Игра в жизнь (СИ)
Очередной лагерь организовали вне пределов этой мертвой зоны и со всеми возможно даже излишними мерами безопасности: игроки вместе с заготовками даже вырыли ров, утыкали его по дну кольями, сделали позади него засеку, за ней частокол и даже возвели наблюдательные и стрелковые платформы, что уж говорить о защитных и сигнальных заклинаниях, которые даже на обычном привале параноидальные члены Клана Красного Дракона всегда городили в два ряда…
А вечером наконец-то произошло то, чего уже давно с нетерпением ждал Эленандар, его и еще двух новичков: Хравонона и эльфийку-воина Лауриндиэ приняли наконец-то полноценными членами в клан, с правом голоса и правом добычи! Все происходило в три этапа. Сначала соискателей по одному вызывали в круг, состоявший из всех членов клана, и каждый мог выразить свое отношение к будущим соратникам, высказать свое ''за'' и ''против'', или же промолчать. Потом их индивидуально приглашали в шатер главы клана, где происходил разговор с глазу на глаз, тогда-то Эленандар впервые побеседовал с Дриммом, и оба остались довольны беседой: Дримм тем, что клан приобретает в лице эльфа достойного члена, а Эленандар, что его составленные с чужих слов и собственных наблюдений впечатления от фейри подтверждаются. Напоследок состоялась церемония, напоминавшая религиозный обряд: каждый из соискателей подходил к одетой в белые с золотом одежды паладинше Трооатэны и порезав ладонь правой руки, жертвовал свою кровь огню, горящему в священном треножнике, одновременно в присутствии главы клана, эльфийки-паладинши, а также молчащего круга из остальных членов клана, произносил клятву с упоминанием имени бога войны, в которой обещал быть верным клану. После всех этих красивых ритуалов изменения, произошедшие в интерфейсе, прошли почти незаметно и новоиспеченные члены клана, быстро просмотрев их и удостоверившись, что и Система игры воспринимает их теперь как членов Клана Красного Дракона, покончили с формальностями и полностью отдались веселью и пиру, устроенному в их честь старожилами клана.
Следующий день сильно разочаровал настроившихся на серьезную битву новичков — в бой их так и не пустили, как в прочем и некоторых других членов клана, оставшихся вместе со всеми эльфами-стрелками охранять лагерь и вход в подземелье — огромный каменный колодец со ступенями, идущими вниз, появившийся посреди пустыни после того как глава клана совершил в центре безжизненного пространства какой-то обряд. ''Сидеть на попе ровно'' им пришлось больше суток, время от времени провожая завистливыми взглядами возрождающихся на респауне товарищей, спешащих вновь вернуться к основному отряду, сражавшемуся внизу. Примерно за пять часов до того, как им было приказано сворачивать лагерь и отправляться вниз, вдруг неожиданно поперли разнообразные твари из джунглей, разом резко переставшие боятся километровой зоны перед песчаным кругом — соскучившиеся по работе лучники сумели оторваться и хорошо пострелять, а некоторые игроки, в том числе и Эленандар, взять уровень. А вообще поход закончился скучно: недолгое путешествие по пустым и зачищенным туннелям, новый портал, что вывел их поблизости от небольшого приморского городка, затем корабли, и через два дня они были уже в Узле, а еще через неделю Эленандар вновь сидел и обедал в ''столовке'' цитадели клана.
Глава 41
Цитадель Клана Красного Дракона, третий уровень, кабинет главы клана.
Дримм, Альдарон и Василиса (Дочка) — пет Дримма, древний фейрийский страж.
— В общем по конфликту Прыгунов и Детей Дагона все — наши интересы не пострадали, а у обоих кланов неприятности с гильдиями Убийц и Магов, да и у Контрабандистов скорей всего будут вопросы, а к Детям еще и у Эрмилана, верней у их тайной стражи, потому как деньги деньгами, но надо же меру знать. — Альдарон перевернув последнюю страницу, закрыл папку у себя в руках.
— Хорошо, — все это время внимательно слушавший Дриммм кивком подтвердил, что информация принята к сведению, но потом на секунду задумавшись, задал еще один вопрос, не относящийся к последней теме доклада. — Как там с новичками? -
— Сейчас всего двое: один в Узле, другой в Фрих-тхолге до тех пор пока там будет наша резиденция, потом тоже в Узел переведем, полуорк и эльф, оба маги. Сейчас идет обычная проверка: тесты, прокачка, наблюдение — ну как всегда, до заданий еще не дошло. —
— А как недавнее наше пополнение себя ведет, или они уже вне подозрений? — закончив фразу Дримм с усмешкой уставился на главного безопасника клана. Тот сделал невинное лицо и абсолютно на голубом глазу произнес противоречащий сам себе ответ:
— Конечно, но я все равно приглядываю. —
— И где они сейчас? -
— Все трое на занятиях по тактике, потом у них практика, а затем свободное время. —
— А теперь серьезно, какие-нибудь замечания по ним есть? -
— По двоим, к Храванону вопросов нет, а вот к Лауриндиэ и Эленандиру есть… -
— И какие же? Сначала про девушку, рейнджера оставим напоследок — у меня тоже имеется что тебе сказать. —
Альдарон внимательно глянул на приготовившегося слушать фейри и стал делиться возникшими у него вопросами, как и было решено начав с девушки:
— Слишком хороша, я имею в виду фехтование, — безопасник поднял руку, останавливая желавшего что-то сказать Дримма, — не так как ты или другие, занимавшиеся фехтованием в реале, совсем по-другому — у нее поставлен бой двумя руками, ножами и саблями, и я предполагаю, хотя тут чисто моя интуиция, что она используя свое умение, уже убивала в реальности.
— Еще? — заинтересованно спросил Глава клана.
— Остальное по мелочи и в той же канве: очень хороший рукопашный бой, большие знания по холодному оружию, я проверял, даже по такому по которому знания ей в мозг не загружались, все остальное в том же духе. Хотя и одних столь необычных навыков по фехтованию уже хватает — она реально сильнее воинов, одного с ней уровня и даже тех, кто на десяток ее превосходит.
— Какие-нибудь патологии в психике, нехорошие черты в характере, признаки того, что она может шпионить на другой клан? — Дримм откинулся в кресле.
— Нет, ничего такого не замечено. —
— Тогда эти ее умения из реала не наше дело, как и вся ее прошлая жизнь — я ведь тоже не знаю, кто ты есть в реале, как и ты насчет меня. Если она захочет рассказать — расскажет, а нет так нет. —
— Ладно, — согласился с доводом главы Альдарон, — тогда с девушкой все. — Он без разрешения плеснул себе вина из высокого графина на столе и прежде чем продолжить, смочил горло. — Займемся рейнджером. -
Дримм вновь заинтересованно придвинулся к столу и поставив на столешницу локти и скрестив пальцы рук, приготовился слушать. Альдарон пару минут собирался с мыслями, а затем начал выкладывать известные ему факты:
— Эленандар из Западных Пустошей — имя местное, поэтому ни к каким Западным Пустошам он не имеет никакого отношения, прозвищем в клане пока не обзавелся. —
— Созерцатель, — подключилась к разговору Василиса, все это время молча занимавшаяся чесанием лежавшей у нее на коленях головы Послушного. Запомню, — невозмутимо кивнул в ее сторону Альдарон. — Спасибо, Дочка. Мне продолжать? — и после кивка главы клана двинулся дальше: — До нас сменил семь кланов, и это за полгода, но не из одного его не изгоняли — ушел сам. По информации, полученной из кланов Быки Техаса, Семилистник и Тимуровцы, конфликтов у него не было, зарекомендовал себя хорошо, но почему-то каждый раз через почти одинаковое время уходил, они и сами не знают почему. У нас показал себя хорошо: не трус, не боится неприятной работы, не фанат кача, не жаден, хорошо ладит со всеми — ни одного конфликта за все время, по видимому из тех, кто в постоянном погружении. —
— В общем характер нордический, истинный ариец, верен интересам рейха — продолжил речь цитатой из фильма Дримм. — Какие претензии? Все, что ты сейчас сказал, характеризует его только с самой лучшей стороны. —
— Как и в случае с Лауриндиэ слишком хорош, но по-другому — ни с кем нигде ни одного конфликта или даже спора — так не бывает, если только себя не контролируешь и жестко следишь за своим поведением — странно для ушедшего в виртуальный мир, обычно наоборот реализуют свои мечты и желания, о которых в реале сам себе боялся признаться, а тут.. — Альдарон многозначительно помолчал, а затем продолжил. — Я предполагаю, что так может вести себя человек, у которого здесь есть какая-то цель или в нашем клане, или во всем Серединном мире — для него это не игра, а работа.