Гончие Дзара (СИ)
— Эй! Чего болтаешь, олух? Хочешь сказать, я настолько плохо выгляжу?
Растерявшись от столь резкого выпада, все что я мог, только молчать и хлопать глазами. Я не увидел этого, но почувствовал, как Аргус замер на месте. Возможно, готовился вклиниться между нами, если вдруг дойдет до рукоприкладства, а может и сам оказался шокирован моим довольно хамским вопросом. Уточнять я, понятное дело, не стал, и лишь изобразил на лице виноватое выражение. Ну не думал я, что Гию это так взбесит! Честно!
— Вовсе нет! Но вам так много известно про этих гончих… Спросить как-то само-собой получилось.
Вдруг Гия слегка подалась в бок и громко спросила:
— Эй, Ди, сколько лет этому недотепе?
Недотепе? Ну знаете ли!..
Аргус не заставил ждать с ответом, при этом продолжив осторожный спуск.
— Двадцать. Или около того.
Скользнув по моему лицу нечитаемым взглядом, Гия крикнула стражу:
— А девушка есть?
Я моментально вспыхнул, возмущенно сложив руки на груди. И как это понимать? У меня спросить нельзя было?
Между тем Аргус отчего-то отвечать не торопился. Неужто что-то там еще и обдумывал?
Наконец до меня донесся его низкий голос:
— Не знаю. Его самого спроси.
Топнув ногой с отчаяния, я раздраженно прошипел:
— Я между прочим прямо здесь стою.
— Ну так и ответь мне, — фыркнула Гия. — Чего краснеешь и мнешься, словно девица? — И едко повторила: — Тоже мне Тень во плоти…
Ох, как мне хотелось выкинуть что-нибудь экстраординарное, что навсегда заставило бы подружку Аргуса забыть про эти ехидные ухмылочки и надменные взгляды. И все же я сдержался. Во-первых, потому что устраивать концерт посреди узкой каменной лестницы, ведшей прямиком в морскую бездну, не самый разумный ход. Во-вторых, это очевидно вывело бы из себя Аргуса, чего я хотел бы добиться в самую последнюю очередь. Ну а в-третьих, я не был уверен, что не заслужил подобных насмешек.
В общем, с горем пополам успокоившись, я спросил ее:
— Как по-вашему, кто в здравом уме захочет оказаться со мною рядом?
Это было немного неожиданно, но мой вопрос даже Аргуса заставил на мгновение оглянулся. Гия же, как будто, ничего странного в этом не увидела, хоть и осведомилась в ответ:
— Отчего же нет? Ты очень даже занятный молодой человек. Внешность смазливая да и язык подвешен неплохо. Юным госпожам такое как раз вроде бы по нраву.
Перед глазами тотчас же всплыло светлое лицо Дианы Винтерс, а в голове зазвучали ее слова, перед тем, как она поцеловала меня и бросила на верную смерть в пустыне Шуота. «Я не могу убить тебя, Риши. И не хочу». Я так же вспомнил ослепляющую ярость, накрывшую меня волной, когда действие нейтрализующей сыворотки прошло. И чувство опустошенности, которое, кажется, так до конца и не выветрилось. Ни малейшего желания переживать все это заново я не испытывал, а потому, поморщившись, вяло предложил:
— Может лучше вернемся к теме гончих?
Гия, однако, посчитала мою просьбу хорошим поводом для шуток.
— А чего так? — хохотнула она. — Маленького космического девственника настолько пугает противоположный пол?
— Оставь его, — вдруг рыкнул Аргус.
Гия тут же подняла ладони в знаке капитуляции:
— Как скажете, господин блюститель нравственности.
Я хотел ей рассказать о своих маленьких приключениях на Семерке в те дни, когда еще считал себя обычным человеком, но, поразмыслив, решил, что оно того не стоит. Закатил глаза и молча продолжил спуск под нескончаемое насмешливое хихиканье.
— Чего ж ты ни о чем больше не спрашиваешь? Любопытство испарилось?
Я, не оборачиваясь, отрицательно помотал головой. С моим любопытством все было в полном порядке, а вот с настроением, которое, чем сильнее мы приближались к почти черной кромке воды, все больше напоминало волнующийся океан, — не очень. На душе стало как-то неспокойно, отчего желание сыпать вопросами присмирело.
Но об одном я все-таки спросил.
— За что их всех здесь погребли?
— И почему нашего красавца Ди туда не уложили? — прибавила Гия, естественно, зная ответ на этот вопрос. — Ответ тебе дали, но ты его, почему-то, мимо ушей пропустил. Что странно, ведь насколько я знаю, когда-то ты развлекался тем, что вместе с Мекетом изображал из себя детектива.
Я нахмурился, переваривая услышанное.
— Постойте-ка. Все из-за того, что он оказался лучше других?
Вдруг Гия извлекла откуда-то из-за пазухи крошечный леденец, завернутый в пеструю бумажку, и протянула мне со словами:
— Конфетку за сообразительность.
Решив не портить момент, я благодарно принял угощение. Гия улыбнулась, глядя на то, как я прячу выигрыш в карман, а после заговорила вновь:
— Хоть с Майрой Метарой я никогда лично знакома не была (Создатель, к счастью, миловал), сведений о ней, тем не менее, у меня накопилось немало. Были деньки, когда через мои уши проходила кое-какая ценная информация. Достоверная, разумеется. Так-то.
Отметив мечтательный тон, с которым она это все произносила, я не удержался от шпильки:
— Полагаю, до того, как вас занесло на сей дивный булыжник?
— Разумеется, — с достоинством ответила Гия. — За несколько лет до твоего так называемого рождения, моя славная карьера находилась в самом зените и не было грязного секрета, подлой тайны или нелепого слуха, которого бы эти уши не слышали.
Ее внезапное воодушевление сразу же напомнило мне Желтого Малыша.
— Ясно. Очередной ростовщик.
От подобной реакции Гия моментально сдулась.
— Ну, в общем, да. — Она откашлялась. — Так вот, поскольку специализировалась я чаще всего на лейрах и всем, что с ними связано, само собой, что и Майру Метару я знала, как облупленную. Ее саму и пару ее замечательных товарок. Впрочем, речь пойдет не о них. Хоть Майра и слыла крайне одаренной и могущественной лейрой, кое-чего ей все же не доставало. Сдержанности. Она просто не знала, когда следует остановиться.
И захоти я, не смог бы с этим поспорить. Вспоминая свое краткое знакомство с этой совершенно безумной особой в черном, я каждый раз боролся с дрожью отвращения. От раны, что нанесла она мне, разумеется, не осталось следа, но саму ладонь до сих пор неприятно саднило. Даже новообретенное тело помнило. И все из-за того зрелища, что старая ведьма устроила мне в своем убежище на Тиссане…
— Риши? — голос Аргуса я услышал не сразу, а когда все-таки понял, что он меня звал, обнаружил себя в центре крошечного смерча из ихора.
— Извини, — поспешил успокоить я стража, перехватив его взволнованный взгляд.
Совершив несколько глубоких вдохов и выдохов, я заставил испариться черно-красные клубы, а заодно приказал себе не думать о том, какое впечатление это представление могло произвести на Гию.
Хотя, стоит сказать, что она меня не разочаровала. Разулыбалась, будто я сам ее конфеткой угостил, да еще и по-свойски хлопнула по плечу.
— Понимаю тебя, парниша. Майра Метара и не такого до кипения могла довести. К слову, одному только славному Ди ее выносить и усмирять удавалось.
Высокая фигура Аргуса, продолжавшая спускаться, казалось, слегка пошатнулась. А вот я скривился в отвращении. Даже думать не хотелось о том, через какие именно способы он проделывал подобные трюки.
Гия, будто и не заметив никаких странностей, продолжила:
— Как и любой лейр до нее, Майра жаждала власти. Могущество уже было у нее в руках, однако не доставало признания и всеобщего поклонения. Тайное верховенство над Серой Стражей Империи и целым вражеским Орденом за успех, разумеется, даже не воспринималось. Ей хотелось большего. Намного. И когда в ее руки попали обрывки тайных наработок доктора Гугсы, единственного, кому, казалось, удалось достичь невозможного, она не удержалась и с остервенением принялась творить нечеловеческие эксперименты над собственными людьми. Она выбирала самых талантливых из серых, а затем склоняла их к… Ди, напомни, как она это называла?
— Усовершенствованию.
— Точно! Хитростью или угрозами, она принуждала ничего толком не понимавших воинов пожертвовать собственной человечностью, отказаться от своей природы и… умереть, а потом заново восстать в облике непревзойденных и неостановимых Гончих Дзара.