Смерть по высшим расценкам
– Куда дальше?
– Встаньте у тротуара.
Свернув, затормозил у тротуара. Посмотрел на Лину – она сидела, покусывая губу, так, будто раздумывала, стоит выходить или нет.
Выключив мотор, спросил:
– Какие-то проблемы?
– Не знаю.
– Не знаете?
– Да, не знаю.
– Простите, но… – Он помолчал. – Вы живете одна?
– Одна. Слушайте, у вас есть здесь мобильник?
– Есть.
– Дайте, пожалуйста.
Открыв бардачок, протянул ей телефон. Набрав номер, подержала трубку у уха. Отключив связь, положила телефон на сиденье.
Он ждал, что она объяснит свое поведение, но она молчала. Покосившись, спросил:
– Что-то не так?
– Еще не знаю. Джон, может, посидим еще в баре?
– Вы хотите вернуться в «Мершантс»?
– Зачем в «Мершантс», бар есть тут рядом, на Мэдисон. Посидим там. Насчет денег не волнуйтесь, затраты я возмещу.
– Перестаньте, о каких затратах вы говорите. Какой бар вы имеете в виду? «Коллинз»?
– Да, «Коллинз», здесь, на Мэдисон. Там неплохо.
– Хорошо, я вас приглашаю, едем в «Коллинз». Только не уверен, удастся ли мне втиснуть куда-то свою телегу.
– Так зачем ехать, оставьте ее здесь, это стоянка для гостей нашего дома. Пойдем пешком, идти два блока. Только захватите телефон.
– Хорошо. – Взяв телефон, вышел из машины.
Бар «Коллинз» на Мэдисон-авеню был заполнен только наполовину. После того как они сели за столик в углу и Джон заказал «Кампари-Оранж», Лина улыбнулась обольстительной улыбкой, от которой у него учащенно забилось сердце.
– Спасибо, Джон. Тихая пристань.
– Да, здесь мило.
– Может, расскажете о себе?
– О себе?
– Да. Кто вы, чем занимаетесь, где живете и все такое.
– Что? Вам это интересно?
– Почему нет? Конечно интересно. Мы же сидим вместе в баре.
Потянув через соломинку коктейль, посмотрел на нее в упор. Его взгляд ничуть ее не смутил, она по-прежнему смотрела на него с невинным видом, продолжая улыбаться.
Джон был сыном состоятельных родителей, но в Тенафлае, штат Нью-Джерси, где он родился и рос до семнадцати лет, он, по настоянию отца, окончил обычную школу. Он был самым большим драчуном и капитаном футбольной команды, считаясь при этом еще и компьютерным гением. Поступив после школы в Вест-Пойнт и окончив академию в звании второго лейтенанта, он сразу же попал в разведку особой воздушно-десантной части «Дельта Форс». С небольшими группами этой части он побывал в нескольких горячих точках, бывало, что он попадал в серьезные переделки. Действовал он в основном в составе небольших автономных групп. Судя по наградам и благодарностям, а также нашивкам, которые прибавлялись на погонах, во всех местах, куда его посылали, он проявил себя неплохо. Однако после легкого ранения, из-за которого один его глаз стал видеть чуть хуже другого, приговор врачей был неумолим: со службой в спецчастях он должен проститься. Ему предложили несколько мест, связанных с бумажной работой, что для него, дослужившегося до майора, было вполне приемлемо, но, конечно, в корне ему противопоказано. Он знал, что может все так же метко стрелять и точно приземляться с парашютом. Но спорить с врачами было бессмысленно, и он уволился из армии.
Ему была назначена приличная пенсия, но сидеть без дела он не мог и вскоре основал консультационно-детективное агентство «Консалтинг Интернейшнл». Работа была опасной, но это-то как раз ему и нравилось.
Встретив взгляд Лины, в котором соединялись легкая насмешка и искренний интерес, пожал плечами:
– Хорошо, расскажу. Но и вы мне расскажете о себе. Кто вы, чем занимаетесь и все такое.
Она надолго приложилась к соломинке. Не отрываясь от нее, покосилась:
– Мне нечего рассказывать. Я ничем не занимаюсь.
– Что – совсем ничем?
– Совсем ничем. Живу, и все.
Он снова попытался прорваться сквозь ее улыбающийся взгляд, и у него снова ничего не получилось.
– Нет, серьезно, Джон, расскажите, чем вы занимаетесь?
– Я владелец одного агентства.
– Интересно… – Протянув это, отпустила соломинку. – У этого агентства есть название?
– Есть, «Консалтинг Интернейшнл». – Достал и протянул визитку: – Здесь исчерпывающие данные, спрячьте на всякий случай.
Покрутив картонку, спрятала ее в кармашек платья.
– Хорошо. А что оно делает, это агентство?
– Многое. Дает консультации, помогает в маркетинге, проводит расследования.
– Расследования чего?
– Всякие расследования.
– Что, в том числе и уголовные?
– Бывает, что и уголовные.
– Надо же… – Снова приложилась к соломинке. – Так выходит, вы вроде этого… вроде детектива?
– Можно считать и так.
– Вы совсем не похожи на детектива.
– А я и не должен быть на него похож.
– Надо же… – Помолчала. – Знаете, а ведь я сейчас как раз ищу детектива.
Этого он ожидал от нее меньше всего. Помедлив, переспросил:
– Ищете детектива?
– Да. Точнее, охранника. Вы могли бы поработать немного охранником? А также детективом?
– В принципе мог бы.
– Ну вот. – Она отодвинула бокал. – В десятку.
– В десятку?
– Да, в десятку. Мне сейчас нужна охрана. Надежная охрана. И человек, который умеет разбираться… скажем так, в запутанных ситуациях. Возьметесь меня охранять? А заодно помочь мне распутать одну ситуацию?
Он снова попытался проникнуть в тайну ее мыслей, но тщетно. Ее губы улыбались, но глаза, зрачки которых в середине были зелено-голубыми, а по краям карими, оставались непроницаемыми.
– Если вы серьезно, возьмусь.
– Я серьезно. Не волнуйтесь, я вам заплачу очень хорошо. Останетесь довольны. – Помолчав, спросила уже без улыбки: – Как, уговор?
– Хорошо, уговор.
– Ну и отлично. Если можно, дайте снова ваш мобильник.
– Пожалуйста.
Он протянул аппарат. Взяв его, она набрала тот же номер. Подержав трубку у уха, отключила связь. Протянула телефон:
– Все.
– Что «все»?
– Все «все». – Вздохнула. – Разве этого мало?
Она явно обладала способностями внушения, иначе он не ответил бы покорно:
– Да нет. Не мало.
Несколько секунд она изучала его взглядом, будто пытаясь понять что-то очень важное о нем. Вздохнула:
– Джон, проводите меня домой. До самых дверей моей квартиры.
– Хорошо.
– Только… Понимаете, ключи мне придется взять у портье. Поэтому, когда мы войдем в холл, ведите себя так, будто знаете меня тысячу лет. Сможете?
– Постараюсь.
– Тогда пошли.
– Пошли. – Положив на стол двадцатку, он встал. Уже подходя к выходу, Лина бросила небрежно:
– Можете даже зайти ко мне в квартиру. Выпьем по чашке кофе, если, конечно, вы не против.
– Да нет, я не против. Посторонившись, он пропустил ее вперед.
В холл дома, к которому они подошли, вели сверкающие зеркальными стеклами и позолотой деревянные двери. Толкнув одну из них, Лина вошла в тамбур и нажала кнопку звонка. Сидящий за стойкой портье поднял голову, затем, увидев ее сквозь дверное стекло, опустил руку, после чего вторая дверь тамбура загудела и открылась. Кивнув Джону, Лина вошла вместе с ним в холл.
Помещение заполнял исходивший от трех больших торшеров мягкий свет, пол был выложен мраморной плиткой, вдоль стен стояли кожаные диваны и кресла, портье в ливрее с галунами сидел за конторкой из мореного дуба.
Как только Лина приблизилась к стойке, латиноамериканец средних лет почтительно склонил голову:
– Добрый вечер, мэм.
– Добрый вечер, Роберто. Мне что-нибудь есть?
– Да, мэм. – Сунув руку под конторку, Роберто протянул конверт. – Мистер Луксман оставил для вас.
– Давно он был?
– Примерно часа с два.
– На словах ничего не просил передать?
– Ничего. Только оставил конверт.
– Ладно. – Взяла конверт. – Слушай, Роберто, я потеряла ключи, выручи, пожалуйста.
– Конечно, мэм.
– У тебя ведь есть запасные?