Я его достану! (СИ)
Я не знаю, почему так случилось, сплетен много ходило, но, понятное дело, без решения мэра такое вряд ли могло случиться. А еще некоторые заметили, что после Нового года на работу не вернулась и пресс-секретарь нашего мэра — та самая любовница Вани Елисеева — Альмира Шабанова. Вроде совершенно не связанные события. На первый взгляд.
Я честно не спрашивала у Олега. Вообще, заметила, что чем меньше задаю я ему вопросов, тем чаще получаю на них ответы. Не сразу, а по оговоркам, брошенным между делом фразам я постепенно сложила мозаику целиком.
Итак, Елисеева подкупила, буду называть вещи своими именами, одна из тех московских контор, которые тоже претендовали на землю в Покровском. В открытую воевать с Олегом они не стали, зато знали, что огласка приведет к тому, что на нашего мэра могут надавить и он отменит тендер или назначит новый. Так, собственно, и произошло. Один из недоброжелателей отца Олега, действительно, подключил свои связи. Что очень не порадовало нашего мэра, который уже обо всем договорился с Бессмертным. И кто в результате оказался крайним? «Честное слово», разумеется. Права была Виолетта, когда полгода назад говорила, что чувствует неприятности своей пятой точкой. И мэр не простил эту статью нашему бывшему главному. Ну и пресс-секретаря своего заодно проверил. Ведь наш бывший главный редактор тоже не дурак, решил тогда подстраховаться и посоветоваться с Альмирой, стоит ли публиковать, а та дала зеленый свет. Наверняка не забесплатно. Московские бизнесмены прекрасно знают, как делаются сенсации в регионах, хотя в столице, наверное, точно так же.
Вот только победу они рано праздновали…
— Вася, Васенька! — Перед глазами возник наш новый спецкор Толя, который на место Елисеева пришел. Они даже похожи чем-то, так что с Толей мы особо не общаемся. Только по делу или когда ему от меня что-то надо. Вот как сейчас.
— Что?
— Я слышал, «Аркадия» будет постепенно сворачивать у нас бизнес, а они же партнеры Бессмертного. Ты не могла бы?..
— Не могла бы, Толь, — без сожаления ответила я. На обиженные взгляды Толика я давно не реагирую, спасибо за это Елисееву.
О Ване, кстати, ничего не слышно, как в воду канул. Иногда мне кажется, что правда канул. А еще я думаю, Олег точно знает, что произошло с Елисеевым, но молчит. Нет, я уверена, Бессмертный ничего с ним не сделает терминального, а вот Кощей-старший… В нем я не была так уверена. Живьем я его еще ни разу не видела, но пару раз по телефону уже разговаривала. Не самый приятный человек. Невольно содрогнулась, вспомнив его голос. Но рано или поздно придется с ним и лично пообщаться.
Пальцы порхали по клавиатуре — новость о ставках в Сбербанке наполовину готова, остались комментарии. Пока разговаривала по телефону с местными банкирами, чуть было не пропустила куда более важный звонок. От Олега.
— Одну минуту, подождите, пожалуйста!
— Привет! Все хорошо? — спросила я, еще не услышав его голос в трубке.
— Все отлично, — произнес самый любимый голос на свете. — Я еду к тебе, буду минут через тридцать. Хочешь, в ресторане отметим? Можем в «Игле».
— Нет, давай у тебя в офисе. Мне кажется, это будет правильно.
— И символично, — хмыкнул Кощей. — Любишь ты везде находить особые знаки. Хорошо, скажу Маше, чтобы заказала обед прямо в офис. Увидимся.
— Увидимся.
Все получилось! Я так и знала! Знала! По-другому и быть не может. Потому что это Олег. Спокойный, хладнокровный и очень упертый Кощей, который всегда четко знает, чего хочет.
Так обрадовалась — даже не сразу вспомнила, что меня в телефоне человек ждет.
— Алло? Извините… Так что вы со ставками делать будете?
Я уже была в офисе Олега, когда он приехал. В себя приходила от нашей редакционной духоты.
— Ты выглядишь неприлично хорошо для такой жары, — констатировала я, разглядывая своего безукоризненного мужчину. — Сегодня тридцать пять градусов. Очередной рекорд.
— Ты хочешь про погоду поговорить, — хмыкнул Кощей и уселся рядом. Довольный, но уставший. — Ну давай!
— Лучше ты расскажи. — Я тихонько потерлась носом о его щеку. — Мне же интересно, как все было! Ты обещал.
— Да куда ж я денусь? — Его глаза смеялись и смотрели на меня так, что сердце в груди радостно исполняло песню своего собственного сочинения.
— Правильно. Никуда. Но я не настаиваю.
Бессмертный посмотрел на меня недоверчиво, а потом встал с дивана и подошел к винному шкафу. Молча открыл бутылку белого сухого и щедро плеснул в два бокала.
— Рассказывать особо нечего, за двадцать минут все подписали. Без проблем.
— Вот так просто? — протянула я.
— Ты разочарована? — Олег протянул мне бокал вина и сделал маленький глоток.
— Я? Нет, конечно. Я рада. Просто не верится, что то, из-за чего было сломано столько копий и столько судеб изменено, на деле оказалось так просто.
— Не так уж и просто! Папа постарался грехи свои замолить и лишился некоторых своих личных активов. Да и часть земли в Покровском уже не моя.
Я молча кивнула и отпила немного вина. В такую жару, конечно, в голову может дать сильно, но на улице, а тем более в редакции я надеюсь появиться нескоро.
Много лет назад отец Олега, будем честны, цинично обманул одного из своих партнеров, пережил ставшее традиционным покушение на свою жизнь, и бизнес чуть было не потерял. Не поделили они тогда как раз землю в Покровском. С годами вроде вражда сошла на нет, партнер стал большим и уважаемым чиновником в Москве, конкурентов по бизнесу перестал «заказывать», а решал свои проблемы чуть более цивилизованно, но не сказать чтобы законно. Олег прав — его отцу пришлось даже кое-что вернуть бывшему врагу, и тот перестал мешать. В обмен на часть земли в этом самом Покровском. Кощей говорит, что это хорошая сделка и он доволен. Мэр тоже счастлив: земля нашла своих хозяев. Но, мне кажется, он еще больше рад, что на этот раз обошлось без вмешательства прессы. Землю эту как-то так хитро оформили, что тендер не нужно было объявлять. А сегодня местные власти официально подписали план строительства. Поэтому Олег так счастлив. И я вместе с ним.
— Кто бы мог подумать, что мой дурацкий вопрос про тендер окажется таким нужным! Теперь я рада, что тогда задала его.
— А я рад, что мы в лифте тогда застряли, — с улыбкой сказал Олег. — Много всего веселого было с этим тендером.
— Не то слово! Как вспомнишь… А я ведь сегодня как раз все это в голове крутила. И про Елисеева, и про его эту Альмиру, да много про кого! И много чего поняла для себя.
— Например? — Олег посмотрел на меня с любопытством.
— Например, что журналисты своими статьями могут влиять на жизни людей, и не всегда в лучшую сторону. Я вот по себе и по коллегам сужу — мы не так часто об этом задумываемся. То, как нас всех обманул Ваня, говорит о том, что журналист просто обязан хорошо разбираться в людях. Это как часть профессии.
— Интересно. — Олег кивнул и снова отпил вина. — Продолжай.
— Ну… Что когда мы гонимся за эксклюзивами, вы… — Тут я обвиняющее ткнула в него пальцем. — …Нами манипулируете. В итоге журналисты, которые работают на скорость и бегают за «горячим», становятся слепым орудием, даже не зная об этом. Знаешь, много мыслей в голове крутится, но я сейчас скажу, что даже самая горячая новость, которая в момент тебя может превратить в звезду и решить все твои проблемы, не стоит того, чтобы рушить отношения. Что можно потерять куда больше, чем приобретешь такой публикацией. Когда я пришла в журналистику, я вообще не думала об этом.
— А я никогда не думал, что полюблю журналистку, — тихо проговорил Олег. — Что изменю привычный образ жизни и мне это понравится. Я с тобой как будто заново жить начал.
— Это хорошо! У нас своя сказка получается, верно? Непохожая на другие. Василиса и Кощей. Звучит же?