Рубиновый маяк. Между ведьмой и змеёй

Перечисляя убытки, он спустился вниз, где продолжил сетовать. К нему подключились мужские голоса посетителей таверны. Кто-то выяснял причину переполоха, кто-то заплетающимся языком предложил добавить в счёт сломанный прошлым вечером стул…
Белинда сжала кулаки, вонзая ногти в кожу ладоней. Боль нехотя выводила девушку из ступора.
– «Домой. Домой. Хочу домой. Чтобы попасть домой, нужен Анарендил. Нужны Фабиана, Ярро и ведьма. Нужно встать, бежать, предупредить… если их схватят – домой не получится…»
Белинда глубоко вздохнула и слезла с кровати. Из-за пережитого испуга действовала как в тумане и окончательно пришла в себя лишь на улице, когда прохладный морской бриз пролетел между домами и всколыхнул юбку девушки.
– Они ничего мне не сделали. Ничего. Только за руку подержали. Ну чего ты так испугалась? – шептала она себе. Но глубоко внутри знала ответ – «Буйная Изольда» и пираты, побравшие все законы морали.
– Эй, малахольная! Метка есть? – окрикнул кто-то из встречной вереницы людей.
Белинда вздрогнула, перехватила подушку и задрала рукав. Мужчина коротко кивнул и пошёл дальше.
Только теперь девушка осознала, что тащит с собой подушку из комнаты. Идти с ней в обнимку было легче, чем одной. А ещё ощутила, как металл под юбкой холодит бедро – обрывком простыни она примотала к ноге короткий меч, который ещё утром обнаружила в шкафу.
Белинда возвела глаза к небу:
– «О, Хранители, не дайте нам с Фабианой разминуться».
Кажется, они услышали. Ведь после пятнадцатиминутного ожидания в тёмном проулке, выходящим на основной рыночный тракт, девушка различила две знакомые фигуры и облегчённо выдохнула.
***
[Дохлый Кит, ведьмина изба. Владения пиратов / Ярослав Власов]
– У меня голова раскалывается так, что зубы сводит! – пожаловалась Фабиана и принялась обмахиваться сорванным лопухом, словно веером, – погружаться в чужую память становится всё тяжелее.
– Это потому что Озирис хорошо тебе навесил, – возразил Ярослав.
– Чего навесил?
– Чего-чего… Избил тебя, имею в виду.
– У меня и до него голова болела. Особенно когда приходят воспоминания. Давай лучше ты, Ярро. Ты ведь тоже можешь.
– Хватит спорить, пожалуйста, – тяжко вздохнула Белинда. Она сидела на земле, привалившись спиной к дереву и обняв подушку. – Сделайте уже что-нибудь. Мы не можем долго прятаться в кустах, надо скорее создать открыватель, вытащить ведьму и Анарендила. Должно же быть у этого Ноара что-то ещё. Дом на лазурном берегу, нора в лесу, комната у какого-нибудь другого Арби.
– Я знаю старую мельницу, но она на другом конце острова. Попробую поискать недвижимость поближе. – Ярослав погрузился в себя.
Потянулся к остаточной памяти альвиса. Увидел, как вьётся по холмам Кита разбитый тракт, дождь смывает грязь со старой брусчатки. Небо заволокло тучами, а иссиня-чёрный горизонт рвут вспышки острых молний. Ярослав перевёл «не свой» взгляд на дорогу – невзрачная тропа, превратившаяся в грязевое месиво, отходила влево от основного тракта. А вдали виднелся силуэт строения. Он пошёл рябью, покрылся серой чешуёй, проявляющейся на обнаженном мужском теле…
– Да твою ж! Задолбал!!!
– Что? Кто? – Фабиана схватила Ярослава за руку. – Что ты видел?!
– Тише вы! – зашикала Белинда. – Не орите так! И к твоему сведению, Фабиана, голос у тебя становится визгливым.
– Заклятие, похоже, слабеет. Сибель наслала на меня безднов кашель – думала, выплюну собственные лёгкие. Точнее, не собственные, а альвиса. В общем, да… Кажется, дискомфорт в горле наконец проходит, но это, я так понимаю, к худшему. И, Хранители дери, как же болит голова!
– Да, определенно – визгливым, – повторила свой вердикт Белинда.
Ярослав рассмеялся и повалился в траву.
– Дичайшая дичь! Ха! Визгливо пищащий здоровый мужик-не мужик. Меченная жирной змеёй девка с мужским голосом, притворяющаяся парнем и владеющая рабыней. Рабыня-командирша, страдающая перепадами настроения и её верная подружка-подушка… Дамы, вам не кажется, что нам всем пора в дурку. М-м-м, точно! – Ярослав перевернулся на живот, – А ну-ка, девочки, отгадайте исконно-русскую загадку: сидит девица в темнице, а коса на улице. Ну?
– Сибель?
– Не-е-е. Она у нас вписывается в сказку о прекрасной принцессе и драконе. Точнее о криворукой ведьмессе и циклопе. А я вам нашего любимого посла загадал.
– Так он же не девица, – возмутилась Белинда.
– Ну темница-то есть – есть. Косы есть – есть, – перечисляя, Ярослав загнул два пальца. – А девица… Хм, кто его знает, какие в местных тюрьмах порядки. Вдруг Ренди мыло не там обронит…
– И что не так с мылом? – простонал альвис, массирующий виски. – Впрочем, не важно. Ярро, что ты видел в памяти? Нашёл укрытие?
– Нашёл твоего ненаглядного любовника.
– Ильсира? – уточнила Белинда, пока Фабиана возмущённо сверлила взглядом Ярослава.
– Нет, того чешуйчатого…
– Заткнись, – прорычала Фабиана.
– Того – кого? – не унималась Белинда. – У неё же только Ильсир был, да, Отверженная?
– Иди в бездну. Не было у меня никого.
Ярослав саркастически хмыкнул:
– Ну-ну.
– Слушайте, я благородная маира! – Сжал кулака альвис. – И не смейте думать про меня всякие непотребства!
– Мы обе когда-то были маирами, – вздохнула Белинда и уткнулась в свою подушку. – Но не теперь. Ярро, сделай хоть ты что-то благородное – отведи нас в укрытие.
– Не могу. Меня сбивает… кхм… в общем, Фабиана, твоя очередь. Вспомни дождливый день, море по правую руку, размытая тропика по левую, посередине – тракт. Гроза сверкает, небо чёрное. Море волнуется раз, море волнуется два… На счёт три ты откроешь глаза и скажешь нам, куда идти.
Фабиана вынырнула из глубин памяти не на три и не на пять, а минут через десять активного самокопания. Со стоном поднялась с травы и протиснулась сквозь кусты. Шли они в общем потоке людей и бренчащих телег. Альвис сопел и держался за многострадальную челюсть, ссутулившийся паренёк – за тряпицу на запястье, скрывающую змеиную метку, а блондинка – за подушку.
Древнее строение, к которому подошли путники, явно принадлежало ушедшей ведьминской эпохе. Кладка местами обвалилась, но центральная комната дома сохранилась в целости, была сухой и не продуваемой сквозняками. Труба огромного камина разрушилась, но в это время года незваные гости в растопке не нуждались.
– Какое неприятное место, – поёжилась Белинда, – смотрите, тут даже котёл лежит. Наверняка, ведьминский. Брр-р.
– Атмосферненько. Как в историческом музее. Памятник культуры-архитектуры и всё такое, – Ярослав провёл рукой по пузатым бокам уцелевших стеклянных флаконов, что в беспорядке лежали на каменном столе.