От плоти и крови

Маллик вышел в общую комнату.
– Кто-то оставил все это на пороге, – сообщила Фэллон.
– А! Отлично, – просиял собеседник, заметив припасы. – С признательностью принимаем подношение.
– Но кто его оставил? И почему?
– В здешнем лесу живем не только мы. Они тоже благодарны за защиту и преподносят скромные дары, чтобы показать это. Все знают, что Избранная явилась.
– А почему они не постучали?
– Значит, им ничего не требовалось от нас. Ты уже покормила лошадей?
– Нет, только собиралась, но…
– Позаботься об этом. Животные должны получить еду раньше, чем за трапезу примемся мы.
Время после завтрака Фэллон провела не за боем на мечах, а за чтением. Она, конечно, любила книги, но лес после дождя так и манил яркой листвой и солнечным светом. Как было бы замечательно учиться владеть оружием при такой прекрасной погоде!
И все же старые тома тоже оказались увлекательными. В них рассказывалось о богах, героических поступках, предательствах, сражениях, победах и даже о любовных историях.
Маллик упрекнул ученицу в скудном знании символов и ритуалов, а также в непонимании природы магии.
– Нам приходилось выживать и заниматься фермой, чтобы чем-то питаться, – огрызнулась в ответ Фэллон. – И помогать соседям. Мама научила меня всему, что знала сама.
– И проделала отличную работу, учитывая, что пришлось осваивать магию почти с нуля. Но ты обязана знать больше. Ты возьмешь то, чему научила тебя твоя мать, то, чему учу тебя я, и то, что дремлет внутри тебя самой, хотя ты пока об этом не знаешь. – Говоря, Маллик неслышно вышагивал по мастерской взад и вперед на мягких подошвах кожаных ботинок, но внезапно застыл на месте и наставил длинный палец на ученицу. – В этом заключается еще один урок, Фэллон. Твоя сущность принадлежит тебе, и только тебе, и никогда не станет отражением других. Однако уважение к духу и свету, как и понимание тьмы, необходимо. Для того и созданы традиции, обряды, заклинания, символы. И подношения, конечно.
– Но… – начала было она, но осеклась под строгим взглядом наставника.
– Твоя магия появилась не из пустоты, дитя. Есть исток у света, у всех нас, у воздуха, которым мы дышим, у земли, по которой ходим. Жизнь – это дар даже для крошечной былинки. Негоже забывать об этом. Нужно чтить и сей дар, и дарителя.
– Когда мы ухаживаем за почвой и посевами, за домашними животными, друг за другом – разве не чтим таким образом и высшие силы?
– Да, так и есть. Но иногда требуется нечто большее, чем честная жизнь. Даже простой жест может служить символом. Если я протягиваю тебе руку, а ты принимаешь ее, это не только приветствие, но и знак доверия либо соглашения. Моя правая рука в твоей. Руки, которые могли бы держать оружие, сцеплены в едином жесте.
Фэллон невольно взглянула на длинные пальцы учителя, затем подняла глаза и возразила:
– Некоторые люди – левши.
– Верно, – кивнул Маллик и улыбнулся. – А есть и те, кто протягивает ладонь, но не чтит значения этого жеста, в какой бы руке они ни держали меч. Потому и следует учиться: чтобы понимать, кому верить. Это еще один урок.
Маллик подошел к одной из полок, выбрал кристалл, положил на стол перед подопечной и спросил:
– Что это за камень?
– Это… э-э… кровавик, – ответила Фэллон, с трудом вспомнив название и применение. – Используется в исцеляющих чарах.
– В мое время и даже раньше солдаты часто носили с собой подобные кристаллы, чтобы в битвах останавливать кровь при ранении.
– Если бы этого было достаточно, мертвых после сражений оставалось бы куда меньше.
– Твой прагматизм имеет основания, – согласился Маллик. – Требуется нечто большее, чем камень, даже могущественный, и вера в исцеление. Но если кровавик использовать при проведении обряда, для чар или изготовления снадобья, он может заживить рану. Хотя и тогда необходимы вера, знания и умения.
– Мама может лечить с помощью магии.
– Это настоящий талант. Им обладают немногие.
– Она… да, растирала кровавик в порошок и смешивала с медом и… яичными белками. А, и добавляла розмариновое масло.
– Отлично. Итак, камни могут быть полезными инструментами. Поэтому ты должна знать, как их находить, заряжать и использовать. Выбери предметы из тех, что найдешь здесь, и сделай амулет для спокойного сна, другой для очищения разума и третий – для усмирения ревнивого сердца. Затем можешь быть свободна до заката. – Маллик уже направлялся к выходу, но остановился и обернулся. – Не покидай леса. Не забредай слишком далеко и возвращайся до темноты. Не позднее.
Фэллон некоторое время мерила шагами мастерскую. Задание Маллика было простым, из разряда базовых, но хотелось выполнить все идеально, чтобы в следующий раз получить более интересное и сложное. Хотя вместо кристаллов девочка предпочитала зачаровывать травы и набивать ими мешочки.
Она отворила дверцу одного из шкафов рядом с камином, обнаружила внутри отрезы ткани, ленты, тесьму, выбрала необходимые для работы предметы и перешла к другому шкафу.
Он оказался закрытым.
Испытав острый приступ любопытства, Фэллон уже занесла руку, чтобы сотворить несложное заклятие, отпирающее любой замок, но передумала. Мама воспитывала детей по-другому, она учила уважать чужие секреты. Возможно, Фэллон пожалела об этом сейчас, оказавшись перед заманчивой запертой дверью, но поступить иначе она просто не могла.
Маллик имел право на частную жизнь, как и она сама.
Так что Фэллон подошла к банкам с сушеными травами и принялась их разглядывать в поисках нужных ингредиентов. Анис, ромашка, лаванда, кипрей. И камни: аквамарин, цитрин, лазурит, тигровый глаз. А также немного черного перца, масло бергамота и розмарина.
Затем она разложила все на три кучки, написала простые заклинания для каждого из заданных действий на отрезах белой ленты, продела шнур в иглу и соорудила из ткани мешочки с завязками. Наполнила каждый, по три раза произнеся слова с лент, положила их внутрь и туго затянула.
Результаты своего труда Фэллон отнесла вниз, но, не обнаружив Маллика, оставила на столе, после чего схватила куртку и вылетела за дверь, предвкушая почти целый свободный день. Теперь можно было приступить к поискам золотого яблока. Какое-то время девочка шла вдоль русла реки, но не в ту сторону, откуда они вчера явились, так как не заметила по пути плодовых деревьев.
Хотя Маллик ничего не говорил о яблонях. Не исключено, что в этом-то и заключался подвох.
Фэллон обшаривала взглядом ветки, но замечала только воробьев, соек, щеглов и кардиналов. Еще видела гнездо ястреба и дупло, подходящее для филина. Но ни следа белой птицы.
Свернув от реки, девочка углубилась в лес. Отыскала следы и помет оленей, медведя и опоссума. Потом рассмотрела взрытую диким кабаном землю и решила в следующий раз захватить на прогулку лук. И поехать на Грейс. Наверняка лошади уже наскучило стоять без дела в конюшне.