Этюд со смертельным исходом (сборник)

– Они на работе. Не положено.
Телохранителей действительно не было видно и слышно, они лишь угадывались в полумраке огромной многокомнатной квартиры.
Гость и хозяин помолчали. Им было о чем помолчать…
Чуть больше года назад Михаил Степаненко, житель России и гражданин Германии, возглавлял одну из самых мощных в городе преступных группировок. Проституция, рэкет, контрабанда… Капитан Виноградов провел тогда крупнейшую в своей оперативной карьере операцию, операцию «Крот» – его человек проник в святая святых «синдиката».
Закончилось все очень печально – Владимир Александрович лишился должности, а его негласный помощник – жизни… Правда, и Степаненко пришлось довольно поспешно вылетать в страну бременских музыкантов, не попрощавшись толком с любовницей, черным «мерседесом» и милицейским другом-генералом [2].
– Мастер… – обратился Виноградов к хозяину, пользуясь известным в определенных кругах прозвищем. – Скажи, вы ведь не меня «вели»?
– Не тебя, – кивнул Степаненко. – Те двое – «ликвидаторы», мы все равно должны были их сегодня…
Капитан вспомнил недавние «Секунды» – изломанный труп Эдика, огромного самбиста, последнее время замещавшего в городе босса. Все ясно – Мастер ничего и никому не прощал: чтоб рассчитаться за смерть своего компаньона, он прилетит и с другого полушария.
«Что-то не вяжется, – подумал Виноградов. – Как-то все это слишком быстро, да и не стал бы Степаненко сам прилетать только для этого, поручил бы кому-нибудь, благо специалистов хватает…»
– Давно здесь?
– Пятый день, – Мастер выдержал паузу, ожидая следующего вопроса. Затем продолжил:
– Знаешь ведь, что в Пароходстве…
– Знаю, – кивнул Виноградов.
В свете очередной кампании борьбы с коррупцией Пароходство раздирала на кровавые ошметки прекрасно оснащенная и натасканная оперативно-следственная группа. Работала жестко и продуктивно – сажать было кого и было за что, тем более наша патологическая экономика и бестолковое законодательство как будто специально рассчитаны на обеспечение наполняемости мест лишения свободы… В основном, конечно, досталось не мафиозным структурам. Но и интересы Степаненко, конечно, тоже задели – его «Норд-Вест круизез» в сфере морских перевозок фактически монопольно управляла белоснежными пассажирскими лайнерами Пароходства, отмывая «черную» наличность, перекачивая ее за рубеж и вновь, уже оттуда, инвестируя в Россию. Фактически коллеги Виноградова занимались сейчас тем, что когда-то не успел закончить он сам.
– Сергеева взяли, Бетдинова, Карояна. Говорят, еще – Елкина и Храмова… – Мастер называл людей, хорошо известных Виноградову.
– Елкина и Бетдинова выпустили уже. А Сергеев слег – седьмой десяток все-таки! – счел возможным поделиться Владимир Александрович. Тем более что служебной тайны он не выдавал – сам пользовался информацией опосредованной.
– Ну вот… Приехал тут кое-что «подчистить», сам понимаешь.
– Насчет «подчистить» – не меня имеешь в виду? – Виноградов улыбнулся, показывая, что слова его надо воспринимать в шутку.
Степаненко хохотнул:
– Не-ет! Год назад, не скрою, стоял вопрос… А теперь – нет. Другие проблемы… – он на мгновение помрачнел, потом опять улыбнулся: – Веришь, когда тебя сегодня увидел, как ты в машину к этим обезьянам ныряешь – на душе потеплело! Судьба, думаю, а?
Виноградов пожал плечами, ожидая продолжения.
– Судьба… Мы ведь могли дождаться, когда они тебя – того! А уж потом…
– Может, денег тебе дать? Премию? Или медаль «За спасение мента» с закруткой на спине? Давай к делу?
– Давай. Ты там как оказался?
– Позвонили. Домой. Предложили встретиться – насчет фиктивных «представительских» на судах, там хищения валюты крупные… Я объяснил, что в Морском отделе не работаю, пусть обращаются в следственную бригаду. А тот мужик говорит – их не знаю, вам, Владимир Александрович, доверяю. И назвал одного человека…
– Кого?
– Кого – неважно! Одного из моих «помощников», бывших. Назначил встречу, описал машину…
 
– Та-ак… В общем, как я понял, те ребята тоже кой-чего «подчищают». Только у меня в списке тебя нет, а у них – есть!
– Скажи, а этот… ну – бывший?
– Мне нравится ход твоих мыслей! – хлопнул себя по коленке Степаненко. – Генерал, что ли?
Они оба думали и говорили об одном человеке – недавно еще начальнике Главка, соучастнике самых «крутых» махинаций Мастера.
– Да.
– Где ж ему быть? На пенсии. После того скандала я его к себе взял, потом он отделился – свою собственную «долю» имел с магазинов и баров на «Наташе Ростовой», «Константине Федине» и «Владимире». Свою «команду» сколотил…
– Хреново.
– Ерунда! Его уйму – не дрейфь. Время, правда, понадобится…
Мастер оборвал себя на полуфразе, задумался, длинно посмотрел на Виноградова и поднялся из кресла:
– Понадобится…
Он прошел к окну, затем вернулся. Закурил:
– Ты чем сейчас занят?
– В смысле?
– Ну, отпуск взять можешь?
– Я и так в отпуске. Еще почти две недели. А что?
– Есть деловое предложение. В порядке взаимной услуги. Я ж тебя выручил? Крупно выручил!
– Ну?
– У меня проблема. Ты подходишь! – Мастер хлёстко ударил кулаком в подставленную ладонь. – Как я сразу не подумал! Работы на неделю – сколько успеешь… Заработаешь неплохо. Заодно и из города смотаешься, пока суд да дело.
– Криминал?
– Все официально! Оформим договором, через твое начальство, если хочешь. А не хочешь – так…
– Если охранять кого-нибудь или груз сопровождать, у меня на время отпуска оружия нет, ты это учти! А «левый» ствол…
– Саныч! Я ж тебя знаю!
– А сколько?
– Тридцать «зеленых» в сутки. Плюс все расходы – в рублях. Плюс «тонна» долларов по окончании, если все – о’кей. Годится?
– Соблазнительно…
– Давай, соглашайся! – чувствовалось, что Степаненко не на шутку загорелся новой идеей.
Виноградов подумал, что, если поторговаться… Нет, неприлично. Он вспомнил про незаконченный по финансовым причинам ремонт в прихожей, про давно обещанную жене стиральную машину, про кое-что еще… Тем более – долг платежом красен, а вот послушать большого греха не будет:
– Излагайте, босс!
 
2
 
Другому вовсе и не надо ехать…
а он непременно поедет.
Он непременно захочет проявить
свою угнетенную амбицию…
хотя его могут там задавить до смерти.
Mиx. Зощенко
Смешно – проработав почти восемь лет в транспортной милиции, имея целую кучу формальных и неформальных льгот, капитан Виноградов впервые в жизни ехал в вагоне СВ. Интерьер купе напоминал старый фильм о «красных дипкурьерах» и голливудские экранизации Агаты Кристи, было тихо и чисто.
Владимир Александрович запер никелированный замок двери, раздвинул крахмальные занавески и снял пиджак – ни есть, ни спать пока не хотелось. За окном морозно темнел поздний вечер…
Вытертая кобура привычно сковывала движения – девятимиллиметровый газовый «вальтер» был вручен перед самым отправлением вместе с документами, билетами и деньгами. Виноградов отстегнул ее, смотал кожаную сбрую и сунул под подушку. Окинул взглядом причесанный ворс коврового покрытия, помедлил и скинул ботинки.
…Собственно, инструктаж занял не больше получаса. Подъехавшему прямо с утра, в условленное время, Виноградову пришлось обойтись даже без кофе – Степаненко куда-то торопился и встретил капитана чуть ли не на пороге:
 
– Любуйся!
Он выложил перед Владимиром Александровичем несколько черно-белых фотоснимков. Наметанным взглядом недавнего «транспортника» Виноградов разглядел сползшую с насыпи колесную пару, развороченный бок рефрижераторной секции, человеческий обрубок в милицейской форме, зажатый металлической плитой двери. На двух фотографиях суетились какие-то бородатые, увешанные оружием люди, перегружавшие в бортовой КамАЗ ящики и бочки. Снимки были качественные, ясно, что работал профессионал или очень талантливый любитель с хорошей аппаратурой.