Фея для Златомирья (СИ)

Алекшан проследил за её взглядом, который Елена не сводила с герба над дверью:
— Всегда на страже…  — прочитала она вслух, заставив Милу закрыть рот. Видимо, она с возмущением хотела высказать, что думает о намёке старшей сестры, но голос Елены её насторожил. — Ключ, что сторожит Цитадель…  а может мы не там с вами ищем? Может, нужно искать ни то, что Цитадель сторожит, а вовсе наоборот — то, что сторожит…  охраняет саму Цитадель? Всегда на страже…  всегда на стороже…  мечи, словно защищающие розу — Цитадель — сердце империи. Владыка тогда долго смотрел на неё…  Нужно проверить!
Сделала шаг.
— Ай! — поджала ногу и поморщилась от боли. — Камни то зачем здесь насыпали? Асфальт не могли проложить или хотя бы травой засеять?
Вспорхнула с места, воздухом обдав лицо Алекшана, пытавшего найти слова на неожиданную претензию Владыки. Мысленно махнул рукой, с ожиданием следя за файри.
Она провела рукой по мечам, коснулась розы. Чуть отлетела, задумчиво склонила набок голову. Вновь подлетела к гербу и попыталась повернуть розу. Радостно вскрикнула и обернулась к ним с чем-то зажатым в руке. Радужные глаза торжествующе сверкали:
— Я нашла! Первый ключ у нас!
* * *
Снова собрались в кабинете Алекшана, будто других помещений в Цитадели нет. На этот раз присутствовал и Владнэль. Ждали только Елену, отправившуюся переодеваться. Она так и не дала никому ознакомиться с посланием Владыки, забрала с собой в комнату.
Все с нетерпением поглядывали на дверь. Кроме Алекшана, делающего вид, что разбирает бумаги на столе. Хотя спроси кто, что в них, ответить вряд ли бы смог. Открылась дверь, и Елену встретило чуть ли ни хоровое:
— Наконец-то!
Эта вредная файри, словно издеваясь, медленно подошла к дивану, села, закинула ногу на ногу в бирюзовых брючках, поправила полы такого же цвета платья с золотой вышивкой по краю.
— Ленка! Хватит издеваться! — не выдержала Мила.
— Я издеваюсь? — вскинула брови файри.
— Ленка!!!
Елена рассмеялась, вот только улыбки не было в глазах, вытащила из кристальной капсулы небольшую бумагу и торжественно зачитала: «Мой наследник, ты всё-таки решил простить шаршан. Дело твоё! Второй ключ ты найдёшь у третьей стороны проклятия. Он там же, где был первый».
— Третья сторона проклятия? — переспросила Мила.
— Это как в переговорах, — вставил маг. — Одна сторона, вторая…  думаю.
— Первая сторона у нас Владыка файри, — задумчиво произнёс Алекшан, постукивая кончиком пера по чистому листу бумаги. — Вторая — род дель Шаршан, а третья…  — переглянулся с Владнэлем и поморщился. Вместе с полудраконом закончил: — дубравэльцы! Они тогда же получили свою долю проклятия.
— Ну что ж, — устало улыбнулась Елена, — значит завтра с утра снова в путь. В Дубравэль! А сейчас, думаю, лучше начать собираться!
* * *
Алекшан заработался допоздна. Цитадель уже стихла, а он всё просматривал бумаги, по которым, по мнению Ивашана, решение принять мог только наместник, да и ставил подпись-согласие на тех, которые изучил дед. Днём было не до них. Когда гости разбрелись, заявился Фёдшан с первым докладом о пещере вампиров. Потом о результатах допроса Эльшани. К сожалению, она мало что могла сказать о других вампирах, которые приобрели свободную волю. Только то, что, по мнению Элишана, чем старше вампир становится, тем сильнее он себя осознаёт.
Алекшан отправил послания-предупреждения всем высшим лордам, чтобы проверили своих вампиров. А также написал сестре. После того, как разберётся с проклятием файри, нужно будет собрать совет, чтобы решить, что делать с вампирами. Нельзя рисковать!
Тихий стук в дверь отвлёк от бумаги, которую читал. Кому это не спится кроме него?
— Да?
Дверь приоткрылась и заглянула Елена. Со смущением тихо спросила:
— Я не помешаю?
— Проходите, — несколько удивлённо ответил он. — Что-то случилось?
Елена помотала головой, села на диван, на плече устроился дух, чёрными без белков глазами посматривая на Алекшана. Немного подумав, Елена вдруг скинула туфли и подогнула под себя ноги.
— Не спится, — ответила она. — Что вы будете делать с вампирами?
— Леди, а вы не думали, что это не ваше дело?
— Это ведь вы их создали. Значит, вы в ответе за них…  — осторожно, с опаской: — Вы ведь не уничтожите их всех?
— Это решит Повелитель и совет, леди!
Файри словно его не услышала:
— У Ратмира есть версия, почему некоторые из вампиров изменились. Со временем кровь Повелителя разбавляется. Через браки смешивается с другой. От этого влияние на вампиров уменьшается…  Но так, как прежде, вы с ними уже не сможете жить, правда? Почему бы вам не договориться с ними, те, кто согласится, могут остаться на службе, но уже как просто слуги, воины. А тем, которые захотят свободы, выделить часть земель?
Алекшан покачал головой:
— Леди, с чего такая забота о тех, кто хотел вас убить? Возможно даже сделать одной из них?
— Вампиры ведь не виноваты, что вы создали их такими. Никто…  ни одно разумное существо…  не откажется от свободы ради рабства! — файри, прикрыв род ладонью, широко зевнула.
— Хорошо, леди, я подумаю. Не пойти бы вам отдохнуть, сегодня тяжёлый день был для всех нас… 
— А может, хватит нам выкать друг другу? — вдруг сонно предложила файри. — Вы мне спасли жизнь…  и не один уже раз… 
— Хорошо… 
— Можно я у…  тебя здесь посижу немного? — тихо неуверенно попросила она. — Обещаю, мешать не буду. Не хочу оставаться одна сегодня.
Ему ничего не оставалось, как кивнуть. Елена и впрямь сидела очень тихо. Вот только одно её присутствие отвлекало его. Как-то он всё же смог отстраниться и сосредоточиться. От жалобы одного из лордов на другого, которые никак не могли поделить реку, его отвлёк жалобный стон и голос Елены:
— Нет…  не хочу…  кровь…  кругом кровь… 
Он вскинул голову, файри, свернувшись клубочком, во сне ворочалась на диване. Дух обеспокоенно летал вокруг неё. Снова кошмар? Он тихо поднялся и подошёл. Прижал палец к губам, прося водного духа соблюдать тишину. Едва касаясь, провёл тыльной стороной ладони по нежной щеке файри:
— Тише, леди. Всё хорошо. Это только сон.
Тихий стон-всхлип, Елена тяжело вздохнула и успокоилась, всё также продолжая спать. Алекшан аккуратно укрыл её пледом, убрал прядь волос с лица и несколько мгновений просто смотрел на файри. На душе разливалось бальзамом тепло и нежность. Совсем не такие, как он чувствовал к сестре, а более пронзительные, собственнические:
— Что же с тобой делать, бабочка моя?
  
Глава 5
 
Любовь нагрянет, как снег посреди лета
 
На западе горизонт сиял смесью алого и фиолетового заката. До Дубравэля осталось полдня лёта, но Владнэль взбунтовался. Мол и так он уже не только верховым, но и грузовым драконом стал — все вещи загрузили, и Алекшан сидел на нём — без отдыха лететь он не согласен. Да и у Лены с Милой к вечеру крылья стали тяжёлыми-тяжёлыми так, что приходилось махать ими через силу. Решили переночевать на земле.
Сверху подметили поляну рядом с рекой и приземлились. Мила сразу же взялась за готовку позднего ужина и позвала Лену помогать. Алекшан нарубил сухих веток с прихваченного драконом по дороге сухого дерева, развёл костёр, пока Владнэль ставил палатки. Сейчас эльфы хором срубали оставшиеся ветви, разрубали ствол — готовили дрова на ночь и на утро.
Топор в крепких руках взлетал в воздух, одним точным ударом впивался в дерево. Парни работали дружно. Изредка перебрасывались редкими фразами. На лице шаршанина привычная непроницаемость, которая за весь день ни разу не дрогнула.
Именно Алекшан предложил отправиться в Дубровэль по воздуху, чем удивил Лену донельзя. Вероятно, ему они так надоели, что желает как можно скорее разобраться с этой катавасией, связанной с проклятием, и распрощаться с файри навсегда. Вновь обращение на «вы» к Лене свидетельствовало о том же. Она засомневалась даже, предлагала ли ему перейти на «ты», или ей это приснилось.