Ковен заблудших ведьм
Хромая и держа навахон навесу, Коул спустился, но направился не ко мне, а к Джулиану.
Он уже встал на колени и поднял голову, глядя на его приближение из-под опущенных ресниц. Оцепенев, я любовалась этим зрелищем: полуразрушенный особняк Шамплейн и охотник, готовый последовать зову крови и свершить суд над колдуном. Но смерть стала бы для Джулиана избавлением, а не возмездием.
Поэтому, опередив Коула, я подскочила к брату и хорошенько приложила его кулаком по лицу. Одного удара хватило, чтобы он снова опрокинулся на спину.
– Вот об этом я и говорила, – прошипела я, не без наслаждения наблюдая, как рот Джулиана наполняется пузырящейся кровью. Ее собралось так много, что она перелилась через нижнюю губу и побежала вниз, заливая рубашку. – Знаешь, почему ты так ослабел? Никто не может нарушить клятву без последствий. Ты начал умирать в тот миг, как встретился со мной сегодня.
Он вздохнул с булькающим хрипом, но нашел в себе силы сесть. Коул остановился поодаль, давая мне возможность спросить:
– Это правда стоило того? Убийство всей нашей семьи.
Джулиан облизал губы, рябиновые, как в тот день, когда он истребил весь наш род. Прошло несколько минут, за которые я успела потерять надежду услышать ответ, когда они все-таки разомкнулись и прошептали:
– Я не убивал.
Из меня вырвался предательский смешок. Тюльпана встревоженно нахмурилась, но вмешиваться не стала.
– Джулиан, если ты сейчас скажешь что-то в голливудском стиле вроде «я освободил их», я точно сломаю тебе челюсть.
Его глаза закатились, и он низвергнул из себя кровавую рвоту: его внутренности разъедало заклятие, напоминая, что ему нельзя находиться рядом со мной.
– Я не убивал! – повторил он, почти сорвавшись на крик, когда преодолел тошноту. – Я бы все вернул… для тебя… предусмотрел…
– О чем ты? – подала голос Тюльпана, подходя ближе.
– Души… – продолжил Джулиан с надрывом, и Коулу пришлось несколько раз встряхнуть его за плечи, чтобы он очухался и договорил до конца: – Их души в Вестниках. Я провел ритуал Ферн до того, как убил… Она научила. Снял с тебя ожерелье, когда ты заснула, а потом надел обратно. Наша семья в безопасности, милая сестренка. Я люблю их… Как и тебя. Это было условием нашей с Ферн сделки. Чтобы они не мешались… Но мы снова будем вместе, когда настанет время! Я все предусмотрел…
Невзирая на то что мы стояли под открытым небом, дышать сделалось нечем. Я схватилась за ребра, впилась в них ногтями, раздирая ткань платья и давясь хохотом, который эхом разносился по округе, сливаясь с раскатами грома.
Больно и смешно – именно так это было.
– Ну что ты за дурень, – выдавила я сквозь смех. Джулиан смотрел на меня в упор, и его взгляд был таким по-детски невинным, будто он и впрямь верил в то, что говорил. Неужели верил?.. – Ритуал Sibstitisyon переносит только магию, Джулиан! Ни одно заклятие не способно сохранить душу без плоти. Ферн манипулировала тобой. Она солгала тебе, чтобы уничтожить твоими руками все, что было дорого Виктории. А ты, как Ноа, повелся на красивую сказку.
Для Джулиана это действительно стало открытием. Точнее – ударом. Сначала он замотал головой, отказываясь верить в услышанное, затем засмеялся, а после, вновь подавившись кровавым кашлем, склонился к земле и… Заплакал?
– У него не все дома, – подытожила Тюльпана, брезгливо оглядывая моего чокнутого брата-близнеца. – Коул, пора избавить бедняжку от шизофрении и фантазий об инцесте. Приступай!
– Стой! – воскликнула я, и Коул осекся: лезвие занесенного навахона чиркнуло Джулиана по затылку, застыв в сантиметре над его головой.
– Чего мы ждем?! – взъелась Тюльпана, топнув ногой. – Только не говори, что хочешь сделать его нашим пленником, заковать в подвале, как моя мать любит делать…
– Нет, мы его отпустим.
Пораженный, Коул отошел от Джулиана и оперся о перила, всем своим видом требуя объяснений. Тюльпана расхохоталась, как я минуту назад – истерично.
– Зачем? – спросил Коул непонимающе. Его ногти, под которые забилась грязь и щепки, вцепились в рукоять навахона мертвой хваткой. – Он ведь убил твой ковен, Одри. Он сделал столько ужасных и омерзительных вещей с тобой и другими людьми, а ты хочешь просто… Отпустить его? Джулиан заслуживает смерти. Ты и сама хочешь, чтобы он умер.
– Хочу, – согласилась я, поднимаясь по лестнице. Джулиан вздрогнул и задрожал, когда я прошла мимо, задев его развевающимся подолом платья. Накрыв руку Коула своей, я заставила его опустить меч и поднять на меня белые глаза. – Но так надо. Я пообещала Ферн. Тем более теперь он знает правду. Если сможет подняться сам и не сдохнет по дороге – пусть идет.
Коул протестующе замычал, но, как всегда, сопротивлялся лишь пару несчастных секунд.
Вместе мы спустились с крыльца, обойдя Джулиана, раскачивающегося взад-вперед, и направились к берегу озера. Тюльпана пробормотала что-то неприличное в наш адрес, но двинулась следом.
– Нужно найти Зои, Сэма и Рашель, – сказала я, озираясь вокруг и ища их глазами.
– Да, и Гидеона тоже. Я не видел его с того момента, как мы пошли закрывать окна.
Я посмотрела на Коула, едва волочащего ноги, но отказавшегося присесть возле дерева и подождать нас на вершине холма. Он уверенно шел вперед, прислушиваясь, надеясь уловить присутствие брата. Как же сказать ему, что поиски эти тщетны?
– Насчет Рашель, кстати… – начала Тюльпана издалека, нервно заламывая пальцы, но громогласный крик прервал ее:
– Одри! Быстрее!
Исаак махал руками, привлекая внимание. Если бы не первые лучи рассвета, окрасившие небо в красный (боже, сколько же длилась эта вакханалия?!), до него было бы не добраться вслепую. Он стоял на прогнившем пирсе, наполовину затопленном водой. Она заливалась Исааку в ботинки, но отец был слишком напуган, чтобы заметить это.
– Она там! – закричал Исаак, тыча пальцем в бурлящую глубину, когда мы бегом пересекли берег. Темно-серое озеро кипело, как суп. – Морган! Сказала, что должна освободить Нимуэ, что слышит зов… Она так и не всплыла! Диего нырнул за ней.
– А где остальные? – спросила Тюльпана.
Исаак пробормотал, рисуя пальцами круги по водной глади:
– Не знаю. – Он поправил разбитые очки с искореженной дужкой, которые теперь сползали с носа, и виновато взглянул на меня: – Прости. Все случилось так быстро… Морган листала книгу и вдруг завизжала. Кажется, она нашла что-то, а потом побежала сюда и… Диего не успел ее перехватить. Прыткая девочка! Куда же они подевались?!
Не давая себе времени на раздумья, я принялась расстегивать сапоги.
– Одри, – напряженно позвал меня Коул, подхватив под локоть. – Что ты делаешь?!
– Самое время проверить, правдивы ли легенды о моем рождении, – ответила я, расшнуровывая тесное платье и подвязывая подол. – Я ведь родилась в этом озере. Могу ли я утонуть в нем? Если нет, ты будешь должен мне две коробочки китайской лапши.