Другое завтра. Хроники города, которого нет
– Ева, что ты…
Не успел Джеймс договорить, как я пустила серию выстрелов по левому краю дыры. Нога Томаса свободно выскользнула, и мы, не теряя ни секунды, побежали прочь из здания.
– Хорошо придумала, – раздался сбоку голос Джеймса.
Пробежав с бешеной скоростью два квартала, мы остановились, чтобы сделать передышку. В груди горел огненный шар, а в горле появилась давящая сухость, словно туда песка засыпали.
– Вроде оторвались, – запыхавшись произнес Томас. – Спасибо тебе, Ева…
– За тобой должок, – пытаясь выровнять дыхание, шумно выдохнула я.
– Заметано.
Мы смотрели втроем друг на друга и неожиданно для себя самих стали смеяться.
– Видел бы ты свое лицо Томас, когда она схватила автомат, – улыбнулся широко Джеймс. – Бегите! Пустите мне пулю в лоб и уматывайте отсюда! – передразнил его голос он.
– Ну знаешь ли, умереть от того, что ты не смог вытащить ногу из долбаной лестницы, такая себе смерть, – шутя стукнул он в плечо Джеймса.
– Ладно, нам пора идти дальше, а то остальные запаникуют.
Когда подходили к воротам, мы увидели ребят, державших наготове оружие. Поняв, что это мы, они тут же опустили его и пошли к нам на встречу.
– Я думал уже, что не увижу вас больше, – похлопал Дирк по плечу Джеймса.
– Почему так долго? – быстрым шагом подошла к нам Кэс.
– Вышла кое-какая накладка, – ответила я.
– Давайте валить отсюда, на сегодня хватит приключений, – проговорил Джеймс, направляясь к воротам.
Пока ехали обратно, Томас рассказал всем, почему мы так долго добирались до точки сбора.
– Скажи спасибо, что она тебе яйца не прострелила, – громко заржав, проговорил Дирк.
– В отличие от некоторых, они у него есть, – с издевкой выпалила Кэс. – Могу поспорить, ты бы не стал просить себе пулю в лоб.
– Ну тогда у кого и есть они, так это у Евы, – бросил Калеб.
– У-у, Кэс, если хочешь, чтобы я доказал тебе обратное, то приходи сегодня в мою комнату, – подмигнул он ей в зеркале заднего вида.
– У меня уже были планы, поэтому откажусь от столь заманчивого предложения, – говоря предпоследнее слово, она сымитировала пальцами кавычки.
– Ты многое теряешь, – беззаботно ответил он.
– Не сомневаюсь.
Gustavo Santaolalla – All Gone (Seasons)
Max Richter – I’d Hoped To Settle This
На улице уже стоял день, и были видны все уродства этого мира. Когда до города оставалось пять миль, послышался чей-то вопль и следом за ним выстрел.
– Это ещё что такое? – вдруг произнес Дирк.
Машина резко затормозила и все вытянули шею в разные стороны, чтобы посмотреть, что впереди.
– Езжай, не останавливайся, – резко скомандовал Джеймс.
Подвинувшись вплотную к переднему сиденью, увидела лежащего человека на дороге. Маленький рост и миниатюрное телосложение выдавало в нем ребенка. В память сразу врезались воспоминания двухлетней давности, заброшенный ресторан и кареглазый мальчик в грязной поношенной одежде. Потянувшись своей рукой к замку двери, Джеймс перехватил её.
– Куда собралась?
– Я хочу посмотреть, – вырвав руку из цепкого захвата, открыла дверь.
– Никуда ты не пойдешь! Дирк, почему стоим, езжай! – гаркнул он на водителя.
– Стой на месте, Дирк, – спокойно сказала я, вытаскивая одну ногу из машины, чтобы выйти.
– Это ловушка, Ева! – схватил меня мертвой хваткой за предплечье он.
– Там ребенок, Джеймс! – посмотрев многозначительно на его пальцы, сжимающие рукав куртки, процедила я.
Разжав их, он резко распахнул дверь со своей стороны и вышел.
Выбравшись следом из машины, обошла её и направилось в сторону девочки. В какой-то момент почувствовала, как мое плечо тянут назад и меня заводят за спину.
– Идешь сзади. Остальным быть готовым! – крикнул он группе.
Приближаясь все ближе, внутри противным скрежетом царапала тревога. Я понимала, что это всё не просто так, только не в этом месте.
Девочка была бледна, а на губе виднелась ссадина, из которой проступала кровь. Опускаясь к ней, Джеймс выставил руку в попытке остановить меня. Проигнориров этот жест, я аккуратно убрала волосы с её лица. Кожа была холодной, и я чувствовала неровное дыхание, будто она борется со смертью, но тщетно проигрывает ей. Она что-то шептала, хмуря свои красивые цвета золота брови. В какой-то момент я увидела на её месте Мию. Образ так ярко всплыл перед моими глазами, что я вошла в оцепенение. Смотря на неё, в груди произошло какое-то шевеление, природы которого, я знала, но не хотела принимать.
– Ева.
Сморгнув, эту жестокую иллюзию, я подняла взгляд на Джеймса.
– Нужно идти.
– Да, конечно, – растерянно пролепетала я.
– Я её возьму, иди к машине.
Не успела я подняться наверх, как со стороны леса донесся топот ног и шум ломающих веток.
– К машине!
Я ринулась к ребенку, но Джеймс остановил меня, крикнув:
– Я заберу её, беги к машине!
Стали слышны голоса и виден огонь факелов, которые проносились в гуще леса. Побежав в сторону машины, я оглядывалась по сторонам, пытаясь рассмотреть какое-нибудь движение на подступе к дороге, но никого не было.
Дернув ручку, распахнула дверь и отступила назад, чтобы Джеймс мог занести девочку. Когда мы заняли свои места в слэнтбеке, он крикнул:
– Гони!
Быстро переключив коробку передач, Дирк отпустил сцепление и резко надавил на газ. Машина заревела и рывком двинулась с места.
Группа из тридцати человек выстроилась по центру дороги, преграждая путь. С каждой секундой мы приближались всё ближе и казалось, что они готовы к этому столкновению.
– Джеймс? – вопрошающе произнес Дирк.
– Не останавливайся!
Когда до них оставалось каких-то пятнадцать метров, группа людей нехотя разошлась, открывая нам дорогу. Проезжая мимо, я заметила, что у них нет огнестрельного оружия, только топоры, биты нашпигованные гвоздями и ломы. Обернувшись назад, в глаза бросился хищно скалящий мужчина, он стоял во главе. У него была под ноль выбрита голова, где на коже виднелись красные полосы, похожие на искусно сделанные шрамы, словно там был какой-то рисунок. Он был одет в шкуру животного, а на шее у него висела табличка с костями, которая твердила: «Мать ближе, чем кажется, она живет в нас».
Глава 3. Призраки прошлогоMax Richter – Richter: Kierling / Doubt