От плоти и крови
Поэтому она принялась внимательно изучать помещение, восхищаясь тем, что люди способны строить на такой глубине. А вернувшись домой, отметила бункер на карте, как всегда поступала после путешествий через кристалл.
В ту ночь Фэллон приснился сон.
Она стояла, окутанная лунным светом и туманом, возле круга монолитов, чувствуя едва переносимую тяжесть в груди. Земля между камнями почернела и потрескалась.
– Так много смертей, так много потерь. – Произнесенные слова тут же уносил в пустые поля ветер. – Служили ли они необходимой жертвой, чтобы появилась я? В конце концов, именно моя кровь открыла дверь свету и тьме.
– Наша кровь, – поправил Дункан, стоявший рядом. Он выглядел намного старше, как в давнем сне про выбор. – Мы с тобой родственники, если отмотать несколько веков назад. Ты так и собираешься винить юношу или старика, в которого он превратился?
– Твой дедушка ни при чем. Его использовали темные силы. Но почему этому позволено было случиться? Почему никто этого не остановил?
– Ты думаешь, что на эти вопросы существуют ответы?
– Да. Я знаю, что существуют.
– Тогда скажи: мы действительно сейчас здесь находимся или видим очередной сон?
– И то и другое.
– Я бы предпочел лежать с тобой в постели, а не стоять черт знает где, рассуждая о причинах и философствуя, – улыбнулся Дункан, беря ее за руку.
Фэллон почувствовала, как с ее души падает огромный, тяжелый груз.
– Ты поцеловал меня тогда, во время снегопада.
– А ты не возражала.
И Дункан снова впился в ее губы своими, так же страстно и яростно, как в первый раз.
Фэллон прижалась к нему, краем сознания отмечая поразительную белизну, заливавшую все вокруг. Сначала белый снег. Теперь белый свет луны.
Затем над их головами закружились, пронзительно каркая, вороны. А среди деревьев, среди щупальцев тумана зашевелилось что-то темное, как смерть.
– Пора, – сказал Дункан.
Фэллон кивнула, вытащила меч и вскинула его к небу. С лезвия сорвались ослепительные молнии, превратив ворон в пепел. Тогда она повернулась к лесу и к тому, что ждало в нем.
– Пора, – согласилась она и бросилась к темной чаще.
Свеча в изголовье ярко горела, а хрустальный шар мерцал, когда Фэллон проснулась. Она прижала к себе любимого медведя, которого бережно хранил до возвращения сестры Итан, и прошептала:
– Пора.
После чего поднялась и отправилась сообщить новость семье.
Глава 22Фэллон дождалась, пока все утренние дела будут завершены: животные накормлены, яйца собраны, коровы подоены, а стойла в конюшнях вычищены и засыпаны свежей соломой.
Затем помогла приготовить завтрак, снова ничего не сказав, так как поняла, что сначала должна поговорить с родителями наедине.
Хорошо зная Трэвиса, Фэллон старалась держать мысли и чувства при себе, в свою очередь, внимательно наблюдая за братьями.
Колин, высокий и крепкий, уплетал завтрак за обе щеки, успевая при этом рассказывать о тренировке с мечом с тем же энтузиазмом, с которым раньше – казалось бы, совсем недавно, будто вчера – обсуждал рыбалку или игру в баскетбол.
Трэвис, хитроумный и жилистый, ел гораздо медленнее старшего брата, но при этом не обдумывал очередную проказу, а, скорее всего, размышлял о стрельбе из лука или о новом сложном заклинании.
Итан же, добрый и мудрый парнишка, таскал из общей тарелки полоски бекона, чтобы позднее поделиться лакомством с двумя псами. И выпрашивал у отца разрешение оседлать более крупного и быстрого коня.
Братья больше не были детьми, а стали будущими солдатами, готовящимися воинами. Из-за того, что их сестра являлась Избранной.
Но они все равно оставались мальчишками и немедленно принялись бы перебивать, спорить и обижаться, если бы она сейчас сообщила, что должна снова покинуть ферму.
Фэллон переглянулась с отцом и матерью, которым чуть раньше сказала, что хочет поговорить наедине, без братьев.
Завтрак закончился, и она принялась убирать со стола и мыть посуду. Отчасти потому, что хотела потянуть время, отчасти потому, что не хотела привлекать внимание к изменившемуся распорядку дня, а отчасти потому, что искала утешения в привычных действиях. Хотя они же одновременно и причиняли душевную боль: в последний раз, в последний раз.
– Мне нужно сделать еще пару вещей, прежде чем отправляться в поселение, – объявил Саймон. – Мальчики, седлайте лошадей и езжайте без меня. Только прямо по дороге, никуда не сворачивая. И чтобы не валяли дурака. – Он многозначительно посмотрел на Колина. – А я завезу маму с Фэллон на соседнюю ферму и догоню.
– Можно взять Грома? – оживился Итан.
– Нет, – строго ответил отец. – Ты поедешь на Пикси.
– Но Гром хочет, чтобы я взял его.
– Значит, его тоже ждет разочарование. Ты пока слишком мал, чтобы брать такого крупного жеребца. И не спорь, иначе я мигом найду поручение здесь, на ферме, и ты вообще никуда не поедешь.
– Блин, – сдался Итан, глядя вслед уже убежавшим братьям, и поплелся за ними.
– Давайте присядем, – предложила Фэллон, когда они с родителями остались наедине.
Лана вернулась на свое место за столом. Саймон последовал примеру жены и ободряюще сжал ее руку.
– Я должна покинуть ферму. – Фэллон постаралась произнести это быстро, точно сорвав пластырь, в надежде покончить со всем поскорее и причинить как можно меньше боли.
– Ты уверена? – спросила мать.
– Да. Простите.
– Когда?
– Мне нужно будет сделать пару вещей, прежде чем уехать, – ответила Фэллон, взглянув на отца.
– Через неделю? – уточнил Саймон. – Ты можешь подождать неделю, максимум две?
– Я… Да, – пробормотала Фэллон, не ожидавшая, что родители примут все так спокойно и не станут просить ее подождать подольше, например, до совершеннолетия. – Мне нужно собрать в дорогу все необходимое, проложить маршрут. Поможете с этим? Я планирую завербовать по пути как можно больше людей, организовать несколько центров обучения новобранцев. Я начну с той дороги, по которой мы ехали с Малликом, потому что знаю ее, но потом сверну к Нью-Хоуп.
– Значит, ты не сразу туда направишься? – спросила Лана.
– Нет, – покачала головой Фэллон. – Когда я доберусь туда, то собираюсь сказать, что под моим началом уже находится армия. Как минимум тысяча бойцов, обладающих магией и обычных.
– Это большая цифра, детка, – прокомментировал Саймон.
– Мы уже завербовали сто шестьдесят восемь человек в поселении и на соседних фермах. Еще столько же оборотней, эльфов и фей из лесов рядом с хижиной Маллика ждут моего сигнала. Но я найду больше новобранцев. На это может уйти несколько месяцев, однако погода пока стоит хорошая. Тысяча – идеальная цифра именно потому, что большая. Меньшее количество произведет меньшее впечатление. Так что я соберу армию и планирую прибыть в Нью-Хоуп к концу августа.