Беременна от брата жениха (СИ)
- Где здесь можно купить приличные цветы?
- Я купила подарок маме...
- Это здорово, я тоже. Так что там с цветами? - улыбнулся Тимур, бросив на меня взгляд в зеркало заднего вида.
Скрепя зубами, пришлось показать магазин, где Чернов сможет купить букет шикарных цветов и обольстительно подарить его моей маме.
Он так и сделал. Только я не заметила, что в том магазине он купил несколько букетов, потому что даже не кидала на них взор, да и он положил их на пассажирское сидение.
А когда я вышла из машины и обошла ее с другой стороны, чтобы помочь Ульяне выбраться из кресла, мне в руки вручили букет... белых цветов.
- Что ты делаешь? - прошептала я, чтобы не услышала Ульяна.
Она с любопытством поглядывала на нас из окна - прямо перед ней представала картина, как Тимур дарит цветы ее маме.
- Прошу, прими. Я выбирал их для тебя.
В итоге я перешагнула родительский дом с букетом цветов, Ульяна тоже не осталась без женского сюрприза - она шагнула в объятия своего дедушки с маленьким розовым цветочком, пока Тимур вручал букет моей маме.
Вот же!.. слов нет.
Оглядев лица родителей, я поняла, что из недовольных здесь - только я, поэтому пришлось немного утихомирить свой гонор и поставить цветы в вазу.
С дороги нас сразу посадили за стол, сперва спровадив вымыть руки. Проследив за тем, что Тимур идет в ванную на первом этаже, я развернулась и побежала на второй этаж. Видеть его отчего-то не хотелось, иначе не сдержусь и скажу ему какую-нибудь колкость.
Что же за напасть? Раньше я не испытывала рядом с ним ничего, кроме равнодушия, да и вовсе все эти годы я не испытывали никаких резких эмоций, если не считать все, что было связано с дочкой. Я была словно мертва, плывя по течению, из которого состояла моя судьба, и мое внутреннее «Я» было под контролем. Теперь же я совсем сбита с пути, и плыть по течению уже не удается. Я словно проснулась, и пусть даже этому послужил человек из прошлого…
Вскоре, вручив многочисленные подарки маме, мы сели за стол. Как оказалось, и папа преподнес маме сюрприз, решив подарить его вместе с нашими подарками. Ее любимые цветочные духи…
- Как же мы скучаем по Ульяночке! - на маминых глазах проступили слезы, и она тут же смахнула их.
- Да, дочка. Ты не собираешься возвращаться в Москву?
- В Москве больше возможностей, - невозмутимо добавил Тимур.
- Папа, а с каких пор вы с Тимуром в одной лодке? Мама, а ты?
- Что ты, дочка, - скомкано улыбнулась мама, и я уловила в ее глазах хитринку, - в нашем к Тимуру отношении нет ничего особенного!
- Ты приглашаешь Тимура на свой день рождения, а папа просто встречается с ним, чтобы через него передать подарки для Ули. А так ничего особенного, вы правы.
- Не думаю, что это лучшая тема сейчас, Вика, - тихо произносит Тимур, а под столом умудряется сжать мою руку.
Вырываю ее из его хватки, но слушаюсь. И правда, я погорячилась. Не имею права портить настроение в день рождения собственной мастери...
Остыла. Я взяла себя в руки, и дальше этот вечер, на удивление, начал проходить тепло и уютно. Даже несмотря на то, что я все время чувствовала на себе обжигающие взгляды Чернова, этот вечер показал мне, как все-таки сильно я скучаю по родителям.
- Пока я не планирую возвращаться, мама, - ответила я позже.
Она скучала, я это понимала. Скучала и я, и еще маленькая Уля, но ведь мы устроились в том небольшом городке и нам комфортно.
- Я уже выбрала садик. Найду себе работу на полдня, будет счастье.
Улыбнувшись, я заметила, как Тимур напрягся, но не придала этому значения.
- Ульяне будет лучше, если в первые годы с ней будет мама. Раннее детство важно для ребенка.
- Садик - это немаловажный этап социализации, - парирую я.
- Разве у тебя есть потребность в работе? - продолжает наступать Тимур, - Ульяна привыкла к тебе. Ей будет сложно в садике среди других детей.
- Я решу, Тимур, - игнорирую его внимательный взгляд.
Ульяна бегает возле стола, изредка что-то выкрикивая и бормоча. Мама с папой не вмешивались в наш с Черновым диалог, делая вид, что играют с Ульяной.
Однако, я понимала, что они на его стороне. И, кажется, давно.
А перед сном мама зашла в мою комнату. Должно быть, чтобы поцеловать и пожелать спокойной ночи, но это оказалось далеко не так.
- Дочка... поговорим?
Почуяв неладное, я все же подвинулась на кровати, отложив одеяло в сторону. Мама села, а затем погладила меня по волосам. Как я Ульяну...
Боже, как же я, оказывается, скучала по маминым рукам, по ее добрым глазам и нашим теплым и душевным разговорам, как то было когда-то в моем подростковом возрасте. Однако, сейчас в моей жизни были проблемы позначительнее, чем какой-то одноклассник, который совсем не обращает на меня внимания...
Сейчас мы выросли, а большие детки - это большие бедки, как известно.
- Конечно, поговорим, - шепнула я, чтобы не разбудить только что уснувшую Улю.
- Я не могу знать, что произошло между тобой и Тимуром, но я чувствую, как ты холодна с ним.
Лучше тебе этого и не знать, мама.
- Я ведь не знаю, что он сделал тебе плохого, но если оценивать его с угла моих знаний и представлений о нем, то... он очень хороший мужчина. Я чувствую, что он относится к вам с дочкой хорошо. Разве, если бы он относился к вам с Ульяной плохо, ты бы не поделилась с нами? Я уверена, ты бы не держала рядом с собой такого мужчину. Тогда чего же?..
Для кого-то он, наверное, и хороший.
- И я вижу, с какой любовью он смотрит не только на Ульяну, но и на тебя.
- Как, мама? - вздыхаю я.
- Так, как когда-то в мое время твой отец смотрел на меня...
- Мама, - глубоко вздыхаю я, - ты многого не знаешь.
- Не знаю. Ты права, - соглашается мама, поглаживая меня по руке, - но если оценивать лишь по тому, что он сделал ради вас с Ульяной и что продолжает делать, то это тот мужчина, который нужен тебе. Он близок к семье твоего бывшего мужа, земля ему пухом, и он как никто другой подходит на роль отца для Улечки и...
- И?..
- И на роль твоего мужа, Вика. Он способен беречь тебя, с ним ты будешь как за каменной стеной. И я клянусь, что он не просил меня поговорить с тобой. Ты ведь знаешь, я от чистого сердца.
- Ты так думаешь? - стараюсь не выдавать своих эмоций.
- Я уверена. В конце концов, старший брат Андрея нам понравился в самую первую встречу, еще когда он заботливо приехал за тобой. Ты помнишь?
Молча киваю.
- Он сделает все ради вас с Ульяной. А девочке нужен папа, нужен защитник. Такой, как Тимур.
- А что он сделал для нас с Ульяной?
- Что?
- Ты сказала недавно, что он что-то сделал для нас с дочерью... что?
Мама ласково улыбнулась и сказала правду. Я была благодарна ей за то, что она не стала лгать. Она сказала правду, о которой я совсем не догадывалась...
- Не было никаких родственников в том городе. Та девушка, и правда, продавала квартиру, но мы с твоим отцом ее не знали. Тимур добавил средства, чтобы в итоге тебе пришлось заплатить меньше. Он ведь понимал, что на накопленные тобой деньги невозможно одновременно купить квартиру и содержать несколько лет себя и дочь.
- Получается, что весь год после переезда он знал, где я?
- Да. И лишь совсем недавно одним поздним вечером он заехал к нам, взял заготовленные подарки и сказал, что едет к нашей дочери. Мы были рады, что он решил навестить тебя...
Маму нельзя судить. Она не знает моего прошлого, а если бы знала… Боже, представить было страшно, что бы случилось с ее здоровьем.
Целуя меня в лоб и крепко сжимая руку, мама печально произносит:
- Мы уже не молодые. Кто знает, сколько еще нам отведено? А я не могу быть спокойной, пока ты одна, и за твоим плечом никто не стоит.
Мама уходит, однако, через несколько минут раздается тихий стук. Ульяна крепко спит, и я на носочках подкрадываюсь к двери. Передо мной стоял Тимур – в домашних штанах, футболке, одетый как прилежный мужчина при родителях невесты.