Аляска (СИ)

- Вот направление в больницу на обследование. Там выявят причину твоей дисфункции и назначат лечение. Скорее всего, у тебя поликистоз яичников.
Я замерла от неожиданности. Пробормотала:
- Как это - в больницу?.. Мне нельзя! У меня работа, институт... Может, позже?..
- Опять тебе некогда?! - гневно замигала на меня врач. - А детей рожать ты хочешь?!
- Да! - само собой вырвалось у меня.
- Тогда подождут и работа, и твой институт! - отрезала она. - Это всего недели на две. Поедешь прямо сейчас, на 'Скорой'.
- Зачем это? - опять попыталась воспротивиться я. - Со мной все нормально, чувствую себя хорошо. Сама с направлением доберусь!
- Если ты с направлением в больницу одна придешь, - уже спокойнее пояснила гинеколог, - может оказаться, что мест нет, тебе откажут. А по 'Скорой' в любом случае положат!
Я подумала: 'Если мест нет, но 'в любом случае положат', то придется мне ютиться в коридоре!' Впрочем, это соображение ничего не решало. Моему материнству угрожала какая-то там дисфункция. Значит, ее следовало вылечить. Любой ценой. Врач права: работа, институт подождут. Тем более не имеет значения, где будет стоять моя больничная кровать: в палате или в коридоре.
Через час я в сопровождении фельдшера 'Скорой помощи' входила в приемный покой 11-й гинекологической больницы.
***
Медсестра ввела меня в палату и громко сказала:
- Вот, девочки, принимайте новую соседку!
Я крепче прижала к груди выданный мне больничный халат с полотенцем и оглядела 'девочек'. Их было семеро. Все как одна - полные женщины в возрасте около сорока лет. Они сидели, лежали на кроватях и с добродушным любопытством смотрели на меня. Наверное, я представляла собой довольно жалкое зрелище. Слишком уж была обескуражена внезапным неблагоприятным поворотом событий. Да и здорово растерялась от быстрой 'смены декораций'. Поэтому соседки поспешили прийти мне на помощь.
- Тебя как зовут? - подошла ко мне одна из них.
Я тихо представилась.
- Проходи, Оля, вон твоя кровать, - указала она на свободную койку. - Белье там чистое. Меня Наташа зовут. Чаю хочешь?
У Наташи было симпатичное кругленькое личико, обрамленное забавными кудельками светлых волос. Но его портила мелкая жидкая поросль на подбородке. 'Почему она от этого не избавится?' - подумала я.
- Наташка, не говори ерунды, какой там чай! Обед через полчаса! - сурово одернула ее другая, крашеная брюнетка с крупными чертами лица и уверенным взглядом. Она лежала на постели, скрестив руки на полной груди. - Я Марина, - строго представилась она. - Ты в халат переоденься пока. Вещи свои в тумбочке разложи. Устраивайся, в общем. А после обеда поговорим.
Похоже, она любила распоряжаться. И была грубовата.
Закатанные до локтя рукава Марининого халата открывали предплечья, густо покрытые темными волосами. 'Словно у мужика!' - с испугом оценила я. И тут же мой взгляд упал на голени новой знакомой. Короткие полы халата их не скрывали. Ноги Марины были покрыты темными волосами так же, как и предплечья.
Я прошла к своей кровати и стала переодеваться в больничную одежду.
- Так у нее с собой нет ничего! Наверное, по 'Скорой' доставили, как меня? - обратилась ко мне еще одна соседка, румяная и крепколицая, с веселыми ямочками на щеках. Она сидела на кровати, что стояла рядом с моей. - Мы с тобой, кстати, тезки!
Над ее верхней губой я заметила множество мелких темных точек - остатки сбритых волос. Вероятно, у нее росли усы. Причем так интенсивно, что их приходилось сбривать.
'Да что же это такое! - запаниковала я. - У одной волосы на подбородке, у другой - на руках и ногах, у третьей - усы! Они все здесь такие... волосатые, что ли?' И стала осторожно приглядываться к остальным обитательницам палаты.
Мои худшие опасения оправдались. Соседки по палате были схожи не только возрастом и полнотой. У каждой из них волосы на теле росли, как у мужчины. Было видно, что многие из них брились. Другие даже и не пытались бороться с густым волосяным покровом на руках и ногах. Можно было смело предположить, что он присутствовал у женщин и на других частях тела - на груди, например, на спине...
 
Я вспомнила из школьного курса биологии понятие 'вторичные мужские половые признаки'. Да, у них развивался именно один из таких признаков. Почему?!
- После обеда покажу тебе, где кабинет нашего лечащего врача, - продолжала тем временем Оля. - Там телефон, нам разрешают после семи вечера оттуда звонить. Сообщишь родным, пусть привезут тебе все, что нужно.
- Ну, рассказывай, как ты здесь оказалась! - то ли шутливо, то ли всерьез приказала грубоватая брюнетка Марина.
Я рассказала, как попала в больницу. Женщины выслушали меня с предельным вниманием.
- Дисфункция яичников? Все наши беды с этого начинались, - вздохнула Наташа, когда я закончила свой короткий рассказ. Она горестно потрясла светлыми кудельками на голове и значительно оглядела подруг. - Сначала дисфункция, а потом, оказывается, поликистоз яичников. - Я тут же с тревогой вспомнила: о поликистозе мне говорила гинеколог. Наташа продолжала: - И забеременеть ты, получается, не можешь. Обследуешься, лечишься... Без толку все!
В разных углах палаты раздались вздохи. Наташа кинула на меня сочувственный взгляд. Меня охватило гнетущее ощущение причастности к общей беде этих женщин. Как будто я была одной из них. Но ведь я здесь только на обследовании! Со мной еще ничего не ясно!
Наташин взгляд говорил мне другое. 'Неужели и я?.. - мелькнула страшная мысль. - Черт, не может такого быть!! Какой там поликистоз!!'
- Теперь вот одна надежда осталась - на операцию... - тихо проговорила Оля.
- А что за операция? - резко спросила я. Если со мной действительно случилась такая же беда, как и с ними, то я не собиралась валяться здесь и вздыхать, как они. Если надо будет, сделаю операцию. И две сделаю!! - А лечащий врач когда придет?
- После обеда все узнаешь! - прервала наш разговор Марина. И скомандовала: - Все в столовую, девки! Надо есть, а то рожать не сможете!
В ответ раздались деланно-бодрые смешки. Похоже, эта шуточка звучала в палате каждый день.
***
После обеда я узнала от своих соседок много нового и страшного для меня. Все они с юности страдали нарушением менструального цикла. Так же, как и я в последний год. Всем им был поставлен первичный диагноз 'дисфункция яичников'. Так же, как его поставили и мне. Никто из них не мог забеременеть. Врач женской консультации говорила и о моем вероятном бесплодии... Позже, при тщательном медицинском обследовании, у всех моих соседок по палате выявили наличие доброкачественных образований на яичниках - кист.
- Вот это и есть поликистоз, - поясняла мне крепколицая Оля. Она отличалась от подруг обстоятельной и правильной речью. - Из-за него у нас нарушение гормонального баланса и бесплодие.
- А из-за нарушения баланса волосы на теле растут! - нервно трясла кудельками Наташа. - Видишь, у меня на лице бородка? Я пока не сбриваю. Может, по волоску потом пинцетом выдерну...
'Так вот в чем дело! - подумала я. - Вот почему они все волосатые!'
- Лечили наше бесплодие до сих пор только гормональными таблетками, - продолжала Оля. - Только ни черта они не помогают. Волосы везде растут, как у мужика, а беременность не наступает. Меня, вон, двадцать лет лечат! А результат - ноль!
- А еще от этих гормонов разносит во все стороны! - округляла глаза Наташа. - Видишь, какие мы все толстые?
- Так что, девочка, - резюмировала Марина, почесывая волосатую руку, - если у тебя действительно поликистоз, пиши пропало!
 
Я похолодела от ужаса. Превратиться в усатую бесплодную толстуху?! Ну уж нет!! Я вскрикнула:
- Так вы про какую-то операцию говорили!
- Марин, не пугай девчонку! - осуждающе посмотрела на подругу Оля. - Может быть, у нее не все так драматично, как у нас. - Она повернулась ко мне: - Не слушай ее. Не так страшен черт, как его малюют. А насчет операции Наташа верно сказала: для всех нас, - она обвела взглядом палату, - это последняя надежда. Наш лечащий врач - Надежда Николаевна Баканова. Завтра утром на обходе с ней познакомишься. Она разработала новый метод оперативного лечения бесплодия. Клиновидная резекция яичников. Даже диссертацию защитила! В общем, специалист!