Сказки темного города. Махаон
Переодевшись в новое платье спустя час лежания в теплой воде, я отметила про себя, что меня более не выделяют среди других в плане того, что моя кровь относится к разряду деликатесов среди стригоев. Платье было очень красивым. Белое, с нежно-зелеными кружевами на довольно-таки откровенном декольте, с отделкой в виде пришитых мелких переливающихся камней на поясе и корсете этот наряд был бы под стать хозяйке этого дома, будь я ею. Украсив мою прическу сверкающими шпильками, Алин проговорила:
– В столовой завтрак накрыт. Идите туда, поесть-то надо. А потом можете погулять по саду ну или еще что. Пока территорию особняка вам покидать запрещено, к сожалению. Мне приказано проследить за этим. Поэтому, пожалуйста, не ставьте меня в неловкое положение. У Тарона почти весь день занят будет. Его светлость велел прибыть сюда нескольким учителям, поэтому расписание у мальчика будет плотное. А вечером сможете с ним пообщаться перед сном.
– А где Элиска? – спросила я.
– Девочка в стадии обращения. От укуса Аристократа это занимает около трех дней, ведь дети обычно более стойки в плане сопротивляемости. Потом она так же будет учиться, как и Тарон.
Я повернулась к Алин и спросила:
– В Махаоне Дорн обмолвился был, что она для Тарона. Что это значит?
– Да я не знаю всей подноготной этих правил стригоев. Но слышала, что обычно будущую невесту для рожденного выбирает отец всегда. И обращает тоже он.
– Какая невеста? Им по шесть лет! – закатила я глаза.
– И что с того? Ведьмам ведь не мешало раньше заключать брачные соглашения между ковенами, когда дети только-только появлялись на свет.
– А почему именно Элиска?
– Ну…может он почуял, что Тарон нравится этой девочке. И чем раньше из нее воспитают отменную пару для него, тем лучше, как по мне. Ее будут учить так же, как и его и когда они вырастут, то и партнеры из них получатся прекрасные, – пожала плечами Алин.
– А если он не полюбит ее? Вдруг будет другая девушка. И вдруг не стригой?
– Ну, это уже вопрос не ко мне, – развела руками горничная.
– Ясно, – протянула недовольно я. – Ладно, пойду попытаюсь хоть что-то съесть. Если получится после всего увиденного в этом доме.
Выйдя из комнаты, я направилась на первый этаж в столовую, нахмурено наблюдая за снующими туда-сюда слугами, которые продолжали наводить порядки. Подойдя к двери в столовую, осторожно приоткрыла ее, но, увидев сидящего там за столом Дорна, отпрянула.
– Заходи, не бойся. Он уже успокоился, – раздалось позади меня и, обернувшись, я увидела Лилит.
– Вы…живы, – протянула я, посмотрев на красавицу так, словно она была привидением.
– Да, – усмехнулась она, затянувшись сигаретой, – еще одно доказательство тому, что нужно тщательнее выбирать того, перед кем будешь раздвигать ноги.
Скривившись, я с неприязнью окинула ее взглядом, затем невольно посмотрела в приоткрытую дверь на Дорна.
– Да, я раньше делила с ним постель. Но теперь мы лишь друзья. Очень хорошие друзья, – она повела бровью.
– Он сказал тогда, что вы его подчиненная, – проговорила я.
– В какой-то мере да. Выполняю всякие разные его поручения. Одно ты испытала на себе, – усмехнулась ведьма. – Он сохраняет мне жизнь и оберегает от всего того, чему ты была свидетелем утром, я же в свою очередь помогаю налаживать ему контакты с ведьмами. Договор с Бладором отчасти и моя заслуга, – с нотками гордости проговорила Лилит.
– Да уж, заслуга так заслуга, – я презрительно окинула взглядом женщину.
– У каждого свой путь, Авенира, – прищурила она глаза и легонько коснулась ранки на моей шее, – а вот это перебор, – в ее глазах загорелся недовольный огонек.
– Знаю, – потерла я до сих пор болевшую шею.
Лилит выпустила густой клубок дыма из рта и повела бровью.
– Не играй с огнем, девочка. Он хоть и может справляться с жаждой, но для всего бывают непредвиденные неприятные исключения. Не стоит гибнуть от руки того, с кем можно наладить другого рода отношения, – она подмигнула мне и усмехнувшись вошла в столовую.
Я лишь рот открыла, когда до меня дошел смысл ее слов. Тихонько зайдя следом за ней, я уселась на противоположном крае стола, подальше от Дорна, который читал какие-то бумаги, совершенно не обращая на меня внимание. Перед ним стояла чашка с парующим кофе и тарелка с отбивной. Я сначала недоуменно повела бровью, но потом вспомнила, что Аристократы более ближе к нам и ведут тот же образ жизни, который включает в себя и еду, напитки и прочее. Служанка поставила передо мной горячий суп и в животе у меня настойчиво заурчало. Взяв ложку, я поморщилась. Ушибленные пальцы жутко болели. Переложив прибор в левую руку, я неуклюже начала черпать густое варево.
– Что с твоей рукой?
Услышав строгий голос, я едва не выронила ложку, расплескав добрую порцию еды на стол.
– Все нормально, – натянуто ответила я, изобразив подобие улыбки для взирающего на меня стригоя.
– Подойди сюда, – тоном, не терпящим возражения, проговорил Дорн.
Я нехотя встала из-за стола и поплелась к нему, кляня себя за то, что привлекла к себе внимание.
– Руку давай, – он протянул раскрытую ладонь мне.
Я осторожно положила на нее свою, обратив внимание на то, какой хрупкой она была на фоне его ладони.
– И долго ты так собиралась терпеть боль? – повел он бровью, рассматривая мои посиневшие и опухшие пальцы.
– Заживет со временем, – тихо пробормотала я.
Дорн лишь головой покачал. Затем провел второй ладонью над моей и боль внезапно стихла. Удивленно посмотрев на него, я произнесла осторожно:
– Вы целитель…в прошлом!
– Он самый, – усмехнулся стригой, отпустив мою руку.
– Так вот почему загнанные мной лошади так быстро восстанавливались! Вы лечили их! – воскликнула я.
– Да, было дело, – он перевел на меня взгляд и мне стало неловко от того, что я вновь вспомнила то, что в итоге стало причиной, что теперь этот бывший ведьмак с редким даром отнюдь не излечивал, а наоборот.
– Дай мне что-то, – проговорил он.
– Что? – непонимающе спросила я.
– Дар исцеления не бесплатен. Он требует компенсации. Дай мне что-то взамен или боль вернется.
– Вы тоже наполовину темный, как и Лилит? – нахмурилась я. – Светлый дар не требует платы.
– Мать из темного ковена, – ответил Дорн, откинувшись на спинку стула. – Поэтому при переходе в природу стригоя я и не потерял дар.
– Но мне нечего дать вам, – пожала я плечами.
– Тогда к вечеру снова будешь мучиться от боли. Это не моя прихоть, сила так требует, – спокойно ответил он. – Дай мне укусить тебя. По доброй воле, – помолчав проговорил он, наблюдая за моей реакцией на сказанное.