На расстоянии взгляда (СИ)

Практически опустошив холодильник и заведя тесто, я в очередной раз стала напевать себе под нос засевшую в голове мелодию и покачивать в такт головой, закрыв глаза.
Наверное, я слишком увлеклась своим занятием, потому как когда открыла их и увидела рядом с собой полуголого Стаса, облокотившегося на кухонную тумбу, вздрогнула и отшатнулась назад, едва не перевернув на себя горячую сковородку. Благо, что блондин не растерялся и вовремя успел подхватить меня и отвести в сторону, задержав на моей спине свои руки, которые показались мне слишком горячими.
Аромат его тела тут же вскружил голову и я, не сразу отойдя от образовавшегося дурмана, на несколько секунд зависла в его объятиях, глядя в его широко распахнутые глаза. И он, будто бы тоже покоренный нашей внезапной близостью, не сделал ни шага назад, продолжая крепко удерживать возле себя.
- Доброе утро, - сказал он чуть хрипло, первым отходя от шока.
- Уже день на дворе, - ответила я, отмечая, насколько близко мы находимся. Слишком близко для меня. Запретно близко. Я буквально могла затаить дыхание и услышать, как бьется сердце у него в груди. И оно вряд ли в этот момент могло посоревноваться в скорости с моим.
- Тогда добрый день, - приподнял он уголки губ, глядя на мое лицо ясным взором.
- Угу, - кивнула я, словно завороженная его небрежным после сна образом.
Резко раскрыть объятия и отпустить меня Стаса заставило масло, которое начало гореть на сковороде и возмущенно разлетаться в разные стороны.
- Ай, - воскликнул он, отшатываясь вместе со мной к столу, где тут же напоролся на стул и ударился об его ножку мизинцем.
- Прости, прости, - залепетала я, бросаясь к плите и переставляя посудину на другую конфорку. – Я тут решила похозяйничать немного.
- Я только за, - ответил Стас, поджимая ушибленную ногу и проводя ладонью по плечу, на которое пришлась знатная порция масла. А затем отходя чуть в сторону, он тем самым смог открыть мне лучший обзор на свой подтянутый торс.
Думаю, даже если бы у Стаса не было его миллионов и хорошенького личика, Кире могло хватить и этого тела. По крайней мере, раньше ей этого действительно было достаточно. Она всегда ценила красоту и силу выше ума.
- Отлично, - отозвалась я, отворачиваясь к сковороде и тесту и пытаясь заняться тем, чем и намеревалась до этого.
- Тебе чем-нибудь помочь? – предложил парень, уже находясь в зоне гостиной, наверняка натягивая на себя ту футболку, что я обнаружила, как только пришла. Она небрежно валялась на полу у дивана, намекая на то, чем вчерашней ночью после моего ухода на нем могли заниматься сестра и ее жених.
- Можешь присесть рядом, чтобы я видела, что с тобой все в порядке, - сказала я, наливая на сковороду первую порцию блинного теста.
- Эй, я не беспомощный, - возмутился блондин, большими шагами пересекая комнату и вновь оказываясь в моем личном пространстве. Не так близко, как раньше, но все же достаточно, чтобы напряжение между нами вновь дало о себе знать. – Говори, что делать. Я много чего умею.
- Я уже все сделала, - со смущенной улыбкой произнесла я, поднимая на него глаза.
Блондин нахмурился, а затем вдруг с ясным взглядом посмотрел на шкафчик, висящий над моей головой.
- Ты делаешь блинчики? – уточнил он.
Я кивнула.
- Тогда нам может понадобиться вот это.
И он, подвинув за плечи, обошел меня стороной и потянулся к верхней полке.
- Видишь, какой я полезный? – хмыкнул он, вертя в руке баночку сгущенки. – И кстати кофе в этом городе никто лучше меня не варит.
Я только широко улыбнулась.
В этом он был как никогда прав.
- Я, конечно, не кофемашина, но тоже кое-что умею, - добавил он и принялся, стоя бок о бок со мной, молоть в кофемолке зерна и варить их по какому-то своему личному рецепту, в который я старалась даже не лезть. Все, что я делала – это изредка кидала косые взгляды в его сторону и незаметно ухмылялась своим мыслям.
- Что означает твое тату? - спросила я его как бы между прочим в то время, как он доел свой первый блинчик и потянулся за вторым. К моей радости ему они очень понравились.
Рука парня зависла над столом всего на мгновение, а затем вновь опустилась и легла на кружку.
- Долгая история, - ответил он, поджимая губы.
- А если вкратце? – полюбопытствовала все же я.
- Вкратце… - выдохнул он вдруг тяжело, потирая ладонью лоб. – Ну, вкратце она значит то же самое, что и сам миф о Горгоне. Ты должна его знать. Его вроде раньше даже в школе проходили.
Я кивнула.
- Ты повстречал Горгону? – спросила я его с улыбкой.
- Можно и так сказать, - ответил он, все же беря из тарелки свой блинчик и макая его в сгущенку.
- И кого же она превратила в каменное изваяние?
- Меня, конечно. Раньше никогда не замечала?
Я пожала плечами, отмечая, что за шутками в словах Стаса кроется что-то еще.
- Наверно это все потому, что с тобой даже камень сможет превратиться в цветочек, - коротко посмеялся он, поднимая глаза на меня. – Зато остальные это прекрасно видят. Особенно те, кто был знаком со мной, когда я был подростком.
Его улыбка вдруг погасла, а взгляд на несколько секунд стал задумчивым.
- Девушка, превращающая людей в камень, смогла превратить в него и меня, - произнес он так, будто разговаривал с самим собой. – Вернее мое сердце, если быть точным, – добавил уже веселее. – Это так слащаво прозвучало из моих уст… Боже…
И он, подняв кружку к губам, сделал один большой глоток крепкого напитка.
- Ты любил ее? – спросила я, прежде чем подумала, стоит ли делать это.
- Любил, - ухмыльнулся Стас, но я знала, что это всего лишь защитная реакция.
- Это она, да? Та, что не согласилась выйти за тебя.
Блондин поставил кружку на стол и с небольшим прищуром вгляделся в мое лицо.
- Я говорил когда-нибудь, что иногда ты меня пугаешь?
Я, не поняв, к чему он клонит, мотнула головой.
- Так вот знай это. Ты пугаешь меня, Юлиана Мальцева. Ты и твоя необъяснимая проницательность. Не знаю, как ты делаешь это, может ты и сама не знаешь, но у тебя получается заставить меня бояться.
Я лишь опустила глаза в стол и, смущенно улыбнувшись, спряталась за своей еще полной чашкой кофе.
Спустя почти час домой вернулась сестра. И первым, что я услышала от нее в этот день было:
- Как тебе мой маникюр? – воодушевленным голосом. – Скажи клёвый?
- Клёвый, - ответила я, разглядывая не только цвет ее ногтей, которые сейчас мелькали прямо перед моими глазами, но и кучу пакетов, болтающуюся в другой ее руке. – Ты забыла, что мы репетируем сегодня?
Кира закатила глаза и убрала от моего лица свою кисть.
- Сегодня же выходной, - легкомысленно заявила она, небрежно бросая пакеты на пол. Так, словно хотела, чтобы я подобрала их позже и отнесла в ее комнату.
Ни каких-либо извинений за ожидание, но и, к моей радости, никаких упреков в мою сторону от нее сегодня, по всей видимости, не ожидалось. Всего лишь типичное для нее пренебрежение.
- Время идет слишком быстро, а у нас многое еще не готово. Мы должны репетировать как можно чаще и вчера ты согласилась с этим.
- Да? – удивилась она. – Когда?
- Да, - выдохнула я, понимая, что сейчас она начнет все отрицать. – Когда сидела на этом чудесном диване и выкладывала в интернет очередную фотографию.
- Ну, ты же видела, что я занята, могла бы и переспросить. Вообще-то у меня уже давно были планы на этот день, - вновь взглянула она на свои разукрашенные пальцы. – Но раз ты здесь, давай порепетируем.
«Спасибо за одолжение. Мне ведь это нужно гораздо больше, чем тебе», - мысленно ответила я ей, а в реальности лишь кивнула и попросила позвать из комнаты Стаса, который как всегда решал какие-то свои дела по телефону и наотрез отказывался хотя бы в этот день оставить в покое свой гаджет.
- Руки, руки мягче, - восклицала я через какое-то время, глядя на то, как Кира делает небрежные движения, которые совсем не вязались у меня с теми образами, что я себе представляла. Все шло совсем не так, как я планировала.