Мир приключений, 1989 (№32)

Аварийно-спасательная служба, станция приема аварийных сигналов (СПАС-7).
Восемь часов пятьдесят минут…
Шелгунов подогнал кресло по фигуре, подмигнул Стахову и подтянул к себе микрофон.
– Дежурство принял старший смены Шелгунов.
– Добро, – отозвался динамик, и весь объем экрана заняло смуглое черноглазое лицо Грехова, руководителя оперативной группы патруля. – Рапорт принял. Спокойного дежурства, Саша.
– Спасибо, Габриэль, желаю и тебе того же.
Шелгунов проверил связь с отсеками станции, дежурные энергетики и бортинженеры бодро сообщили о готовности аппаратуры к работе. Александр окинул взглядом черные квадраты пеленгационных экранов, покрытые координатной сеткой, и надел наушники. В течение четырех часов дежурства им предстояло вслушиваться в «тишину» космоса: такова была специфика работы дежурных смен станций СПАС.
– Юра, будь добр, погаси свет, – попросил Шелгунов.
Стахов улыбнулся и выключил светопанели.
…Но в то время как дежурные других станций по всей Солнечной системе обменивались шутками, проверяя связь друг с другом, и вели перекличку оперативные группы патрулей, страшная радиоактивная лавина уже вспарывала космос, с каждой секундой приближаясь к густо заселенной людьми области Солнечной системы…
Фобос, станция специальной ТФ-связи
В восемь часов пятьдесят три минуты среднесолнечного времени дежурный диспетчер станции получил странный сигнал из обсерватории «Полюс», располагавшейся в девяти астрономических единицах от Солнца, над полюсом эклиптики. Автоматы обсерватории зафиксировали в направлении гаммы Треугольника вспышку света с необычным спектром. Диспетчер сверил время: ТФ-связь доносит вести практически мгновенно, свет же вспышки должен был достичь орбиты Марса только через двадцать две минуты.
– «Полюс», повторите информацию и дайте точные координаты вспышки, – попросил диспетчер.
Диспетчер, опытный инженер, в прошлом работник Управления аварийно-спасательной службы (УАСС), хмыкнул, переглянулся с помощником и связался с отделом УАСС на Земле.
Земля, Сахалин. Ночь…
Диего Вирт посмотрел на окошко универсальных часов: было восемь часов пятьдесят восемь минут среднесолнечного времени.
«Странно, – подумал он, вставая с постели. – На тревогу непохоже… Что там могло произойти? Неужели без меня нельзя обойтись?»
В кабине связи он появился уже одетым.
– Слушаю.
Томившийся ожиданием молодой диспетчер отдела встрепенулся и быстро проговорил:
– Получено сообщение от специальной-три с Фобоса. Обсерватория «Полюс» зафиксировала яркую вспышку в квадрате И-227 и замолчала. На дальнейшие вызовы не отвечает.
– Сигнал SOS?
– Нет, СПАС молчат.
– Кто передал?
– Ну, кто? Диспетчер на Фобосе. – Дежурный замешкался. – Сейчас…
Через несколько секунд, покраснев под взглядом Вирта, он сообщил:
– Диспетчер – Михаил Мишин.
– Мишин? – Диего Вирт сжал руку в кулак и легонько стукнул по другой руке. – Любопытно… Свяжитесь со всеми СПАС этой зоны, я буду через пять минут.
СПАС-7. Девять часов две минуты…
В зале царила обычная дежурная тишина. Шелгунов вдруг открыл глаза и прислушался. В соседнем кресле Стахов доказывал кому-то преимущества земной школы хоккея над школой союза внутренних планет, это отвлекало.
– Тихо! – приказал Шелгунов.
Тотчас же слабо свистнул пеленгатор и затлели алым светом индикаторы приема. Из-под пульта прозвучал требовательный гудок, и голос автомата произнес:
– Сигнал SOS! Квадрат И-227, координаты…
Шелгунов вдавил педаль, и по отсекам пронесся звон тревоги, прервав отдых свободных от вахт операторов.
Динамики донесли людям быстрый скрип, будто ножом по стеклу. Стахов, спохватившись, подключил дешифратор, и все услышали:
– Говорит «Полюс», антипротонная атака… говорит «Полюс», антипротонная атака…
– Патруль, слышишь меня? – позвал Шелгунов. – Сигнал SOS, квадрат И-227, координаты… Обсерватория «Полюс», антипротонная атака. Люди, видимо, погибли, сигнал передает робот. Позаботьтесь о защите.
 
– Принял, стартую, – лаконично отозвался Грехов.
– Откуда там антипротоны? – пробормотал Стахов. – Запрошу-ка я службу Солнца…
– Правильно, – кивнул Шелгунов. – А заодно физические центры и обсерватории.
Перед пультом неожиданно раскрылся видеом связи с базой, из диспетчерской на них взглянул начальник отдела УАСС Диего Вирт.
– Что у тебя?
– SOS, антипротонное облучение обсерватории «Полюс». Необходим информационный поиск: что за излучение, откуда? Вспышка на Солнце? Так служба Солнца не передавала никаких предупреждений…
Диего покосился на диспетчеров базы.
– Ответ получишь минуты через три. Я пока соединюсь со СПАС зоны Юпитера, СПАС внутренних планет ничего не слышали.
Видеом угас.
– Что же это? – тихо спросил Стахов.
База УАСС. Девять часов семь минут…
Диего Вирт крупными шагами быстро вошел в командный зал базы и с размаху бросил свое сильное тело в пустующее центральное кресло.
Стены зала напоминали соты, в каждой ячее светился видеом, и один из них показывал искристую бездну. Звезды зигзагами исчерчивали ее, и Диего представил, какие эволюции выполняет спасательный модуль, повинуясь пилоту.
– Подойти к обсерватории вплотную не могу, – прохрипел искаженный расстоянием и перегрузками голос. – Защита течет, радиация вне всяких норм!
– Что с обсерваторией? – спросил Диего, нагибаясь к пульту.
– Обсерватории как таковой не существует, вижу только часть отсека обеспечения и блок главной антенны, остальное радиоактивная пыль!
– Габриэль, возвращайся, – приказал Диего Вирт. – К вам сейчас подойдет «панцирник», это его работа. Возьми еще один модуль и прочеши трассу прошедшего антипротонного луча. Возможно, отыщешь пострадавших. Координаты запроси у СПАС-7.
Щелчок переключателя.
– Внимание! Патрулю УАСС зон Юпитера, пояса астероидов, Марса и свободного пространства подготовить средства к перехвату антипротонного луча в точке с координатами… Готовность к старту три минуты!
Еще щелчок.
Диего подождал и вызвал секториат УАСС.
Земля, секториат УАСС.
Девять часов двенадцать минут…
Руководитель УАСС Солнечной системы Джаваир заканчивал ужин, когда в комнате властно прогудел сигнал вызова и рабочий видеом отразил Вирта.
Джаваир отставил в сторону стакан с соком и, стоя, выслушал сообщение начальника отдела о случившемся.
– Космотрон? – переспросил он. Тень недоумения появилась и исчезла в его узких непроницаемо черных глазах. – Ведомство Эйлера… Какие хозяйства затронет антипротонный луч?
– Коридор входа трансгалактических разведчиков, – начал перечислять Диего. – СПАС-7, рабочая зона завода безгравитационного литья… Детский полигон… Что еще? Сектор пассажирских сообщений примарсианской области… Это, пожалуй, наиболее серьезное. Натворит он там бед… если не задержим.
– Какие меры приняты?
– Начат монтаж силового экрана на пути луча.
– Сколько на это потребуется времени?
– Энергетическая масса луча велика, экран нужен мощный…
– Сколько?
– Два часа… может быть, полтора.
– А когда луч подойдет к сооружениям завода?
– Минут через сорок пять.
Джаваир опрокинул стакан, озадаченно посмотрел на лужицу рубиново-красного сока на столе и спрятал руку за спину.
– Космотрон уцелел?
– Нет, вспышка света, и… все.
 
– А ученые доказывали, что космотрон безопасен, как стандартный вычислитель… Как же так получилось? Чего мы не учли?
– Не знаю. Космотрон работал почти год – и ничего. Может, стечение обстоятельств…
– М-да. – Джаваир задумался. – На СПАС, кажется, имеется собственный реактор?