Шпионские страсти Анны Долгоносик
Но Анну вернул к жизни… Кто или что бы вы думали?.. Один телефонный звонок, вернее, сообщение!
Это произошло в обед, около 12 часов дня, когда две подруги присели вместе за стол в гостиной, чтобы пообедать. Вдруг мобильный телефон Анны несколько раз дзынькнул, извещая о входящих сообщениях. Анна, как сумасшедшая, бросилась к своему мобильнику, который лежал на диване (что очень странно, так как в последние дни она с ним не расставалась даже во время обеда).
О, Боги! Они услышали немые мольбы Анны Долгоносик. Конечно, это было Он! Это сообщение было от Плутониева. Девушка не могла поверить в это чудо, что она дождалась от своего суженого весточки, и попросила Светку ущипнуть её два раза. Дальше происходило что-то невероятное с девушкой по имени Анна Долгоносик: она кружилась, прыгала и танцевала, периодически обнимая Светку Черёмушкину, чуть не сбив её с ног.
– Анна, да успокойся ты! Хотя бы прочитай, что там написано, в этом сообщении! А вдруг что-то очень плохое, типа он переписал всё твоё имущество на себя или перевёл все деньги с твоего счёта на свой, пока ты спала в его постели…
На Анну Долгоносик слова Черёмушкиной произвели эффект холодного душа:
– Спасибо, подруга, ты умеешь приободрить! Этого у тебя не отнять, – с ехидной улыбкой произнесла Долгоносик. За эти дни, проведённые в депрессии, она сильно исхудала и побледнела так, что вся одежда практически висела на ней, как на колышке.
Анна прочла, наконец, сообщение от Плутониева:
“Долетел до Парижа нормально. Сейчас проходят встречи с французскими дипломатами. Очень скучаю по тебе и по тем жарким ночам, проведённым с тобою в Минске. Никогда их не забуду”.
И тут же второе сообщение, отправленное им через двадцать минут после первого:
“Как ты смотришь на то, чтобы прилететь ко мне сюда, в Париж, а затем я забрал бы тебя с собой в Лондон?”
Анна чуть не лишилась чувств, но уже от счастья. Светка молчала, чтобы снова не ляпнуть какую-нибудь скептическую мысль, одну из тех, что беспрестанно крутились у неё в голове и на кончике языка. Она была рада лишь одному: Анна впервые за последние дни хандры стала улыбаться.
– Я поеду к нему! – резко и твёрдо произнесла Анна Долгоносик.
Светка явно не ожидала такого поворота событий. Только час назад она боялась за физическое и душевное здоровье своей подруги, не оставляя её ни на час наедине со своей депрессией, а теперь та собирается, видите ли, ехать на край света к этому “подлецу и негодяю”, Плутониеву! Черёмушкина не на шутку растерялась, не зная, что она может предпринять в такой патовой ситуации. Ведь из-за своей “больной любви”, иначе это состояние своей подруги Светка назвать не могла, Анна может искалечить свою жизнь. Нужно что-то делать! А что?..
– Я сейчас же куплю билет на ближайший рейс до Парижа! – радостно щебетала окрылённая недавним известием от любимого Анна, вбивая название города в поле поисковика в интернете. – Я лечу к тебе, милый! – нежно произнесла она вслух.
– Ты это серьёзно, подруга?! – Черёмушкина до сих пор не могла поверить в происходящие изменения в поведении и в жизни Анны Долгоносик. Лицо Светки исказила гримаса осуждения. – И за какие деньги, позволь узнать, ты собираешься лететь в Париж? Ведь туда же он позвал тебя, не так ли?
– Да, всё правильно ты поняла, дорогая, – спокойно отвечала Анна. – Именно в Париж он меня и пригласил, и именно туда я сейчас же полечу!..
– А деньги?..
Анна на секунду оторвалась от монитора.
– Да-да, деньги? – повторила свой вопрос Черёмушкина. – Ведь тебя же уволили, а новую работу ты даже не начала искать! – громко и сурово произносила Светка, напоминая этим менторским тоном мать Анны Долгоносик. – Или ты попросишь у своего звёздного мужа, Романа Пуговицына? – Светка ехидно улыбнулась, произнеся последнюю фразу.
Анна никак не отреагировала на колкость своей подруги. Она продолжала набирать в интернете данные своей кредитной карты, чтобы расплатиться за авиабилет до Парижа.
– Нет, не у мужа! – наконец Долгоносик ответила Черёмушкиной, нажав при этом на экране кнопку “Оплатить”. – У меня есть свои сбережения, которые остались у меня после продажи домика моего покойного дедушки. Я их никуда не тратила, берегла на чёрный день.
– И ты считаешь, что этот «чёрный день» настал?
– Не придирайся к словам! Настал самый светлый день в моей жизни! – Анна закружилась по комнате в танце, улыбаясь и смеясь.
– А тебе не кажется странным, что этот твой “мужчина мечты”, как ты его называешь, Плутониев, пригласив тебя к себе в Париж, даже не удосужился купить тебе билет до этого самого Парижу?! – задавала провокационные вопросы Черёмушкина в надежде посеять хоть каплю сомнения в эту сумасшедшую голову своей подруги. Но та не хотели даже слушать ничего против Георгия.
Анна молчала, но Светка продолжала нагнетать страх на обезумевшую от любви подругу:
– Подумай хорошенько, подруга, что ты ставишь на карту, окунаясь с головой в эти сомнительные отношения с человеком… которого даже нет в интернете! – громко произнесла Светка. Она была убеждена в том, что если про какого-то человека нет информации в интернете, значит, ему есть что скрывать либо его вообще не существует.
Ответа не последовало. Ну, а что должна была Анна ответить на это, ведь она сама руководствовалась только сердцем, а не разумом сейчас?! Да и ей невдомёк в этот момент было просчитывать и прощупывать ходы, которые наиболее ей выгодны. Достаточно было представить себя рядом с этим горячим красавцем Плутониевым, и Анна сразу же преображалась. Её стан становился стройнее, а щёки – румянее.
– Как ты не можешь меня понять, Черёмушкина? Ведь ты же тоже женщина! Это же Париж! Представляешь?! – Анна широко улыбалась, говоря это сладкое слово “Париж”. – Ты была там когда-нибудь?
– Нет. И, поверь, у меня нет никакого желания его видеть. Говорят, что это очень грязный город и там живут одни эмигранты из арабских стран, – Светка встала со стула и отряхнула руками своё помявшееся шёлковое платье. Она подошла к большому зеркалу и стала разглядывать свой внешний вид, изучая подробно каждую мелочь.
– Знаешь, кто-то когда-то сказал такие красивые слова: “Увидеть Париж и умереть!” … – воодушевлённо говорила Анна.
– Тот, кто сказал эти слова, моя дорогая, – перебила задорный голос подруги Светка Черёмушкина, – уже давно умер. И, с тех пор как он их говорил, уже прошло почти сто лет и кардинально изменилась геополитика во всём мире!
Светка была очень умной девушкой, несмотря на свою яркую, привлекательную внешность и нежное лицо. Против её железной логики трудно было что-то противопоставить более железное и логическое.
– А я никогда не видела Париж… – мечтательно произнесла Анна. – И сейчас, когда есть такая возможность туда полететь, я просто не могу этого не сделать! Ты представляешь, Светка, мы вместе с Георгием гуляем по Елисейским полям…
– Наши поля намного лучше! – продолжая разглядывать прыщик на своём лице в зеркале, произнесла Светка.
– Кстати, – вдруг Черёмушкина оторвалась от своего изображения и повернулась к Анне всем своим телом, – а что ты скажешь своему мужу, Пуговицыну, когда тот вернётся из долгого концертного тура в пустой дом? – вот это был сильный ход со стороны Черёмушкиной.
Наступила недолгая пауза. Но Анна вскоре нашлась что ответить:
– Я думаю, что он даже не заметит, что меня нет дома, – произнесла Анна Долгоносик, и в её голосе послышались нотки горечи и обиды. – Так, как мы жили с ним последние два года – разве можно это назвать настоящей жизнью?! – Анна подошла к большой гардеробной, которая по размеру напоминала её спальню, и начала выбирать вещи, которые она могла бы взять с собой в поездку в Париж. – Я уже стала для него, как часть мебели и интерьера этой огромной, шикарной квартиры, с пятью замками, за железной дверью… И вообще, я думаю, что я уже к нему никогда не вернусь… – Анна тяжело вздохнула, вспомнив о жизни с Пуговицыным.