Два плюс один (СИ)
" Переспали? Показалось, или в голубых глазах действительно вспыхнула искра удивления, но он не придал этому значения.
Вместо того, чтобы по своему обыкновению трещать, девушка молча смотрела куда- то сквозь стены. Макар не стал форсировать и также взял паузу, вытащив сигарету из пачки. Странное чувство- извиняться за содеянное, которого совершенно не помнишь. Как в детстве, когда ты сожрал огромный пакет конфет, заныканных бабушкой под кроватью, она тебя за ухо поймала через неделю и орет:
- Стыдно тебе, засранец?
Говоришь стыдно, ой как стыдно..
А самому ну нифигулечки не стыдно, потому что ты искренне и бесповоротно забыл о содеянном.
— Удобная позиция, Макар, воспользоваться моим опьянением, шептать о любви, а на утро умыть руки, — на голубом глазу нависла большая крупная слеза. Отвернулась к окну и покачала головой. Начало постановки получилось многообещающим.
— Я о любви говорил? — поперхнулся дымом и закашлялся, как туберкулезник.
Юлька демонстративно опустила ресницы. Отступать было некуда.
— Выпил много, я не помню и на меня это вообще не похоже, — отрицательно покачал головой и постучал зажигалкой по столу.
- — На попятную, значит… ну поняла, я наверное, за все это время не заслужила элементарного уважения! Зачем ты меня топчешь, Макар? Как можно так разбрасываться людьми? Сколько сил и времени на тебя потратила и все впустую, получается? Ты даже не можешь дать шанс нашим отношениям? — сменилась в лице и пустила аккуратную красивую слезу. Теперь отчетливо осознала, что ей никак не удается пробить стену отчуждения.
— Юль, отношения — это не поле для инвестиций. Выгоды здесь не может быть, сама понимаешь. И гарантий ни у кого из нас не может быть, уже обсуждали, люди сходятся и расходятся, по разным причинам, через месяц, год, и двадцать лет. Уходят от беременных, с детьми, инвалидов, — ответил, пытаясь сменить угол зрения брюнетки. — Помнишь, я тебе рассказывал о приятеле, он десять лет прожил с женой, двое детей, бизнес не маленький был, а влюбился в свою повариху и сейчас живет в двушке, в Бутово. Жена все отобрала, ездит он на старой "мазде" и не жалуется. Я его тут встретил- не узнал, с виду счастливый мужик.
— Макар, это крайности, бес в ребро, называется, но большинство людей работают над отношениями. Все можно скорректировать, проходить вместе через кризисы? Или ты по жизни бросаешь все, что тебя хоть немного не устраивает? — смахнула слезу и прямолинейно посмотрела в зеленые глаза.
— Это не тот случай. Зачем мне вытягивать отношения? Если на этапе старта уже тяжело, ты реально думаешь дальше будет проще?
— Я не знаю, Макар, но так все бросать, это тоже неразумно..
— Ты можешь понять, мы жили рядом, но не вместе! Мы
абсолютно не знаем друга.
— Неправда! — громко опротестовала.
— Хорошо! Ты вот знаешь, в какой кружок я в детстве ходил? А почему меня Женька называет " моряком"? Как я школу закончил? Почему я ненавижу баранину?
Девушка в замешательстве пыталась подобрать ключ к каждому вопросу, но в итоге только беспомощно хлопала глазами.
— Баранина вонючая, вот и не любишь, — дерзко подняла бровь, после короткой паузы.
— Пальцем в небо, Юль, я ее обожал всегда, пока мы с друзьями два года назад не обожрались ее до такого состояния, что я теперь на нее смотреть не могу.
Промолчала.
— А я не знаю, например, почему твои развелись. И почему ты мать бросила и уехала на два года в Сочи?
Покраснела, почувствовав, как Макар метко подобрал дротики для выстрела.
— Я с парнем жила, она не против была.
— И что, не срослось? — поинтересовался мимоходом.
- Как видишь, — с трудом процедила сквозь зубы.
— Ну ты же не стала работать с ним над отношениями, я так понимаю? — рикошетом вернул девушке ее же собственные аргументы.
- Зачем мне было работать над этими отношениями? Я его не любила никогда… - бросила холодно и безразлично.
Макар красноречиво промолчал, надеясь, что девушка все прочтет по глазам. Но вместо того, чтобы закончить разговор на этой логичной ноте, она продолжила:
— Значит ты никогда не создашь семью, с таким мировоззрением. Начнутся трудности- бросишь и следующую девушку, в этом и весь ты, а Анна Андреевна, между прочим, очень переживает за тебя, хочет, чтобы ты остепенился.
— Это исключительно мои проблемы..- развел руками и скривился.
— Макар, ну почему ты такой упертый, ведь помимо этого всего, у тебя есть куча положительных качеств, — моментально парировала, поправляя солонку.
— Короче, шерсть клоками, зато зубы крепкие, — хмыкнул, вспомнив разговор с матерью.
— Не надо передергивать, я реально оцениваю тебя, как потенциального… - не договорила, заметив скептически настроенное выражение лица.
— Юль, по десятому кругу, — потерял терпение, — Хочешь, оставайся, я поеду домой вечером поздно и давай расставим точки над "И" — ничего общего нет между нами, кроме приятельских отношений. Будет трудно- помогу, звони в любое время, но на другое не рассчитывай.
Не произнесла ни слова, едва заметно покачиваясь на стуле взад и вперёд. Судя по холодному блеску в голубых глазах- она явно затаила глубокую обиду. Но Макару было уже все равно, поскольку невозможно было никак донести до Юльки свою позицию, не обидев и не задев ее чувства.
По старой памяти налил девушке черный, без сахара, молча поставил на подоконник и вышел из комнаты с удушливым чувством вины.
***
Конспекты, разбросанные на столе, совершенно не внушали никакого энтузиазма. Вздыхая, Ксюша смотрела в телефон каждые полчаса и уже потеряла надежду.
"Как можно было не ответить на такую смс? Я же во всем призналась, объяснила ситуацию. Может он не прочитал? " — скептически поджала губы.
" Нет, прочитал, сегодня.." — вздохнув, отложила трубку подальше и села за стол. Внушительный животик подпирал крышку стола, мешая принять удобное положение. Вся извертелась. Звонил Тимур, в очередной попытке оправдаться. Что- то невнятное мямлил про деньги, в конце попросил напомнить срок беременности и опять слился в туман. Ксюша хотела поставить его в блок, но в последний момент передумала, мало ли, нужно будет связаться.
— Так, что там надо переписать..- прошептала губами, глядя на последний лист в широкой тетради. Нахмурилась, словно пытаясь настроить себя на серьезный лад. К сожалению, ничего не вышло. Буквы Ерохиной выглядели сплошным корявым забором из завитушек. Цокнула языком и представила себе, что сейчас делает Макар.
" Быть может уже едет домой, или матери по дому помогает, а может с Юлькой по городу катается… " — оборвала мысль, не желая расстраиваться еще больше. Малыш вяло перекатился в животе, напомнив о себе. Захотелось салата с яйцом: сочного, летнего, с большим количеством зелёного лука. Слюнки потекли. Так сильно, что не смогла усидеть на месте. Нетерпеливо натянула джинсы для беременных, с высоким поясом, сверху- тонкую трикотажную кофту в черно- белую полоску и выскочила из подъезда. Дождь лил плотной стеной, размывая горизонт, словно широкой кистью. Хорошо в руках был большой синий зонт с ярким солнышком на макушке!
— Мда! Вот это погодка! — протяжно произнесла, встретившись с соседкой. В ответ женщина кивнула мокрой головой и юркнула в подъезд. Ксюша прошла метра три от дома, огляделась: кругом глубокие лужи, даже не сразу сообразила, как перескочить через самую широкую из них. Словно кошка, нерешительно переминаясь с лапы на лапу, обошла слева- там припаркованная машина, справа — куча мусора.
" Жаль крыльев нет" — сокрушалась про себя и подняла зонт повыше, собираясь наступить в неизведанную глубину. Сзади кто — то схватил. за талию. Не успела испугаться, как за секунду подлетела вверх, словно пушинка, обретя желанные крылья. Растерялась, выронив зонт из рук. Он полетел, гонимый порывистым ветром вдоль обочины и приземлился под колеса чьей- то машины. В лицо ударили холодные капли дождя. С ужасом повернула голову: знакомый подбородок с крохотным шрамиком, проступающим сквозь щетину.