должна была пройти. На подсознании чувствовала, что если сейчас поникну и поведу себя как рабыня, то до конца моих дней буду здесь в этой ипостаси век свой доживать. А то, что я выберусь когда-то отсюда, это было настолько призрачной мечтой, что думать об этом было ужасно больно.
Спустившись по ступеням, Лилит вдруг остановилась, напрягшись и устремив взгляд на входные двери. Едва не налетев на нее, я проговорила недовольно:
– Чуть на подол вашего платья не наступила!
– Тише, – напряженно прошептала Лилит, указав на двери, за стеклянными вставками которых была видна двигающаяся к особняку группа, состоящая из пятерых мужчин, одним из которых был Доран, и красивой женщина, идущей под руку с одним из гостей.
– Разиэль, – прошептала тихо Лилит и отошла в сторону, склонив голову и присев в реверансе.
Я же словно окаменела, наблюдая за тем, как дворецкий распахивает двери, и отходит так же в сторону, дожидаясь, пока процессия войдет в дом.
Не трудно было догадаться, кто из четверых мужчин, которые шли рядом с Дорном, был именно чистокровный. Высокий мужчина на вид возрастом около сорока лет, одетый в черный костюм, мрачность которого разбавляла белоснежная рубашка, украшенная едва заметной серебристой вышивкой на воротнике. Крепкого телосложения, с явно идеальным спортивным телом, мышцы которого просто играли под одеждой, чистокровный был очень похож на Дорна, только ростом немного ниже. Зачесанные назад черные волосы, широкие брови над иссиня-черными глазами, прямой нос, выдающийся резко очерченный подбородок, крутые скулы и чувственные губы, которые то и дело улыбались странной какой-то улыбкой, в которой явно прослеживалась въевшаяся до мозга костей властная порода знающего себе цену представителя сильной половины стригоевого общества.
– Авенира! – зашипела Лилит. – Отойди и голову склони!
Я опомнилась, и быстро отошла в сторону, сделав все, как сказала ведьма, украдкой наблюдая за тем, как чистокровный отдает служанке шляпу и свою трость с набалдашником в виде головы летучей мыши.
– Он правда может в летучих мышей превращаться? – не удержавшись, шепотом спросила я у Лилит.
Она ничего не ответила, зато послышался спокойный голос с приятными бархатными нотками:
– Прекрасная мадмуазель хочет знать, могу ли я принимать вид летучей мыши, как то ей рассказывала мать в страшных сказках?
– Простите, – натянуто произнесла я, не поднимая головы, – я забыла, что вы слышите лучше, чем все остальные.
–Ничего, – проговорил стригой, подойдя к нам с Лилит и остановившись напротив. – Любопытство молоденькой ведьмы вполне себе естественно.
Проговорив это, он взял мою ладонь в свою руку и, слегка наклонив голову, поцеловал мои пальцы. Я же напряженно наблюдала за ним. В какой-то момент в моей голове словно покрылось все туманом. Стало так спокойно, захотелось улыбнуться. «Читает мысли», – пронеслась догадка, и я с огромным усилием воли выдернула свою руку из его ладони. Туман вмиг испарился из моего сознания. Стригой же прищурил глаза и едва уловимое недовольство промелькнуло в них. Затем он окинул взглядом стоявшего рядом Дорна и проговорил:
– Я думал она старше. Необратимая ведьма. Сколько тебе лет? – стальные нотки зазвенели в голосе, и я поняла, что сухой мне из воды не выбраться этим вечером уж точно.