Похоже, игра подходит к концу (СИ)

Мужчина подошёл к девушке и заглянул ей в глаза.
– Так что прошу, если ты хоть что-то знаешь, скажи мне. Ради себя, ради Атараксиса, и ради всего человечества, прошу, помоги нам остановить это... чудовище.
– Я…, – девушка сжала кулаки, – Мне кажется, что ему захочет помочь…
Ей не дали договорить – в кабинет кто-то вбежал. И даже для директора это было неожиданностью, ибо на двери висела блокировка с максимальным уровнем доступа, и все прекрасно знали, что соваться сюда ни в коем случае нельзя.
Но тем не менее, кто-то смог пройти.
– Я удивлён, как ты вообще открыл…, – уже было сказал директор с улыбкой на лице.
За спиной явившегося показалось сразу десять фигур, две из которых он бы узнал из многомиллионной толпы – Джина и Алексис – Бог из Плоти и Бог из Машин. Они всегда ходили вместе, ибо Джину способен остановить лишь рой наномашин, тогда как Алексиса способен остановить Авенир, коего здесь нет. И поэтому, отпуская ноль-первого из зоны содержания, Атараксис каждый раз сильно рисковал. Но за последние десятки лет он так и не подал даже признака недовольства, что странно, ибо до побега Ноль-Второго они были.
Хотя, стоит учесть, что именно Алексис был первым «объектом бессмертия», и Бог из Сознания был создан исключительно для его убийства и сдерживания. Возможно, даже несмотря на искусственность интеллекта, Алексис просто до ужаса боялся Авенира, потому его психика временами и выдавала всплески беспокойства, ведь находились они всегда в нескольких метрах друг от друга.
– Что-ж, думаю это серьёзно, – ухмыльнулся директор, увидев вошедшую в комнату Джину.
*****
За десять минут до этого.
Тёмная комната с небольшим экранчиком и стоящая в ней одинокая женская фигура, нюхающая бесконечное множество пробирок.
Она взяла первую – не та. Вторую – не та. Третью… четвёртую, пятую… сотую. Всё не то! Она перебирала и перебирала чужую кровь, пока в какой-то момент резко не остановилась.
Почувствовался знакомый аромат.
Девушка подняла глаза на анкету белобрысого парня, вновь принюхалась к пробирке и снова посмотрела на экран.
В тот же момент на лице Джины засиял широкий оскал, а несдерживаемая радость прорвалась в шепот:
– Нашла.