Наследники

Лекари не понимали, что с ним происходит. Было похоже на магическое истощение, просто какое-то необычное, и они ни за что не могли бы поручиться. И энергию в пациента вливали медленно и осторожно, совсем крошечными порциями, требуя наблюдать за собственными ощущениями.
Потом пришел Валад. Бледный, побитый, но подозрительно жизнерадостный. Он удачно вписался в то время, когда предыдущая волна боли успела угаснуть, а следующая пока не накрыла, и Каяр ему даже обрадовался. Смотреть на озабоченных странным состоянием пациента лекарей он уже не мог. А тут новое лицо, причем, без сочувственного взгляда и скорби на лице.
Валад постоял немного над Каяром, расспрашивая о разных пустяках. Потом зачем-то немного потаращился на потолок. И только после этого обратил внимание на мрачно сопящего лекаря.
— Ему нужно больше энергии, — заявил уверенно. — Он сейчас практически любое количество проглотит и не заметит. А излишки еще и привяжет к себе в качестве хвоста. Думал, хуже будет. А тут просто истощение, даже не полное.
Лекарь кивнул и ушел, не став задавать дополнительные вопросы.
А Валад еще немного постоял, а потом велел:
— Рассказывай. Подробно. Иначе я не смогу толком тебе объяснить, что с тобой происходит.
И Каяр рассказал. И про крылатую змею, и про облако, и про свое двоящееся зрение.
— Троящееся, — тут же поправил Валад. — Ненаблюдательный ты. Как бы ты мог одновременно видеть море перед собой, корабли с неба и змею, ныряющую в облаке, если бы зрение всего лишь раздвоилось?
Каяр зачем-то хмыкнул.
— Поздравляю. — Валад насмешливо улыбнулся. — Теперь ты у нас самый сильный маг. И я уже даже нашел тебе работу.
Каяр удивленно похлопал глазами.
— Ты теперь, главное, выздоравливай. Я все объясню, когда будешь способен воспринимать сказанное. А то тебе сейчас станет плохо и будет вовсе не до ценной информации.
Каяр виновато пожал плечами.
— Выздоравливай! — повторился Валад, с чем и ушел, оставив Каяра мысленно возмущаться и недоумевать.
Правда, в одиночестве он долго не пролежал. Сначала пришла боль, вроде бы не такая сильная, как раньше. А потом и вовсе лекарь с кристаллами-накопителями. И боль, словно захлебнувшись во вливаемой энергии, трусливо отступила.
 
— Начать придется издалека, так что если у кого-то множество важных дел… — Валад с намеком посмотрел сначала на Кадмию, которая сбежала от учениц, потом на Лиин, которая оставила управляющего самостоятельно разбираться с жалобщиками, требовавшими помощи и компенсации за нападение флота Золотых Туманов.
Кто уж там этих жалобщиков надоумил, Лиин даже не представляла, но подозревала, что сам надоумивший стоял пока в сторонке и ждал, чем это все закончится.
— Мы никуда не уйдем, начинай свой рассказ, — велела Ловари.
И рукой помахала для большей понятливости.
Валад в ответ хмыкнул. Потом состроил задумчивое лицо и стал медленно переводить взгляд с комода, стоявшего у стены, на вазу с сухоцветами, с вазы — на стул с резной спинкой, со стула — на шкаф, покрытый черным лаком, со шкафа — на окно, за которым как всегда кто-то кричал.
— Мы не уйдем, — поддержала свекровь Лиин, подозревая, что Валад специально тянет время, рассчитывая, что часть слушателей, не дождется обещанных объяснений, и с позором откланяется.
— Я бы предпочел давать объяснения, когда прибудут все нужные мне люди, включительно с Марком, Микалом и даже Айдэком, — сказал Валад, откинувшись на спинку кресла. — Но раз вы настаиваете, потом сами все им перескажете.
Кадмия только вздохнула. Остальные промолчали.
Кроме Кадмии и Лиин, послушать Валада пришли: Каяр, которого позвали, Мелана, которая как раз пыталась понять, что у него с энергетическими каналами, две молоденькие волчицы, вообще непонятно откуда о предстоящем рассказе узнавшие, Сорра, поглаживавшая живот, Каран и Мирак, решившие поддержать Кадмию. И вся эта компания стояла полукругом у кресла, что, по идее, должно было Валада раздражать, но на деле почему-то веселило.
— Ладно, если вы не можете подождать… — пробормотал Валад и встал.
Собравшаяся компания дружно проследила за тем, как он идет к столу, а потом за него садится. Переглянувшись, они пошли следом. Понаблюдали, как Валад прямо над столешницей выплетает непонятно что из слабо светящихся энергетических нитей. Подождали, пока он опять помолчит в свое удовольствие, а потом послушно собрали по комнате стулья и сели напротив, потому что Валада стоявшие над головой люди все-таки раздражали, просто он этого не показывал.
— На самом деле все и просто, и сложно, — наконец заговорил великий маг. — Я вообще сразу понял, что произошло с Каяром, еще в тот момент, как с небес рухнул воздушный кулак невероятной мощи, просто не поверил, не пожелал поверить…
— Воздушный кулак? — удивленно переспросила Кадмия.
— У Каяра? — не менее удивленно спросила Мелана.
— Не у Каяра, у тебя. — Валад одарил Мелану насмешливым взглядом. — Ты, наверное, подзабыла, милая, но когда маги собираются в круг, накопленная сила принимает конкретный вид. Иногда совершенно случайно сориентировавшись на кого-то одного, влившись в его стихию. Иногда выбрав именно ее потому, что этот маг самый сильный в круге. Иногда потому, что менее усталый и более сосредоточенный. В этот раз выбор пал на Мелану, и сила, которую оттолкнула демонская защита, оказалась податливой для воздуха. А Каяр просто воспользовался готовым. На самом деле, ведь огненный кулак от воздушного практически не отличается. Просто стихия разная.
— Значит, он как-то поймал отброшенную силу и использовал ее? — удивилась Кадмия.
— Да. По сути, он сделал именно то, для чего мы создаем фокусирующий рисунок. Использовал накопленную силу.
— Так… — задумчиво сказала Кадмия.
А Мелана нахмурилась, покачала головой, а потом спросила:
— Ты ведь не хочешь сказать, что это балбес непонятно как стал чем-то вроде командиров?
— Хочу, — разочаровал ее Валад.
— Каких еще командиров?! — с опаской спросил Каяр.
— Вот поэтому я и говорю, что начать придется издалека, — со вздохом сказал Валад и самодовольно улыбнулся. — Понимаете, в одном из пределов есть мир, в котором маги гораздо сильнее, чем где бы то ни было. Они там условно бессмертны, то есть, не подвержены старению. А все из-за того, что тот предел находится слишком близко к божественному. А может, и не находится, может, это он и есть. Просто боги живут в разломе, твари в горах, а люди в долине. Ну, это не столь важно и рассказать может даже Мелана. У нее эти воспоминания о прошлой жизни тоже есть. Важно другое. Как я уже говорил, город защищает громадный артефакт-накопитель. Собственно, сам город частично этот артефакт и есть. А еще в городе есть люди, которые могут воспользоваться накопленной мощью. Они сами по себе сильные, но артефакт делает их еще сильнее. И нам, хотя наш артефакт получится значительно слабее, такие люди тоже нужны. В том мире они называются командирами и отвечают каждый за своей сектор — часть города. А у нас пока есть только Каяр. На его счет я абсолютно уверен. Остальных кандидатов придется испытывать, возможно, они не смогут провести сквозь себя столько силы.