Попасть не напасть (СИ)

Часть 38 из 79 Информация о книге

Только вот что ее устроит в качестве виры?
И устроит ли?
Вечно так! Наворотят бабы-дуры, а страдать кому? Ему…
Ох, грехи наши тяжкие…
Глава 7. Дворцы и отцы
– Ваше императорское величество…
Я сделала попытку приподняться, но меня уложили назад.
– Лежите, Мария. Вам пока еще не стоит подниматься. И – государь.
– Да, государь.
Иван Четырнадцатый был серьезен и сосредоточен.
– Мария Ивановна, я хочу вам кое-что предложить.
Я промолчала.
А что он мне может предложить? Эксклюзивный гробик? Или элегантный памятник? Один раз меня уже приговорили, второй я на слово никому не поверю.
Кажется, государь понял, о чем я думаю, потому что покачал головой.
– Не надо, Мария Ивановна. Я виноват перед вами.
Интересно, что он хотел услышать в ответ? Да, виноват? Или – что вы, государь, вы не можете быть виноваты?
Я не знала, поэтому предпочла промолчать. Умнее покажусь.
Государь не дождался ответа и продолжил свой монолог.
– Мария Ивановна, что вы хотите в награду?
Долго я не думала.
– Уехать в Березовский и заниматься там своим делом. Чтобы меня никто не трогал, государь.
– Про ваше дело я знаю, это полезно для государства, так что я не против. Но замуж вас выдать надо, Мария Ивановна.
Я едва не застонала.
– Но, государь!
– Мария Ивановна, вы станете добычей. Вы это понимаете? Вам нужен кто-то, кто сможет вас защитить. Можете вы предложить чью-то кандидатуру?
Я промолчала.
Ага, так я и назвала хоть кого.
Извините, государь, может, вам кто и поверит, но не я.
Уже – не я.
Хватит с меня подстав. Что, теперь надо поверить, что у императора совесть проснулась? Да ее ампутируют хирургически! У всех власть имущих!
Вот как они власть поимеют, так совесть и отваливается. Атавизмом!
Если я назову сейчас Благовещенского, я его подставлю по полной программе, даже не сомневаюсь. Нет уж.
Молчим, Маруся, молчим…
Или?
– Что требуется от меня еще, государь? Цесаревич свободен от приворота?
– Да, Мария Ивановна.
Я выдохнула.
Ну хоть тут проблемой меньше.
– Я рада, государь.
– Мария Ивановна, – его императорское величество прошелся по комнате, талантливо изображая колебания, а потом махнул рукой. – Ладно… Что такое юрты – вы отлично знаете. А какая между ними конкуренция…
Я молчала. Пусть врет дальше, я послушаю.
– Я знаю, вы считаете своим главным врагом Матвеева.
Почему же? Алябьев тоже отметился.
– У меня есть основания подозревать, что Матвеева подставили.
А у меня-то сколько этих оснований. Что ж, пока мне вроде бы не врут. Хотя – кто отменял метод Геббельса?
Ложка правды, ведро вранья – и подавать на стол. Сожрут, не поморщатся.
Я решила попробовать подать реплику – пусть считают, что я поддаюсь убеждению.
– Кто мог навлечь на себя гнев юрта, государь?
– Другой юрт, разумеется, Мария Ивановна. Матвеев хотел прибрать к рукам слишком многое, лез на Урал, пытался привязать к себе Демидова, потом его дочь начала ненужные танцы… глупая девчонка вообразила, что влюблена в моего сына.
Я подняла брови.
Государь заметил это и фыркнул. Уже вполне по-человечески.
– Василий рассказал. Когда все случилось, вас посчитали основной соперницей, и принялись изводить.
Розог нет на идиотку.
– Так что Матвеев вам сильно должен. Если что предложит – не отказывайтесь.
Я улыбнулась краешками губ. И попробовала пошутить.
– Я не столь благородна и бескорыстна, государь.
Шутка нашла отклик – и меня наградили широкой улыбкой. Опять же, почти человеческой.
– Мария Ивановна, как вы думаете, если Матвеев отвечает за свою дочь…
Я тряхнула головой – и сообразила.
– Государь… так ведь ее поступки восприняли… решили, что Матвеев заодно желает выдать дочь за цесаревича?
– Именно, Мария Ивановна.
Ёжь твою рожь!
– И… потому на него ополчились, государь? Потому его и подставили?
– Не только, но и поэтому, да.
Я медленно прикрыла глаза.
Что ж, тогда многое сходится. Один зарвался, остальные…
Кто-то мне рассказывал, как запрягают собак на Аляске. Друг за другом… и бегут они, стараясь цапнуть за задницу бегущую впереди собаку. Как-то так.
И погонщик нужен, чтобы их направлять и сдерживать. Не то драка начнется…
Вот и тут так же.
Вырвался вперед Матвеев – и его тут же ухватили за задницу. Больно и качественно.
– Ваше императорское величество, но тогда зачем нужна я? Если вы знаете – кто именно…
– Знаем, – нахмурился государь. – Доказать не можем.
А при чем тут я?
– Мария Ивановна, я вам предлагаю серьезную награду. Вы вернетесь в Березовский, вы будете заниматься, чем пожелаете, выйдете замуж, за кого захотите. Я обещаю. Но взамен вы мне поможете еще раз.
Эх раз, еще раз, да еще много-много раз…
А выжить у меня при этом получится?
– Не скрою, это достаточно опасно. Но и выигрыш велик.
Не хотелось бы мне играть в кости с дьяволом. Как известно, казино выигрывает всегда. Наверное, только в одном случае оно проиграло вчистую, но там аргументом был бо-ольшой крейсер. [8]
С другой стороны – у меня получится отказаться?
Что-то мне подсказывает, что мой отказ не предусмотрен. А значит…
– Что я должна сделать, государь?
Наградой мне стала успокаивающая улыбка.
– Немногое, Мария Ивановна. Совсем немногое. Слушайте…
Можно подумать, у меня есть выбор. Все равно ведь поимеют, так лучше отдаться, пока просят по-хорошему.
С-сволочи! Ёжь твою рожь!
* * *
Домой я попала только через два дня.
И была тут же затискана всеми, кто рядом оказался.
– Маша!!!
– Машенька!!!
– Мама!!!
– Агу!!!
На меня налетели с четырех сторон, первым на шее повис Петя, за ним Ваня, за ногу уцепился Нил, а Андрюшка в кровати так взвыл, что наверное, во дворце услышали.
– Убьете!!!
Бесполезно.
Меня тормошили, обнимали, обливали слезами и целовали одновременно. И только минут через двадцать могли разговаривать.
– Мы испугались, – признался Ваня.
– Я думала, вас предупредят? – нахмурилась я. Романов же обещал!!!
– Маша, ты себе представляешь, как мы себя почувствовали? Сначала нам говорят, что ты задержишься во дворце, потом, что ничего страшного с тобой не случилось, но навестить тебя нельзя. и никого не пускают, и даже детей принести не разрешили…
Я представила, что пережили мои мальчишки, тревожась за меня, и поежилась. Не хотелось бы мне испытать такое.
За себя я никогда не боялась, только за родных и близких…
– Как вы тут?
– Спасибо Александру, – буркнул Ваня. И потупился.
Я прищурилась.
– Александру?
– Маш… так получилось.
– Как именно получилось? – въедливо уточнила я.
А вот так.
Стоило мне пропасть во дворце, как мой дом подвергся нашествию Благовещенских.
Александр занимался с детьми, а его родители взяли на себя Ваню и Петю. И в целом, правильно. Есть тонкости…
Ребята собираются заниматься торговлей? Начать свое дело?
Тут я им не помощник, у меня и в том-то мире торговаться не получалось, даже на рынке и то через раз обсчитывали. Пусть они учатся у тех, кто на купле-продаже собаку съел. Что-то мне казалось, что Виктор Николаевич научит.
В свою пользу, безусловно. Но мужчина он неглупый, и понимает, что союзник – это хорошо, а сильный союзник, который тебе чем-нибудь обязан – еще лучше.
– Ты не против?
Я махнула рукой.
И подумала, что если и выходить замуж, то правда – только за Благовещенского. Может, и стоит попробовать?
В качестве награды попросить у государя решить его проблемы – и уехать в тот же Березовский? Да, мы там "прославились", и не лучшим образом. Но кому важны сплетни?

Перейти к странице:

Предыдущая страница

Следующая страница