Не место для людей (СИ)

Эрик ожидал, что следующим испытанием станет поездка. Какая-нибудь телега или, того хуже, придётся карабкаться на лошадь, чего он, конечно же, не умел.
Но метрах в ста от берега, на каменистой просёлочной дороге, едва угадывающейся среди скал, стоял грузовик!
Чем ближе они подходили, тем более странно выглядела машина. У неё было всё, что полагается: кабина, кузов, четыре колеса и запаска сзади, фары, брызговики, даже номерной знак, однако же совершенно пустой, ровный, без признаков цифр или букв. Никакой эмблемы тоже не было – непонятно вообще, что за машина: «Форд», «Тойота» или вообще старинный «ЗИЛ». В кузове лежал какой-то груз, закрытый брезентом. Впрочем, почему «какой-то»? Судя по запаху, грузовик был полон свежей рыбы.
– С моря едем, шхуна наша там стоит, – неопределённо махнул рукой Гунар.
– Бухта там славная, а платить не надо, – поддержал Херли.
– Всю ночь трудились, повезло вам, – сказал Гунар.
– Так бы и сгибли в волнах, – вздохнул Херли. – Брат наш так утонул, совсем мальцом, ракушки собирал на отмели, задержался, море и прибрало…
Эрик, повинуясь жесту Гунара, забрался в кузов сам, благо, там была короткая железная лесенка в три ступеньки. А вот Нотти братья принялись подсаживать, норовя придержать за «крутые бёдра» и «тугую грудь», что уж совсем ни в какие ворота не лезло. Нотти, однако, приняла помощь с улыбкой, в кузов забралась легко и уселась на брезент напротив Эрика. Братья, довольно переглядываясь, направились в кабину.
– Вот же хамы, – пробормотал Эрик. – Извращенцы хреновы…
– Ты чего? – удивилась Нотти. – Они нас спасли!
– Так не задаром же! Ты их слыхала?
– Ну… – Нотти пожала плечами. – Народ здесь суровый, дикий, новенький. Живут просто. Хорошо, что уже какие-то порядки соблюдают. Я сразу им сказала, что обет у меня, нельзя трогать…
Пропустив мимо ушей странные слова о «новеньком» народе, Эрик продолжал кипятиться:
– Они же тебя облапали всю!
– И что? Они мужики, я красивая девушка, – Нотти усмехнулась. – С меня не убудет, если подержатся.
– Да ты вообще несовершеннолетняя!
– Тебе это пялиться не мешало, – насмешливо сказала Нотти. – Остынь! Могли такие попасться, что и меня бы изнасиловали, и тобой не побрезговали!
Эрик заткнулся. Мир вокруг и впрямь был настолько странным, что тут могло твориться что угодно. Могли изнасиловать. А потом вообще съесть.
Грузовик с рычанием завёлся и, подпрыгивая на ухабах, неторопливо поехал по дороге.
– Машина у них странная, – не выдержал Эрик. – Откуда у них машина вообще? У дикарей? И она такая… будто ребёнок нарисовал в тетрадке. Колёса, кузов, кабина…
Он на миг задумался.
Нет, даже не так.
Не нарисованная ребёнком.
Словно какая-то неведомая сила взяла и слепила воедино все грузовики на свете. Советскую полуторку и КАМАЗ, японские «Мицубиси» и «Комацу», немецкие «Даймлеры» и американские «Фрейтлайнеры», грузовики всех стран и всех марок. А потом – отбросив красивости и частности, соорудила Просто Грузовик. «Идею грузовика», как сказал бы Платон, знай он, что такое грузовик.
– О чём задумался? – спросила Нотти.
– У тебя и впрямь обет?
Нотти рассмеялась.
– Нет! Но если кто-то ко мне пристанет, ему папа точно голову оторвёт…
Она нахмурилась.
– Оторвёт, к гадалке не ходи. Или сожжёт.
– Он у тебя инквизитор, что ли?
– Да не помню я, – досадливо ответила Нотти. – Знаю, и всё.
– Хорошо же ты головой треснулась, – Эрик вытянул ноги, упёрся во что-то большое, скрытое под брезентом.
Под ногами зашевелилось, забилось, и это была не рыба! Это было что-то размером с человека!
– Помогите… – донёсся из-под брезента сдавленный хрипящий голос.
Эрик и Нотти с ужасом уставились друг на друга. Вот так спасители, едущие с рыбалки!
Они дружно схватились за брезент, потянули…
В кузове, на слое слабо шевелящейся рыбы, лежал дельфин. И мрачно смотрел на Эрика.
– Выбрался, – сказал дельфин. – Поздравляю.
– А… – выдавил Эрик. – Нотти… это он меня спас!
– Что смотришь? – продолжал дельфин. – Спасай. Ты мне обязан.
– Как спасать?
– Для начала – воды дай! Вон бурдюк!
В кузове, привязанный к стенке, действительно висел мягкий мешок не то из плотной прорезиненной ткани, не то из кожи, подозрительно напоминающей дельфинью. Эрик торопливо снял его (тяжёлый, литров пятнадцать, наверное), подтащил к дельфину, развязал горловину. Внутри бултыхалась вода. Эрик принялся лить её в открытую пасть.
Дельфин замотал головой, фыркнул, просвистел:
– Ты тупой? Ты дебил в натуре? Ты не знаешь, что дельфины вообще не пьют?
– Как так? – не понял Эрик. – Вы же в воде плаваете…
– Каком кверху! Вода солёная, дебил! Мы всю воду получаем из рыбы! На спину лей!
Вместе с Нотти они облили дельфина водой. Тот блаженно оскалился.
– Вот так… теперь дай рыбу, что ли… только не треску, тут где-то мелкий тунец есть…
– Ты в такой ситуации готов есть? – поразилась даже Нотти.
– Силы нужны! – с презрением сказал дельфин.
Эрик нашёл среди снулой рыбы одну, похожую на здоровенную скумбрию, килограммов на пять весом. Кажется, это и был тот самый «мелкий тунец». Он подсунул рыбу под нос дельфину, тот щёлкнул пастью… половина тунца исчезла в его глотке. Оставшаяся половина энергично забила хвостом.
– Так лучше, – пережёвыванием дельфин не стал заморачиваться, просто проглотил полрыбины. – Итак, ты мне обязан. Эти троглодиты меня поймали, я им сказал, где тебя искать и тем самым спас. Верно?
– Мне кажется, ты от них уже чего-то получил, когда нас сдал, – сказала Нотти. – Верно?
– Умная, – фыркнул дельфин. – Согласен, получил. Но я ещё мальчишку к берегу принёс! Долг!
– Долг, – согласился Эрик.
– Значит, так. Возьмёте мой долг на себя, они меня выпустят. Поработаешь лишних полгода, не развалишься.
– А на тебе какие обязательства? – спросила Нотти.
– Рыбу им гонять, – с негодованием сказал дельфин. – Целую неделю.
– Слушай, ты, скотина! – возмутилась Нотти. – Тебе лень неделю поработать, а парню полгода пахать?
– Ты кто вообще такая? – спросил дельфин. – А? Что лезешь в чужие дела?
– Кто такая, не помню, а зовут Нотти.
– Нотти? – дельфин неожиданно замолчал. Задумался.
Эрик посмотрел на девушку. Та пожала плечами. Дельфин повёл головой, вцепился в оставшуюся половину рыбы, мотнул и забросил себе в пасть.
– Слушай, я дельфинов себе иначе представлял, – сказал Эрик. – Думал, они умные, как люди.
– А чем не человек? – спросила Нотти. – Ругается, выгадывает, хитрит.
В задней стенке кабины вдруг открылось стеклянное окошко, кто-то, то ли Гунар, то ли Херли, просунул голову и крикнул:
– Вы этого разбойника не слушайте! Он у нас месяц рыбу ворует! Ещё и сети порвал на неделе!
– Это не я! – откликнулся дельфин.
– Он, он! – уверенно сказал рыбак. – Или ты его долг на себя взять хочешь?
– Да хер ли! – ответил Эрик.
– Я Гунар! Так что, правда, хочешь?
– Нет, – завопил Эрик, сообразив, в чём дело. – Не хочу и не буду!
– Вот и правильно! – сказал Гунар и закрыл окошко.
– А как же «делай добро и кидай его в воду»? – горестно спросил дельфин.
– Слушай, не надо по ушам ездить! – ответил Эрик. – Ты меня спас, долг на мне. Но я не собираюсь рыбаком становиться. Как-нибудь иначе рассчитаемся.
Грузовик постепенно набирал скорость. Разбитая дорога спускалась вниз, к морю. Там, у залива, стали уже заметны домишки – яркие, разноцветные, несколько строений побольше – и стоящие у берега лодки и кораблики.
– Безумие какое, – сказал Эрик. – Я ведь сейчас мог проснуться и завтракать!
– Жалеешь, что тут оказался? – спросила Нотти небрежно.
– Наверное, всё-таки нет, – сказал Эрик, глядя на неё. – Слушай… а почему у тебя одежда такая чистая?
Нотти осмотрела рукава, расправила юбку. Предположила:
– Потому что девочки чистоплотнее мальчиков?