Носитель Z-32 (СИ)
— И что будем делать? — Ваха уже понял, что короткий путь оказался не самой удачной идеей, хоть надежда на это и тлела до последнего момента.
— Ну, я бы предложил вернуться. — Хруст только руками развел. — Ночку в лесу перекантуемся, так ничего страшного, не в первой. Против такого стада переть, что с моста прыгать. Самоубийство.
— Согласен. Только вот, как обходить?
— Да по большой дуге придется. Времени потеряем вагон, да и жратва кончается, а если сильное загрязнение будет, так и воздух. Карта хоть спасает, да и на том ладно.
Грунтовку, ведущую к бункеру, Ваха узнал сразу. Внутри что-то шевельнулось, знакомое щемящее чувство ностальгии заворочалось, давая о себе знать. Колея уже начала зарастать чахлой желтоватой травой. Следов свежей колесной техники видно не было, а вот отпечатки подошв нашлись, и весьма свежие.
— Я конечно не следопыт, но тут как минимум трое проходили. — Зяблик принялся исследовать землю под ногами. — Шли чуть ли не шеренгой, уверенно. Отпечатки четкие. Ступали не глядя, вон и след кроссовка виден.
— Да уж, вояки. — Хруст хищно оскалился. — Может, не наш клиент?
— Может и не наш. На подошве не написано. Но я бы идти напролом поостерегся. Ты, Ваха, калитку-то в бункер закрыл?
— Когда я валил, как обмоченный олень, дверь рвали. — Напомнил полковник. — Уверенно так, с огоньком. Всех подробностей не скажу, не до того было.
— А ты мне другую штуку поведай. Как ты через супостата прорвался? — Хитро прищурился Хруст. — Неужто в лоб пер?
— Да не в лоб конечно. Дай карту. — Ваха решил, что больше скрывать запасной выход нельзя и настало время поделиться информацией. — Вот тут, в трех километрах, выход на поверхность. Коммуникационный тоннель, узкий, прямо по направлению к грязной зоне и тому островку, где зэки засели. Туда, если только на четвереньках ползти. Нужен свет.
— А найти его могли?
— Исключено. Он под фальшпанелью потолка первого подземного этажа проходит. Там как минимум схема коммуникаций нужна, и понимание как такими схемами пользоваться.
— А что с вентиляционными шахтами?
— Слишком узкие. Тот тоннель, обслуживаемый был. Оптоволокно тянули, еще что-то. Большой пук проводов. Мне, чтобы пролезть, солидный кусок отрезать пришлось.
Память возвращалась пугающе быстро. Неизвестная раньше подземная жизнь всплывала новыми яркими картинами. Тушенка в банках, просмотр фильмов с флешки, изучение бункера, таких его уголочков, которые и нарочно-то не найдешь, тир на нижнем уровне, и камеры на последнем. Камеры, что же вы храните? Закрытые помещения с большой красной кнопкой при входе. Вот этого он пока вспомнить не мог.
Бункер оказался на прежнем месте, да и куда он мог деваться, туша бетонная. Даже несколько машин на парковке, вот только административное здание серьезно пострадало. Часть стены, обращенная на юг, была выдрана с мясом, и сейчас из развалин сиротливо торчали ребра арматуры. Окон и дверей не было, а вот следы вели ко входу. Там же обнаружились и бандиты. То, что это банда, а не организованный отряд, ясно было с первого взгляда. Службу несли на отвяжись. Патрули, редкие и совершенно безответственные, так же как и посты, с легкостью можно было обойти. Однако не только дисциплина, а точнее ее отсутствие, об этом говорило. В первую очередь вооружение у народа было самое разномастное, а когда один поставщик, то такой разносортицы быть не может. Все тут имелось, от АКСУ до, прости господи, надежной и проверенной, но устаревшей как загривок мамонта, мосинки. Виднелись и охотничьи двустволки, и наганы времен второй мировой войны. У кого-то обнаружился даже спортивный арбалет, для дилетанта, на первый взгляд, пустяковое, но в умелых руках сильное и опасное оружие. В первую очередь бесшумность, а потом простота в боеприпасе. Болты для такого оружия делать проще, чем изготавливать пули. В полевых условиях, при определенном опыте, и самостоятельно сделать можно, в то время как для патронов какое-никакое оборудование, а необходимо.
Пахло плохо, и вот это самое неприятное. Полная антисанитария ни к чему хорошему не приводит. Отходы, бинты, может и трупы. Откуда вот только, сразу не понять. Запах приносил порыв ветра, вырывая то ли из-за здания, то ли откуда-то из леса. В былые времена на такие ароматы пришло бы зверье, в надежде чем-нибудь поживиться. В первое время так и было. Ваха не раз засекал на мониторах, как, то тут, то там, мелькала серая тень хищника. Когда потекли хранилища, лишенные ремонта и энергетический подпитки, и начали просачиваться токсические отходы, фауна покинула свое место обитания, подавшись туда, где чище. Стихийные помойки, правда, остались.
Ну вот откуда берутся эти мусорные кучи? С каждым днем они все больше и больше, и только там, где хозяйственник покрепче да посуровей, там чистоту блюдут. Давно уже ушли в прошлое пластиковые упаковки, картонные коробки и пищевая пленка. Коробочку из-под йогурта найти сложнее чем ети в Гималаях, ан нет. Мусор, он константа, он будет всегда и даже когда на земле исчезнет последний человек, горы отходов какое-то время будут прибавлять в высоте. Но это уже так, по инерции.
Глава 13
До подхода основных сил пришлось ждать почти неделю. Хруст дождался сеанса связи, сам залез на сосну и послал сигнал через спутниковый телефон, передав точное местоположение и карту маршрута. Ответ пришел незамедлительно. Мол смотрим, считаем, наблюдаем, записываем, да перехватываем гонцов с весточкой на большую землю. С увеличением времени ожидания стал совсем скудным паек. Но штурмовать бункер в одиночку, Ваха категорически не рекомендовал, а смышленый командир и тактик, Хруст, его полностью поддерживал. Зяблик, окончательно нашедший свое место в образовавшейся тройке, предпочитал не ввязываться с комментариями и советами, и по большей части спал.
Противник о черном ходе не догадывался. Сначала там дежурил Зяблик, бдительно поглядывая на нужный холм через оптику, но спустя три дня полной тишины, Хруст сдался и снял ненужный пост. Возле выхода не было следов, или других признаков жизнедеятельности, а вот вокруг административного здания таких отметок было более чем достаточно. Взять хотя-бы смердящую полянку, запах с которой доносился при каждом порыве ветра, и поначалу так смутил путников. Местечко оказалось местным туалетом, куда личный состав ОПГ гонял до ветру, решив не гадить там, где живут.
— А вот чего они тут сидят? — Зяблик поглядывал на вход в здание, иногда записывая в блокноте свои наблюдения, а зачастую просто считая по головам. — Я там уже тридцать рыл насчитал, разной степени потрепанности. Такие рожи, что и вовсе интеллектом не обременены.
— Рожи у всех хороши. — Отмахнулся Хруст. Усевшись на пенек он протирал ветошью цевье автомата. — А что сидят, так, наверное, причина есть? Одни вскрыли, другие заехали. Не пропадать же добру?
— Залипли они там по понятной причине. — Вступил в разговор Ваха. Его смена должна была наступить часа через полтора, так что сейчас у него было свободное время. — Провизия. Там консервы и круп на три атомных войны. Изначально-то планировалось, что тут верхушка медиков с семьями сидеть будет, да пережидать, но что-то не так пошло.
— Погоди. — Охнул Хруст. — Так небось там и медикаменты, и оборудование?
— А так же очистные сооружения, свой источник питания на атомной энергии, вроде как у Зураба, посудка, там, профессиональная, мягкие одеяла.
— Так это же Клондайк! — Воскликнул Хруст, но тут же понизил голос. — Даже если там ничего не выгорит с документами, то разместится с удобством рота, и будет нам счастье. Сделаем пару выходов дельных, минные поля устроим. Комар носа не подточит. Опять же, ретранслятор поставим в защищенной зоне, датчики тепловые. Будет конфета.
— Я теперь понимаю, почему командование так заинтересовалось. — Поделился Зяблик.
В первый раз за долгое время зашипел ларингофон, сначала не уверенно, потом все четче и четче, пока не стал ясно различим голос.