Дитя Пророчества (СИ)

— Такое я уже встречал раньше. — осматриваясь по сторонам, негромко заговорил Хаэр’Далис. — Ну конечно! Это объясняет и их загадки с глазами. Мы в логове бехолдера! — объявил он, но его спутники только недоуменно переглянулись.
— Бехолдеры — магические существа. — начал рассказывать тифлинг. — По сути, это огромная безобразная голова с сотней глаз, парящая в воздухе…  и она сейчас прямо у меня за спиной, да? — аккуратно осведомился он, видя, как неожиданно вытягиваются лица его компаньонов, стоящих лицом к выходу.
Не раздумывая, Хаэр’Далис резко развернулся, выхватывая из-за пояса найденный в храме жезл и активируя его прямо в огромный центральный глаз монстра. Высвобожденный им магический импульс окутал бехолдера, срывая с него защитные чары и на мгновение ошеломляя. Этого мгновения тифлингу было вполне достаточно, чтобы разрубить «Единого Бога» на несколько идеально равных частей.
— Как же эти твари воняют! — шутливо пожаловался он, и Канни, в ужасе замершая при появлении бехолдера, громко и облегченно хохотнула, с восхищением любуясь своим другом.
В опустевшем логове компаньоны без труда обнаружили лестницу, ведущую на верхние уровни. Разумеется, слуги Невидящего Ока, которые еще требовались ему живыми, не могли каждый раз спускаться к нему через воронку. Поднявшись на территорию культа, группа обнаружила себя посреди настоящего хаоса. Со смертью бехолдера рассеялись и все его заклинания, лишив последователей культа способностей, которыми ложный бог награждал их взамен утраченного зрения. Ослепленные люди в панике метались, хватаясь за стены и наталкиваясь друг на друга. Не имея какого-либо средства помочь им, друзья с содроганием покинули это зловещее место.
— Остается лишь надеяться, что боги, от которых они отвернулись, когда-нибудь простят этих несчастных и вернут им способность видеть. — грустно покачал головой Келдорн, когда они вернулись на поверхность в район храмов. — Вас же, друзья мои, я благодарю за содействие Ордену в столь важной миссии. Я не забуду упомянуть о ваших заслугах, вернувшись к своим командующим.
— Итак, очередной взнос в твою репутацию в глазах рыцарей мы сделали. — с легкой насмешкой обратился Йошимо к Аномену, провожая взглядом удаляющегося паладина. — Теперь самое время еще разок наведаться в «Медную Корону» в поисках настоящей работы.
  
ГЛАВА 3
 
Миновав величественное здание Ордена Сияющего Сердца, друзья зашагали по роскошной части города, где располагались особняки знатных особ. Неподалеку возвышалось здание городского совета, окруженное прекрасным садом.
— По правую руку находится поместье семьи Файркам. — рассказывал на ходу Аномен, лучше всех знавший Аскатлу. — Там проживают жена и дети Келдорна. А вон там, дальше — особняк известного скульптора, некогда украшавшего храм Хельма.
— А вон то здание, кому оно принадлежит? — полюбопытствовал Гаррик, указывая на большой и красивый особняк, расположенный на некотором отдалении от других.
— Моей семье. — смущенно отозвался священник. — Когда-то и мы были вхожи в светские круги Аскатлы, однако с тех пор слишком многое изменилось.
Бросив предостерегающий взгляд на Йошимо, Канни нагнала бардов и цепко ухватила обоих за плечи, не желая, чтобы какой-нибудь язвительный комментарий привел к очередной словесной перепалке. Проходя мимо своего поместья, Аномен ускорил шаг и нервно опустил голову, однако стражник, стоявший у парадных дверей, сразу узнал своего молодого господина и поспешил за ними.
— Лорд Аномен! — позвал он, и священник неохотно обернулся. — Прошу вас! Вы должны повидать своего отца!
— С какой стати мне с ним видеться? — резко спросил Аномен, и его спутники неловко поежились, избегая встречаться с ним взглядом.
— Несчастье случилось, господин. — печально объявил стражник, подходя ближе. — Вашу сестру Леди Мойру убили.
— Что?! — священник остановился, словно налетев на невидимую преграду, и недоверчиво воззрился на говорившего. — Нет…  Этого не может быть! Как такое могло случиться?!
— Никто не видел, кто это сделал, и как они попали в особняк. — покачал головой страж. — С тех пор дела идут все хуже. Ваш батюшка…  он не расстается с бутылкой, обвиняя весь свет в своих невзгодах. — он в смущении переминался с ноги на ногу. — Поговорите с ним, господин! Протяните ему руку в таком горе, что обрушилось на ваш дом!
Мгновение Аномен стоял в нерешительности, затем резко развернулся и направился в сторону особняка. Остальные, неуверенно переглядываясь, последовали за ним. Проходя по большим гулким залам внушительного поместья, друзья то и дело замечали признаки гнусной нищеты, вторгшейся в жилище этой некогда влиятельной семьи. Главу дома, которого они без труда узнали благодаря несомненному фамильному сходству с Аноменом, компаньоны обнаружили на кухне. Помещение выглядело запущенным, ни одного слуги поблизости видно не было. Пожилой лорд, одетый лишь в выцветшую тунику и поношенные панталоны, сидел за грубым деревянным столом наедине с полупустой бутылкой дешевого вина. Аномен решительно направился к отцу, а его спутники, чувствуя себя крайне неловко, попятились назад в коридор.
— Хотя бы твоего отца мы вряд ли повстречаем в подобном виде. — попытался пошутить Хаэр’Далис, и Канни, с состраданием прислушивавшаяся к спору на повышенных тонах, доносившемуся из-за двери, благодарно улыбнулась.
Аномен вышел, резко хлопнув дверью, и остановился, видя перед собой серьезные и добрые лица своих друзей.
— Ты…  как? — осторожно спросила Канни, не желая показаться досужим любопытным.
— Мне нужен ваш совет, друзья. — глухо проговорил священник, увлекая их за собой подальше от злополучной двери.
— Дело вот в чем. — начал рассказывать он, когда они все очутились в просторном пустом зале с небольшим фонтаном по центру. — Мой отец считает своего давнего соперника по торговым делам виновником смерти Мойры. Он уверен, что этот человек, загубив его дело и тем самым лишив нашу семью всего, не пожелал этим ограничиться и забрал последнее, что имело важность для его врага — жизнь дочери. Однако тому нет никаких доказательств. Отец требует от меня мести, но это противоречит всему, чему я поклялся служить в Ордене!
— А ты сам веришь его словам? — спокойно и серьезно спросил Гаррик, раздумывая над услышанным. — Что если обвинения твоего отца проистекают исключительно из испытываемой им ненависти к тому человеку?
Аномен опустил голову и задумался.
— Убийство из мести твой Орден все равно расценит как убийство, а не правосудие. — добавил Хаэр’Далис.
— Вполне возможно, что торговец и не имеет отношения к смерти Мойры. — медленно заговорил священник, начиная понимать. — Лишь отец, безусловно, повинен в упадке нашей семьи, что и привело в итоге к столь трагическому финалу. И своими руками загубив свою жизнь, он теперь вольно или невольно пытается разрушить мою.
— Если торговец невиновен, мы совершим несправедливость. — поддержала его Канни. — А если он совершил злодейство, то будет схвачен и предстанет перед судом города. В любом случае, если мы ввяжемся в это дело, твою сестру это не вернет, зато перечеркнет все твои шансы вступить в Орден.
— Нам…  лучше уйти. — проговорил Аномен, приняв решение и с шумом отбрасывая в сторону фамильный щит с гербом. — Может быть, отец рассчитывает превратить меня в свое подобие, уничтожив мои мечты и стерев годы трудов. Но я этого не допущу. Я не сверну с праведного пути в угоду его гордыне!
— Я бы никогда не оставил гибель близкого неотомщенной. — с осуждением пробормотал Йошимо. — Впрочем, ты это не я.
Барды внимательно смотрели на самурая, переглядываясь с легким и пока еще смутным подозрением.
* * *
«Медная Корона» встретила друзей своим привычным гомоном и изобилием сменяющих друг друга лиц и ароматов. Они уселись в общем зале, заказав эль и прислушиваясь к новостям, коих всегда в достатке звучало и обсуждалось в подобных заведениях. Аномен был бледен и молчалив.