Афера по букве закона (СИ)

Черт! Надо было хоть имя дедули узнать.
— Если вы Семеныч, то я к вам.
— Ну, проходи. Ох, наши кумушки уже засудачат, что ко мне шикарная девушка пришла.
Я вошла в маленькую, обставленную старой мебелью, но чистую комнату и устроилась на старой табуретке возле окна. Семеныч присел на скрипнувший диван и, улыбнувшись мне, надел очки, процитировав известную сказку:
— Чтобы лучше видеть тебя.
Надеюсь, старичок хотя бы не злой серый волк.
— Меня зовут Ивонна, я…
— Из Западной Европы, что ли? Словакия?
— Чехия, но только наполовину.
— Люблю интересных людей и интересные истории, — Семеныч похлопал по обложке книги, которая лежала возле него.
Жюль Верн «Таинственный остров». Я кивнула на издание и спросила:
— Любите приключения?
— Я увлекался спелеологией в свое время. Наверное, это и не так удивительно, учитывая, что учился я на геологическом факультете в Перми. Ох, начинали мы с Крыма, там пещеры неглубокие, как раз для новичков. А потом поехали на Кавказ… Сейчас уже нет таких увлеченных людей, какими были мы. Так, что-то я заговорился по-стариковски. Ты зачем пришла-то ко мне?
Я заговорщицки чуть наклонилась вперед и спросила:
— А детективные истории вы любите?
— Очень, — воодушевленно ответил Семеныч.
К сожалению, я даже не успела начать, потому что в дверь кто-то постучал.
— Вы кого-то ждете? — спросила я.
— Нет, только если Петька опять пришел на бутылку просить. Суббота в нашем королевстве проходит обычно бурно.
Я очень буду рада, если за дверью окажется неведомый Петька, даже на бутылку ему дам без возврата. Но интуиция упорно орет, что мне лучше спрятаться в старенький шкаф и подружиться с молью.
Семеныч открыл дверь, и я услышала знакомый голос:
— Здравствуйте, я хотел бы поговорить о вашем соседе.
— Ух ты, сколько интересного за один день, — восхитился Семеныч, еще не понимая, что сейчас здесь произойдет катастрофа мирового масштаба.
— Интересного? — подозрительно спросил Леша. — Дайте угадаю… У вас в гостях девушка с милой мордашкой и скверным характером.
Так, ладно. Я выпрямила спину и второй раз за день нацепила маску невозмутимости. Ну он же все-таки не думал, что я останусь в стороне?
Сейчас главное, чтобы обошлось без скандала, а то это хлипкое здание не выдержит. А гибель под обломками сотни людей — это даже для моей совести слишком. Зато у Семеныча будет интересная история. Хотя он, кажется, и не против, учитывая его следующие слова:
— Ну-с, проходите, молодой человек.
Леша не стал отказываться от приглашения. Прошел, осмотрелся и метнул в меня такой взгляд, что я бы поежилась, если бы прокурор частенько не одаривал меня такими же.
Я выдала улыбку «а-ля Игорь Верник», но Леша не проникся. Исподтишка показал мне кулак и занял место на диване. Семеныч с довольной улыбкой взял стул, поставил его посреди комнаты и сел, положив руки на колени.
— Расскажите, молодые люди, кто и что натворил.
— Никита Романов, — ответила я. — Он погиб.
Леше, судя по очередному брошенному на меня взгляду, не понравилось, что я взяла инициативу в свои руки.
Улыбка с лица Семеныча сползла, он снял очки и потер переносицу.
— История мне уже не нравится. И какая версия у товарища следователя?
Товарищ следователь выдохнул с недовольством и сказал:
— Ограбление. Неподалеку отсюда.
— Что ж, район у нас не самый благополучный, но местные воришки обычно только угрожают.
Ну вот, даже Семенычу это кажется странным, а Леша заладил про ограбление. Может, ему пора на курсы повышения квалификации? Теряет сноровку. С такими темпами попрут его скоро из следственного комитета.
— Вы были хорошо знакомы? — задал Леша самый банальный вопрос.
— Ну как вам сказать. По-соседски, наверное. Никита переехал сюда лет пять назад, когда поступил в институт. Не шумел, не буянил, не пил. Мне даже казалось, — понизил голос Семеныч, — что это ненормально для молодого парня. А денежки у Никиты водились. Одевался же прилично, явно не в этих хэндах. И ремонт у себя в комнате сделал. А еще мне книжки дорогие иногда давал почитать. Ух, новые издания, такие красивые, бумага хорошая.
Как мало надо кому-то для счастья — всего-то новую историю. Ну, в принципе я тоже люблю истории, только у меня они почему-то в жизни, а не в книгах.
— Скажите, — спросила я, — а он с кем-то здесь общался?
— Вот не знаю, — покачал головой Семеныч. — Но мне кажется, что нет. Да и особо никого Никиткиного возраста здесь нет.
Решив не нервировать Лешу, я больше вопросов не задавала, позволив ему взять инициативу в свои руки. Он задал еще несколько вопросов и поднялся. И тут передо мной встал почти шекспировский вопрос: идти или не идти? Сделав выбор в пользу первого варианта, я тоже попрощалась с милым стариком, оставив ему свою визитку, когда Леша отвернулся.
В коридоре было оживленнее, чем полчаса назад, когда я шла к Семенычу. Повылазили любопытные соседи, тихо переговаривались между собой, глядя, как работают, скорее всего, криминалисты в одной из комнат. Леша как раз туда и направился, а я понадеялась, что моего присутствия он не заметит в толпе. Ошиблась.
Только я хотела заглянуть в комнату, как Леша, за которым я следовала по пятам, чтобы быть вне поля зрения, обернулся. Затормозить я не успела и врезалась в него.
— Ивонна, я пока по-хорошему просил.
Ух, какие мы грозные.
— А что я?
— Чтобы через две минуты тебя здесь не было! — рявкнул Леша, и внимание соседей переключилось на нас.
А вот сейчас он очень злился. И моя интуиция подсказала, что лучше действительно свалить от греха подальше.
— Поеду домой обниматься с Танькиным котом, — серьезно сказала я и пошла к лестнице, чувствуя прожигающий спину взгляд.
На улице заметно прибавилось машин, что неудивительно. И возле одной я заметила, можно сказать, хорошего знакомого, Лешиного коллегу. Увидев меня, Климов подавился сигаретным дымом и округлил глаза.
— Ивонна, — откашлявшись, протянул он, — какого хрена ты тут забыла?
— И тебе, Серега, привет.
— Я надеюсь, ты с Лехой не столкнулась?
— Было дело, — кивнула я. — Но, как видишь, обошлось без жертв. Наверное, Леша пожалел ваших сотрудников.
— Остришь, — довольно кивнул Климов, — можно выдохнуть.
И почему все соотносят градус моего настроения с уровнем сарказма?
— А что я должна делать?
— Ну, из-за развода переживать, например. Или думать, как повыдирать сопернице волосы.
Тут Серега заткнулся и поморщился. Еще один профнепригодный — не умеет держать язык за зубами.
— А у меня есть соперница? — невинно поинтересовалась я, улыбнувшись.
— Ивонна, ну я же мент все-таки. Может, там, конечно, чисто секс. Но Леха то с помадой на шее, то взъерошенным приезжает, как будто только с бабы слез, вечно переписывается с кем-то с дебильной улыбкой на лице… Извини, — пожал Климов плечами.
Я улыбнулась еще шире и похлопала его по плечу:
— Да расслабься, Серега, мы же в разводе. Пусть трахается с кем хочет.
Сделав на прощание Климову ручкой, я села в машину и поехала домой, попутно набирая номер администратора. Кажется, кто-то хорошо проводит выходной. Может, мне взять пример?
Возле супермаркета, конечно, места не было. Ага, в субботу не только пьют, но и устраивают поездки за продуктами. Машину пришлось бросить в ближайшем дворе, заехав на газон за мусорку.
Надо было выбрать магазин поменьше. Неужели у людей дачный сезон закончился? Отстояв полчала в очереди, я почти без сил добралась до машины и, бросив бутылку на соседнее сидение, позвонила Таньке. Сестрица мне обрадовалась:
— Ванька, ты уже домой едешь?
— Еду, готовь закуску.
— У меня завтра спектакль.
— О, поверь, Таня, я с бодуна всегда лучше в суде выступаю.
— Ладно, жду.
Надеюсь, пьяная сестрица не заведет свою любимую пластинку о мужиках-козлах. Но пить в одиночестве я, конечно, не стану, а то у Таньки появится новая теория о разведенной алкоголичке. Хотя есть еще мохнатый, но вряд ли он оценит коньяк, даже если смешать его с молоком.