Феникс сапиенс (СИ)
– Папа, это же опять наблюдательная селекция, я же рассказывал. Ленивые бездари миллиардами остались «за кадром», ведь если бы Олег в ту пору оказался среди них, не было бы дневника. Радисты тоже оказались видны потому, что сумели сделать нечто, не входившее в реестр навыков их цивилизации. И с Израилем так же: из этого дневника мы ничего не знаем о судьбе других государств, потому что они быстро и тихо растворились, не оставив о себе вести. А Израиль держался из-за двухвековой привычки держаться, правда, Алека? А Олег с командой попали именно в эту крепкую страну, потому что она стала им надежной промежуточной опорой для прыжка в Африку. Точнее, Олег оставил этот дневник именно потому, что в момент Большого Охряста оказался именно там. Наверняка были другие люди не хуже Олега, которым в тот момент не повезло попасть в Израиль, – они не оставили дневника. Таких людей, как Олег и иже с ним, было много – миллионы, но они не составляли критической массы.
– Ты все разумно объясняешь, – сказала Кола, – но твое объяснение разрушает очарование этой истории. Поэтому, я его не принимаю.
– Вот он, голос гуманитария! Кола, очарование тоже подчиняется элементарной статистике, хотя и выходит за ее рамки. Наблюдательная селекция ничего не разрушает, а только объясняет. Очарование – это вовсе не квантовое явление, оно не разрушается от информации о нем.
– Меня вот что еще зацепило, – вступил Инзор. – Помните метафору про Феникса, кажется, Аксель ее выдал в своей передаче. Сейчас наш Феникс румян и бодр после трагического омоложения. А как состарится? Все по новой?
– Все-таки цивилизация – не человек, – ответил Сэнк. – Она не обязана стариться. То, что произошло в XXII веке, скорее тупик, чем старение. Вопрос: как не угодить в очередной тупик? На этот счет у нас с Маной свои рецепты. Мой рецепт – разнообразие: разные цивилизации, существующие в одно время. Не надо доводить глобализацию до абсурда! Главное, не угодить в тупик всем глобусом. Рецепт Маны – нравственный закон внутри нас. А не запреты и предписания извне.
– И звездное небо над головой, – добавил Стим.
– Да, оно самое, как один из стимулов. Тут отсутствующий Крамб нас бы поддержал.
– Все так, – сказала Лема. – Но как избежать дороги в тупик, как противостоять? Олег вон пробовал взбунтоваться против ханжеских табу, и что? А нравственный закон не запихнешь в каждого.
– Не знаю, – ответил Сэнк. – Если речь о нас, то и бунтовать-то пока незачем. Слишком рано. А Олегу было уже поздно. Может быть, в нужный момент найдется следующая реинкарнация той команды, то есть уже третья, считая нас, которая что-то вытворит и подтолкнет махину на развилке.
– Сэнк, по-моему, это будет уже четвертая реинкарнация, – уточнила Мана. – Прародители, мне кажется, тоже…
– Неважно. Мы свою лепту все-таки внесли – раскопали эту историю. Говорят, что ошибки прошлого никого не учат, но все-таки…
– Вы говорите все правильно, – сказала Алека, – но это общие слова, поэтому разговор немного отдает схоластикой. А мне кажется, я знаю, что надо сделать именно нам и именно сейчас!
– И что?
– Восстановить Сказочную тропу! В дневнике достаточно деталей. Пробить ее до водопада! Не мог он исчезнуть за шестнадцать тысяч лет. И дальше – до высокогорных лугов. Вас же даже без Крамба четыре мужика, и мы поможем. Понимаете, это самое нужное, что мы можем сделать: тропа станет мостом. Мы перекинем легкий мост через шестнадцать тысяч лет! Тропа восстановит связь времен! Это важнее, чем рассуждать о перипетиях будущего.
– Что же, да будет Сказочная тропа имени Олега Смирнова! Я, как и обещал, добьюсь, чтобы это место было объявлено археологическим парком и позабочусь, чтобы тропа не заросла. Но честь пробить эту тропу мы никому не отдадим! Правда, я сойду разве что за полмужика – мне, как и Олегу, можно только медленно и плавно. Пускай на это уйдет три-четыре недели – у всех они есть в запасе? Я думаю, и Крамб вырвется на несколько дней. Давайте! А потом еще не раз вернемся и пройдем по ней. Зачем? Да хотя бы ради брачных церемоний под водопадом! Неужели у нас не намечается новых пар? (Кана с Тримом быстро переглянулись.) Начнем завтра, а сейчас – отбой.
Когда все разошлись, Мана сказала:
– Сэнк, а я тоже хочу постоять с тобой под тем водопадом. Обнимешь меня, подержишь?
– А куда же я денусь?!