Успокой меня
Сейчас же на Элеоноре был наряд, подходящий больше для девочки гоу-гоу в ночном клубе.
– Все. А теперь пора спать! – заявила Элеонора, вытаскивая племянницу из стульчика и унося наверх в спальню, при этом самодовольно косясь в мою сторону. По всему выходило, она реально думает, что отлично справляется.
Тарелка с недоеденной кашей так и осталась засыхать на столешнице.
Дурдом какой-то.
Вымыв за ними посуду, я пару минут сомневался, стоит ли тоже идти следом и смотреть, как эта девица укладывает Хлою. Все же беспокойство за племянницу никуда не уходило.
Природная настороженность в итоге победила.
Как можно тише, стараясь не скрипеть половицами, я поднялся на второй этаж и прислушался к происходящему в детской:
– Однажды в очень далеком и злом королевстве жила одна одинокая принцесса Клара, и не было у нее никого. Ни папы, ни мамы. – Элеонора явно читала Хлое сказку, причем, судя по сюжету, не из сборника, лежащего на тумбе. И чем дальше я слушал, тем больше поражался метаморфозам, происходящим с историей о принцессе: – Однажды принцесса случайно увидела, как злой дракон Сойер выращивает на тайном поле, на границе королевства, забери-ум-траву и продает ее на черном рынке крестьянам. Не понравилось это принцессе Кларе… вспылила она и пошла к городскому стражу…
Я отошел от двери и спустился на первый этаж. Настолько странную сказку дослушивать желания не было, да и голос няни казался столь монотонно-скучным, что даже мне хотелось зевать.
Пожалуй, впервые со времени ее пребывания здесь я немного поверил, что все ее рекомендательные письма не подделка. И все же тьма других факторов заставила мою интуицию быть настороженной.
Я прошел в кабинет, где в основном хранились документы и книги с бухгалтерией по ферме, но интересовало меня сейчас не это. Открыв ящик стола, я извлек записную книжку, которую не доставал с выпускного. Как-то ни к чему было, да и желание в нее лезть отсутствовало. Сейчас же я пролистывал страницы с телефонами бывших одногруппников, решая, кому из этих богатеньких засранцев со связями лучше позвонить.
Номер Себастьяна Вильямса оказался заблокирован. Наверняка сменил за столько лет.
У Адама Брауна сработал автоответчик, чересчур бодро вещавший о том, что этот зануда улетел в свадебное путешествие.
С лютым скепсисом я смотрел на последний номер. Набирать его не хотелось, потому что отношения с Томасом Матисоном у нас никогда не складывались, а уж насколько они были далеки от дружбы, и представить сложно.
Меня бесило его потребительское отношение к жизни и женщинам в частности, он же никогда не понимал моего стремления работать на земле и бесился, всякий раз получая отказ после предложения пахать на него.
И все же я набрал эти цифры, долго слушал гудки, надеясь, что хоть немного адекватности с годами в Матисоне проснулось.
– Слушаю, – наконец раздался с той стороны знакомый голос.
Несколько долгих минут ушло на объяснения, кто я такой, прежде чем Томас узнал меня, а после неожиданно обрадовался, будто старому приятелю, хотя в университете мы очень недолюбливали друг друга. Видимо, время все же шлифует некоторые вещи.
– Так чем обязан? – спросил он спустя десять минут беседы ни о чем, из которой я узнал, что даже этот поганец умудрился жениться.
– Необходимо навести справки об одной женщине, но у меня нет нужных связей. Ты мог бы помочь?
– Так и знал, что ты звонишь не за тем, чтобы спросить о моих делах!
– Могу поинтересоваться ради приличия, – заметил я. – Но к чему эти слова? Я прямо заявляю, что мне нужна помощь.
С той стороны послышалось задумчивое хмыканье. Видимо, Матисон взвешивал, насколько он добр, чтобы помогать или хотя бы выслушать.
– Хорошо, – наконец произнес он. – В чем дело?
– Всего лишь хочу узнать, кто такая Элеонора Ридли, – тихо произнес я. – Эта девушка устроилась на ферму в качестве няни для ребенка.
– Оу, – оживился Томас. – Так тебя можно поздравить с отцовством? Мальчик? Девочка?
– Девочка, но не дочь, – поправил я, не желая вдаваться в подробности, что ее мать отказалась от ребенка едва ли не сразу после рождения. – Сейчас важнее узнать, что собой представляет эта женщина.
Я перечислил все настораживающие меня факторы, а заодно продиктовал номер страховки мутной няни. Так, на всякий случай, но Том записал.
– Есть у меня один немец. Возможно, он сумеет помочь.
– Что за немец? – не мог не спросить я.
– Частный детектив. Он уже не единожды спасал мою шкуру, услуги, конечно, недешевы, но я могу попросить его пробежаться по верхам биографии твоей дамочки, если что-то всплывет, он доложит.
– Хорошо. Спасибо.
Положив трубку, я сел в кресло и несколько минут задумчиво разглядывал визитку агентства по подбору домашнего персонала. Нужно, наверное, было позвонить им и все же попросить другого специалиста. Рука так и тянулась, но усилием заставил себя повременить.
Прошел еще только день обещанного срока.
* * *Закрыв записную книжку, я убрал ее на место и, задумчиво посмотрев в окно, воспроизвел в памяти образ няньки.
Высокая, стройная, красивая, с длинными светлыми волосами и пронзительным взглядом. Бумажки, что она предоставила, буквально кричали – вот он, специалист твоей мечты! Молодая, энергичная, находчивая… Да, шмотки слишком вызывающие, но ведь и она, скорее всего, раньше не работала в местах, подобных нашему. И вроде все хорошо, да только что-то в ее облике диссонировало. Я чувствовал нестыковку, как будто в пазл подложили несколько чужеродных деталей, отчего полная картина никак не желала складываться.
Что-то с этой Элли было не так.
Даже если списать общую растерянность на попытку приспособиться к новому месту, все равно она заставляла быть настороже. Девица, безусловно, старалась соответствовать рекомендациям и нравилась Хлое, что было для меня немаловажно, но ошибки, допускаемые ею, были слишком очевидными, характерными именно для новичка.
Снова покосившись на стол, где лежала визитка с телефоном агентства, я сложил руки за спиной, сцепив их в замок. Не время. Позвоню им через пару дней и устрою взбучку, в красках рассказав пару моментов из жизни моей воспитанницы и ее новой няни. Пусть только попробуют не прислать кого-то более… более… А что более? Вряд ли у кого-то рекомендации будут лучше. Да и молодость няни это скорее плюс для такой проворной малышки, как моя Хло, только и успевай ее ловить, догонять и выхватывать из рук «каку».
А еще надо бы съездить в город и купить видеоняню. Раньше не нужно было, а вот теперь, с появлением в доме чужих, требовалось подстраховаться.
Покинув кабинет, я все-таки не удержался и снова пошел с проверкой. Обе представительницы женского пола мирно спали. Одна в люльке, вторая – та, что постарше, – в кресле качалке. С книгой в руках. Той самой, которую я недавно изучил от корки до корки, желая узнать, как вести себя с младенцем.
Снова на душе заскребли кошки. Ну зачем опытной няне читать подобную литературу? Она ведь и так все должна знать. Осторожно приблизившись, я аккуратно забрал приоткрытую книгу из рук Элеоноры и прочитал заголовок статьи: «Как помочь развитию малыша до года». Дальше шли различные советы: варианты стихотворений, которые следовало заучить, пританцовывая с ребенком и указывая на части тела, подвижные игры, а также разные карточки – предположительно, сделанные самостоятельно – для пополнения словарного запаса малыша. Я читал все это, но совершенно не задумывался над пользой подобной ерунды. Хлоя росла здоровенькой и улыбчивой, и мне было все равно, умеет ли она хлопать и понимает ли, что нос – это нос. А вот няня, похоже, озадачилась.
Что ж, это только ей в плюс.
Отложив книгу в сторону, я снял с дивана легкое покрывало и накрыл спящую Барби, после чего тихо вышел.
Следующие пару часов прошли по стандартной схеме: я поел, проверил работу Хуана, посмотрел, как там наша будущая роженица в коровнике, и даже проследил взглядом за зевающей Элеонорой, вновь выкатившей из дома коляску с радостной и выспавшейся Хлоей. На няне были все те же шорты и майка, хотя уже сейчас был виден легкий загар – последствие утренней вылазки.