Под небом Марбельи (СИ)

— Он жаловался на меня? Критиковал как-то?
— Нет, никогда.
— Ничего не понимаю, — вздыхает Саша. — Я так надеялась, что ты сможешь прояснить ситуацию. Мне показалось, что вы с Артемом очень близки и ты можешь знать о нем все.
— Увы, нет. Я думаю, что все эти вопросы тебе надо задать ему. Если вы не можете разговаривать друг с другом, то как будете вместе жить?
— Я боюсь, что он меня разлюбил, — еле слышно произносит Саша. Она встаёт и прохаживается по гостиной. — И я не знаю, как жить дальше, если это действительно так.
Черт, а это уже серьезно! От ее слов я чувствую себя неуютно и начинаю нервничать.
— Никто другой не должен быть твоим центром жизни, кроме тебя самой, — говорю я, вспоминая, как пришла к этому выводу после предательства Вадима. — Любимый человек — это тот, кто разделяет твои интересы и поддерживает тебя, а не становится твоим тюремщиком.
— Мне двадцать, и это мои первые серьезные отношения, — напоминает Саша. — Может быть, когда мне будет столько, сколько тебе, я буду думать так же, но сейчас… Сейчас все иначе. А больно мне в данный момент.
Пока я соображаю, что ей сказать, дверь открывается, и в гостиную входит Женя. Увидев Сашу, хмурится, его лоб прорезает морщина, и он выглядит старше лет на семь.
— Ладно, я пойду, — порывисто подходя к дивану и беря свою сумочку, говорит Саша. — Спасибо, что уделила мне время.
— Если ты домой, могу подвезти, — неожиданно говорит Женя. — Привет, Тамара!
— Привет! — говорю я, наблюдая за этими двумя.
— Да, домой! — рассеянно отвечает Саша, стараясь не смотреть на Женю.
— Тогда поехали, — бодро говорит Женя, кивая в сторону выхода. Саша медлит, а потом быстрыми шагами выходит на крыльцо. — Чао, Том!
— Чао, — растерянно произношу я.
После разговора с Сашей я расстроена. Не могу избавиться от ощущения, что я влезла не в свое дело и топчусь там обеими ногами. Я встала между ней и Артемом, хотя у меня даже в мыслях подобного не было. Если бы я поставила его на место сразу после первого поцелуя, возможно, что все сложилось бы иначе. А может быть, и нет. По словам Артема, он влюблен в меня с тринадцати лет, и, по сути, я всего лишь его мечта. Что, если, исполнив ее, он остынет ко мне, и его жизнь вернется на круги своя? Ведь чаще всего, когда чего-то очень хочешь, а потом получаешь, оно сразу становится ненужным. Со мной может произойти точно так же. Я стану для него пустым местом, а он уже успеет сломать себе жизнь.
Подобные размышления не дают расслабиться на пляже. Они угнетают и лишают покоя. Пролежав полчаса в шезлонге, я отправляюсь купаться. После прогревания под солнечными лучами вода кажется мне особенно холодной, и я быстро выбираюсь на берег. Мне нужно решить еще один важный вопрос: как поступить с Кристиной.
Я не могу оставить ее предательство просто так, но мне не хватает доказательств. Да, я прочитала ее переписку с Вадимом. Но вдруг есть что-то, чего я не знаю? Хотя это не оправдывает ее ложь. Достаю мобильник и набираю ей.
— У тебя перерыв между секс-подходами? — агрессивно начинает Кристина. Она за что-то злится на меня, и я догадываюсь, что дело в моем маленьком обмане, из-за которого она могла поссориться с Вадимом. Мне становится весело.
— Что-то вроде того, — с улыбкой отвечаю я. — А ты чего не в настроении?
— Да испортил тут один козел, — сквозь зубы отвечает Кристина.
— У тебя новые отношения с кем-то? Что за парень? — с любопытством спрашиваю я, глядя на горизонт.
— Нет никаких отношений, так, баловство. Но козлистости это не отменяет.
— Ну и пошли его! — простодушно предлагаю я.
— Кто бы говорил! — тут же заводится Кристина. — Сама бегаешь за своим Вадимом, как собачка за хвостом! Увидела и растаяла и это после всего, что он тебе сделал! Как так можно вообще?!
— Скажи, если бы ты знала, где он, то сказала бы мне об этом? — спрашиваю я, чертя на песке пальцами ног знаки.
— Нет, — отвечает Кристина. — Вот еще! Ни за что!
— Вы ведь с ним были любовниками, да? — спрашиваю я и напрягаюсь. Одно дело предполагать, совсем другое — услышать подтверждение своей догадке.
— Я думала, ты никогда не догадаешься, — смеется Кристина, и ее смех звучит очень нервно. — Это было давно, еще до того, как вы поженились. Надеюсь, что ты воспримешь эту новость адекватно и не будешь бросаться на меня с кулаками…
— Мне неприятно, что ты скрыла это от меня.
— Не хотела ломать вашу красивую семейную идиллию. Ничего, роме нервов и разборок, это бы не дало, сама, наверное, понимаешь.
— Пожалуй.
— Кстати, он спрашивал обо мне?
— Скорее, советовал мне дружить с тобой осторожнее.
— Вот сволочь!
— Да не то слово! Но трахается по-прежнему божественно! — говорю я и ловлю себя на мысли, что мне нравится играть с Кристиной. Адреналин в крови подскакивает, словно я катаюсь на американских горках.
— Не беси меня! — резко произносит Кристина. — Слышать ничего не хочу об этом кобеле!
Она отключается. Теперь многое встает на свои места и выглядит вполне логично. Только мне от этого не легче. Годы лжи от самых близких — вернее, от тех, кого я таковыми считала. Как с этим жить теперь? Как простить себя? Где гарантия, что в будущем я не ошибусь точно так же? Не нахожу ответов на эти вопросы. Снова беру в руки телефон и пролистываю контакты. Найдя нужный, набираю номер.
— Тамара, привет! — раздается мягкий, вкрадчивый мужской голос. — Очень рад тебя слышать!
— Можешь оказать мне услугу?
— Все, что ты пожелаешь в рамках уголовного кодекса.
— Понимаю, это прозвучит нелогично, учитывая мои личные хлопоты по этому делу, но ты можешь притормозить подписание контракта с Кристиной?
— Какие-то проблемы?
— Ничего из того, что нельзя решить, но нужно время.
— Было бы хорошо, позвони ты с этой просьбой вчера.
— Уже ничего не изменить?
— Если ты согласишься поужинать со мной, то я приложу все свое обаяние, чтобы исполнить твое желание.
— Как насчет обеда?
— Завтрак был бы уместней.
— Мы как-то уже обсуждали этот вопрос, — напоминаю я.
— Хорошо, сойдемся на обеде. Сколько дней тебе нужно?
— Две недели.
— Считай, что все уже сделано.
— Благодарю тебя!
— Ты ведь помнишь, какое мое «спасибо» самое любимое? — Мой собеседник улыбается.
— Конечно, вкусы лучших друзей не забываются.
— Ты очень милая, Тамара! Как всегда, люблю тебя.
Убираю телефон в сумку и потираю виски пальцами. Первый шаг сделан, возможность отступить еще есть. Сейчас я делаю все правильно.
Я готовлю ужин, когда в кухню вваливается взволнованный Женя. Он наливает себе стакан воды, тут же осушает его и, вытерев ладонью рот, садится за стол.
— Ты гнался за зайцем? — оборачиваясь, спрашиваю я.
— Я переспал с невестой сына.
— Что?! — Я роняю полотенце на пол.
— Ты слышала.
— Кривая шутка какая-то, — замечаю я, поднимая полотенце.
— Посмотри на меня внимательно, Том. Я похож на человека, который шутит такими вещами? — сурово произносит Женя. Открываю шкафчик и достаю оттуда бутылку вина.
— Я просто не понимаю, как такое может быть, — отхлебнув прямо из горлышка, говорю я.
— Ты думаешь, я понимаю? — усмехается Женя. — Я поцеловал ее — и все, пропал.
— А она? — протягивая брату бутылку, спрашиваю я. Женя лишь пожимает плечами. — Ты что, изнасиловал ее?
— Господи, конечно, нет! Как тебе такое в голову пришло? — возмущается брат. Теперь пожимаю плечами я. — Просто я не знаю, чувствует ли эта девчонка то же, что и я.
— Она собирается замуж за твоего сына, — напоминаю я и вздыхаю. Как же все это нелепо выглядит! — Какого черта, зная это, ты вообще полез ее целовать?!
— Давай обойдемся без нравоучительных истерик, — морщится Женя. — Мне и самому неловко от этой ситуации, но… Я ни в чем не раскаиваюсь.
— Совсем прекрасно! А Саша?