В постели с боссом (СИ)

- Приехали, - сказал наконец Меньшиков и, торопливо выбравшись из машины, снова взял меня на руки, после чего под причитания Сантьяго, бормотавшего не то молитвы, не то какие-то заклинания из Гарри Поттера, понес ко входу в клинику. Я же молча прижималась к мужу и в тот момент, когда ощутила, как бешено колотится от волнения его сердце, почувствовала вдруг сама неожиданное спокойствие и уверенность, что все будет хорошо.       
Первый громкий крик, возвестивший о появлении на свет нашего первенца, гулким требовательным эхом отскочил от стен палаты, позволяя мне наконец устало упасть на подушку и, прикрыв веки, судорожно перевести дыхание. А когда я вновь распахнула глаза, увидела, как Андре бережно берет на руки ребёнка, перехватив его прежде, чем врач успела подать младенца мне. 
- Какая красивая… - выдохнул он восхищённо и я ощутила желание расплакаться при виде того, как Меньшиков смотрит на наше дитя и как держит ее в своих объятиях – столь трепетно, будто самое главное сокровище на свете.         
- Эй, а можно и мне посмотреть? – сипло попросила я, но прежде, чем муж успел сделать хоть шаг, ощутила новый неожиданный приступ боли.         
- Что это? – только и смогла, что прошептать и, переведя взгляд с потрясенного лица Андре, у которого, к счастью, уже забрали дочку, на лицо врача, неожиданно услышала:        
- Ещё не все. Вы же помните - у  нас двойня.       
Пожалуй, я не видела мужа столь счастливым ещё никогда в жизни, как то было сейчас, когда он сидел со мной рядом и выглядел так, словно стал свидетелем чуда. Впрочем, для него, похоже, рождение детей именно таковым событием и являлось. Чудом - обыкновенным по своей природе, но удивительным по тому, как способно было преобразить мужчину.         
- Надо будет купить ещё один огромный шкаф, - говорил Андре, держа меня за руку. – Если Агния будет владеть таким же количеством одежды, как ее мама, в чем я, в общем-то, и не сомневаюсь…        
- А что ты купишь Сёме? – перебила я с улыбкой.               
- Какому Сёме? – нахмурился Меньшиков. 
- Нашему сыну – если помнишь, у нас родилась двойня.       
- Мы назовем его Сёмой? – ужаснулся Андре.      
- Ну, должны же мы как-то компенсировать Сантьяго сегодняшние потрясения, - усмехнулась я. – Ему будет приятно, тем более, что он давно назначен крёстным. Ты против?           
- Можно подумать, что если я против, ты не найдешь способа меня уговорить, - вздохнул муж, смиряясь.             
- Ты снова весьма мудр и дальновиден, - сказала я.               
- И счастлив – ничуть не меньше, - ответил он, сжимая мою руку и от этого простого, в общем-то, жеста, я тоже ощутила себя самой счастливой женщиной на свете.                
Потому что теперь у меня было все, о чем только можно мечтать. Муж, дети, собака, кот и самый настоящий друг.          
Те, ради кого стоило жить.