Сказки темного города. Махаон
– Чертов кровопийца. Да кто ты такой, чтобы так обращаться с ней?
Стригой нахмурился, явно не ожидая таких слов от ребенка. Тарон же молниеносно вскочил на ноги и просто невероятно быстрым жестом полоснул стригоя по руке кинжалом. Аристократ блеснул злым взглядом и, отдернув руку, ухватил Тарона за шиворот. Подняв его над землей, он с интересом посмотрел на мальчика. Я же испуганно вцепилась в край его высокого сапога.
– Не обижайте его, – заревела я. – Он всего лишь ребенок. Он просто защищает меня. Не более того.
Аристократ не обратил даже внимания на мои слова, разглядывая барахтающегося Тарона, который то и дело пытался еще раз задеть его кинжалом.
– Идеальный наследник, – усмехнулся наконец мужчина, молниеносным движением вырвав клинок у Тарона и отшвырнув его в сторону. – Убрать к черту только твою человечность и стригой из тебя получится что надо. А сейчас ты так похож на меня в детстве.
Тарон присмирел и испуганно посмотрел на него.
– Ты мой папа? – неуверенно спросил он.
– Да, – мужчина улыбнулся и опустил Тарона на землю.
«О боги, он еще и улыбаться умеет», – пронеслось у меня в голове.
Тарон, хмурясь, молчал пару минут, рассматривая своего отца, затем вздернул подбородок и проговорил настойчиво:
– Не смей трогать мою маму. Тронешь ее, можешь навсегда забыть о том, что я твой сын.
Стригой перевел на меня задумчивый взгляд.
– Маму, – наконец протянул он и, ухватив за предплечье, рывком поставил меня на ноги. – Она не твоя мама. Эта девчонка – необратимая ведьма. Ей нет места рядом с тобой.
Тарон испуганно посмотрел на меня и, подойдя ближе, встал рядом, словно защищая.
– Я все тебе сказал…отец, – мальчик пытался сохранять спокойствие, но я в каждой нотке его голоса улавливала, что он, как и я, до жути боится это охочее до крови других создание.
Маленький, худенький, но такой смелый. Я так гордилась им в этот момент, но не менее и переживала о нем, поскольку черт его что было в голове его грозного папаши, которому явно не нравилось то, как вел себя его сын. В этот момент из-за поворота к нам вышли трое стригоев в красных плащах. Подойдя ближе, они учтиво склонились перед Тароном.
– Наследник, – проговорил один из них, преклонив колено и положив перед мальчиком окровавленную челюсть волка как символ победы над давним недругом.
Тарон судорожно сглотнул, и я почувствовала, как напряглись все его мышцы.
– Я не наследник тебе! – закричал мальчик, переведя взгляд на Аристократа. – Пока не дашь слово, что с Авенирой все будет хорошо, я не приму то, что ты мой отец. Ты понял меня? Понял?
Отчаяние скользило в каждом слове моего маленького защитника. Стригой же недовольно свел свои широкие черные брови над голубыми глазами и спокойно сказал одному из подчиненных:
– Забери мальчишку и увези его отсюда.
– Нет! – закричал Тарон, ухватившись за меня. – Только с ней поеду!
– Пожалуйста, не надо, – прошептала я, глядя в глаза Аристократа, но тому было плевать.
Стригой в красном плаще просто-таки оторвал плачущего мальчика от меня и потащил его прочь.
– Убьешь ее, и я сам тебя потом убью, слышишь? Ты понял? Убью тебя! – с дикой горечью кричал Тарон, пока его, брыкающегося и царапающегося, тащили по улице.
Я закрыла глаза, пытаясь сдержать свои эмоции, поскольку понимала, что против этой своры ничего сделать не смогу. Когда крики мальчика стихли, стригой кивнул на испуганно взирающую на все это Элиску, которая за все это время не проронила ни звука, стоя в стороне.
– Ее тоже в мой особняк. Передадите ее на попечение Тизары. Скажешь, что девчонка для Тарона привезена. Пусть выделит сразу отдельную комнату. Потом обсужу с ней, что дальше делать, пока она еще на этапе обращения находится.
Элиска испуганно сделала реверанс и проговорила:
– Спасибо, милорд.
– А с ней что? – кивнул один из стригоев на меня. – Она волков призывать умеет. Нам такая тварь в черте владений клана к черту не сдалась. Из-за ее папаши Валдар чуть не погиб был во время захвата столицы. Правильнее будет…
– Я сам решу, как будет правильнее, – жестко оборвал речь стригоя Аристократ.
Стригой недовольно замолчал и, презрительно окинув меня взглядом, повел Элиску прочь. Аристократ же остался один на один со мной. Вокруг воцарилась тишина, пока он молча взирал на меня, дрожащую от напряжения. Шаг в мою сторону, но я даже не отшатнулась, лишь отрывисто втянула в себя воздух, сдержанно наблюдая за стригоем. Остановившись всего сантиметрах в десяти от меня, стригой словно испытывал на прочность мою выдержку. Но я прекрасно знала, что показывать страх им нельзя было, как бы до ужаса не хотелось закрыть глаза и бежать без оглядки прочь. Страх. Вот за чем любили наблюдать эти кровавые сущности, улавливая на уровне только им присущей чувствительности к колебаниям эмоций те энергетически слабые нотки характера, которые они любили выпивать из своей жертвы.
– Даже взгляд не отводишь. Необратимая ведьма…ни внушить, ни обратить. Нда… – усмехнулся мужчина, пристально глядя мне в глаза. – Виртас, – обратился он к стоявшему поодаль еще одному стригою. – Отвези девку в особняк да брось пока в темницу. Потом решу, что с ей делать. Да смотри, чтобы ее никто и пальцем не тронул.
Все та же усмешка. Колкая, амбициозная, с оттенком иронии и еще чем-то…я не могла понять. Другие стригои редко проявляли такие эмоции. Они были более прямолинейны и в их глазах горел одинаковый огонь ненависти по отношению к нам и не более того. Но этот нет. Этот смотрел изучая, наблюдая, словно снимал взглядом с меня сантиметр за сантиметром то, чем была наполнена моя сущность.
В этот момент со стороны входа в город раздался отчаянный женский крик, и я вздрогнула.
– Марго, – прошептала я и рванулась в сторону крика, но была поймана за волосы.
Кусаясь и царапаясь, попыталась вырваться, но тщетно. Когда Аристократ ухватил меня за волосы так, что я не смогла даже пошевелить головой, то услышала у самого уха строгий голос:
– Не успокоишься, я шею тебе сверну. Уяснила?
– Сворачивай, – захрипела я. – Все равно жизнь закончена теперь. Отца убили, твари, теперь мама и сестра. Да к черту так жить, зная, что больше никого не будет в живых!
Стригой рывком повернул меня к себе. Он был так близко, что я через тонкую ткань платья чувствовала каждую колючую застежку на его военном одеянии. Подняв голову, встретилась снова с его тяжелым взглядом. Минута молчания показалась мне вечностью.
– Их не убьют, – наконец произнес Аристократ. – Никого из женщин не убьют. Поэтому прекрати брыкаться и иди с моим подчиненным. Хочешь жить? Веди себя смирно. Чем сильнее в тебе клокочут эмоции, тем у меня возникает больше желания вонзить свои зубы в твою бешено бьющуюся артерию на шее.