Аббарр. Песок и пламя

Карш накрыл ладонью свой амулет, весящий под одеждой.
— Будь мы у Кромки или по ту сторону белых песков, о нём бы позаботились странники, те, кто путает след в песке. А тут, — Карш развёл руки. — Это место хуже забвения.
Карш оглянулся на элвинг.
— Ты спрашивала, что я везу. Холодовик, вино, шкуры — этот товар не стоит того, чтобы за него платили жизнями. А кроме него у меня ещё это, — Карш достал из потайного кармана свёрток. — Несколько камней из Гиблой шахты Ахрана, что зовут Глоткой Бездны. И если дело не в них...
Карш подумал, что еще у него есть послание от незнакомки, но промолчал о нем.
— Тогда не знаю в чем, — закончил он и аккуратно развернул сверток на ближайшей плите, похожей на стол или жертвенный алтарь.
Ашри подошла ближе и аккуратно открыла миниатюрную резную шкатулку. Удивление и гнев. А ещё узнавание. От взгляда караванщика не укрылись отпечатки увиденного. Она что-то знала об этих камнях!
— Ты сказал, они из шахты? — Ашри отступила на шаг. — Значит на Мэйтару есть жила мнемоморов.
— Ормы, — поправил Карш, доставая второй свёрток и пересыпая камни в шкатулку. — Наместник Анхар назвал их ормами. Ты знаешь, в чем их ценность? На них охотились наши преследователи?
— Отвечая на твой первый вопрос: к несчастью да, — усмехнулась элвинг. — На своей шкуре испытала. А на второй — это точно ценнее всего остального, что ты... перечислил.
Карш нахмурился. Догадывалась ли элвинг о свитке или просто так выразилась?
— Давай тогда, сверим карты. Потому как для меня это всего лишь камни. Невзрачные, но крайне дорогие. Заказ. Не более. Но знай, что они будут оплачены кровью, я б не взял этот заказ.
Элвинг закусила губу, раздумывая.
— Баш на баш, — протянул руку торговец.
— Баш на баш, — кивнула элвинг, не отвечая на рукопожатие. — Начинай.
— Я не назову тебе имя заказчика, иначе лишусь доверия не только его, но и всех прочих. Я должен был доставить камни в Страж. Оплата солидная, путь не дальний, почему б нет? И на твой вопрос — да. В копях Ахран наткнулись на жилу ормов. Как давно и насколько обширную — не знаю...
Карш задумался, вспоминая записи отцы.
— Несколько лет точно. Все камни, что я видел — перед тобой. Но платят за эти тусклые булыжники «драконами» и рубинами. Не знаю, куда они идут, но явно не в украшения Верховного. При таком-то скромном виде.
— Вид не главное, — элвинг расстегнула перчатку, — Не зря ж их зовут ормами. Камни, что выше прочих.
Карш внимательно наблюдал.
Ашри взяла шкатулку и вытряхнула камни на тряпку. Достав нож, она отделила один из камней от прочих. Карш стиснул зубы и заставил себя промолчать, а дальше он смотрел на происходящее, широко раскрыв глаза.
Элвинг откатила камушек на противоположную сторону плиты, оценивающе оглядела. И, вернувшись, накинула на оставшиеся свою куртку.
— Излишняя предосторожность не помешает, — пояснила она.
После Ашри вернулась к одинокому орму и уселась напротив. На мгновение, закрыв глаза, Элвин подняла руку — кончики пальцев, а затем и ладонь засветились. Сначала чуть заметно, затем сильнее и вот Ашри держала в руках огонёк ярко лилового пламени.
— Ты что ли из псовых, — удивляясь своей же глупости, спросил ошарашенный Карш.
Ашри криво ухмыльнулась и медленно повела руку с пламенем по направлению к орму. Вдруг огонёк дрогнул, выгнулся и потянулся к камню. Ашри приблизила его ещё ближе и тут орм словно магнит притянул пламя и поглотил!
— Орхи меня дери! — воскликнул Карш, глядя как тусклый орм очистился, стал почти прозрачным и внутри него запульсировало крохотное фиолетовое сердечко.
— На Севере их называют мнемоморы — осколки памяти.
— Что это, Бездна поглоти? — прошептал Карш, не рискуя прикасаться к камню. — Понятно, отчего наместник был в перчатках.
— Бистам, большинству эллингов и аллати эти камни не навредят, — Ашри смерила караванщика взглядом. — Если ты конечно не из тех, в ком течёт пламя. Эти камни как упыри высасывают тебя, заряжаются и хранят силу в себе. Ну а потом, — Ашри пожала плечами. — Потом можно ее использовать. На Севере верят, что они хранят крупицу души тех, кто открыт потоку силы. Но я никогда не видела таких крупных.
Элвинг подняла руку, показывая браслет:
— Вот у меня такой тут, — на плетеном кожаном шнуре, среди серебряных резных бусин, весела крошечная ярко фиолетовая подвеска. — Забирает излишки, а бусины из лунной стали рассеивают ее.
Ашри чуть коснулась камня пальцем, и он ответил искоркой. На лице элвинг появилась улыбка. Тёплая и безмерно печальная. Но тут же брови вновь сдвинулись, и Карш уже не был уверен, что это мимолетное изменение не приводилось ему.
— Хочешь проверить на себе? — засмеялась элвинг. — Говорят, они найдут и выпьют пламя, даже если носитель сам не знает, что оно у него есть.
— Ты же сказала, что бистам нечего бояться, — Карш хмыкнул, закрывая шкатулку.
— Бистам — да, — Ашри прищурилась и внимательно посмотрела в глаза Каршу.
— Как знаешь, — после долгой паузы, сказала она и подобрав перчатку, надела на руку.
 
***
Карш аккуратно, стараясь не прикасаться к необычным камням, убрал их в шкатулку. Порывшись в сумках, он достал бутылку из морозного камня и мешок сушенных пещерных грибов.
— Основной товар был на Тучке, — Карш развёл руками. — Надеюсь, у этого червя разорвёт пузо от всего проглоченного холодовика. Ну, а если мороз его не доконает, так там была пара бутылок яда змей — может хоть они прожгут дырку в этой твари.
Ашри выдавила из себя усталую улыбку:
— У меня остался кусок сыра.
— А у меня, — Карш показал бутылку. — Изумительное ледяное вино из этих ужасных шахтовых ягод.
Карш скривился в гримасе, которая приводила в восторг детей приюта Маан:
— Таких бледных и растущих гроздями, словно великан Бронги мигом потерял все свои глаза, и они по волшебству сбились в кучки, как мерзкие брюшки паучков.
Карш сломал печать и выдернул пробку. Слегка тряхнул бутылкой, запуская воздух. Из горлышка вырвалось прозрачное пламя холодка, будто призрак. Морозный аромат коснулся носа и бист зажмурился от удовольствия.
— За тебя, Мараг, — караванщик салютнул бутылкой, сделал глоток и задержал вино во рту, смакуя прохладу и вкус.
Вино ледяной змейкой скользнуло по горлу. Была в нем сладость и горечь, терпкость и привкус пепла. В носу защекотало и, передав бутылку Ашри, Карш покрутил в пальцах кусок сушенного гриба, думая годится ли он в пищу в таком сморщенном, сизо—сером виде с душком немытого от Азура до Имола гвара.