Аксиома счастья (СИ)
— А мне сейчас неудобно, вроде как бросаю её.
— Эх! Что бы ты без меня делала, — Борис вытащил из кармана конверт и положил его Велене на стол, — Это путёвка в черноморский пансионат. Как раз по её профилю, правда всего три недели, но вряд ли она обидится.
Вот как, оказывается, он всё предусмотрел заранее, а с ней просто играл:
— Гольцов, я тебя задушу, — глаза Велены метали нешуточные молнии.
— Согласен, — мгновенно среагировал тот, — но только в своих объятиях.
Девушка схватила со стола степлер и уже хотела метнуть в обидчика, но Борис мгновенно оказался за дверью, он и это сумел предусмотреть.
— Я жду тебя внизу, — крикнул он в щель двери и окончательно закрыл её.
Велена выскочила из-за стола, и уже хотела было кинуться вдогонку, но тут её взгляд упёрся в зеркальное отражение разгневанной фурии, рука сама собой метнулась поправить сбившуюся чёлку и она больно стукнула себя степлером по голове. Это сразу отрезвило, можно даже сказать привело в чувство, девушка увидела своё озадаченное выражение в зеркале и прыснула со смеху.
— А ведь он прав, — подмигнула она своему отражению, — тебе действительно надо отдохнуть, раздражаешься по всяким пустякам. Опять за старое взялась?
Когда Велена спустилась вниз, к ней снова вернулось превосходное настроение, что несколько озадачило Бориса, так как он по прежнему опасался её гнева.
Море. Для Велены это слово не значило ничего, она никогда не видела моря. В том мире, откуда она попала сюда, никому и в голову не могло прийти, что в большом количестве солёной воды может быть что-то интересное. Все крупные города находились, как правило, внутри материка, исключения составляли только два города-порта и то они располагались в устье крупных рек и представляли собой скорее крепости, нежели настоящий город. Рыбная ловля тоже не развивалась, на нужды прибрежного населения морских даров хватало в избытке, а везти их вглубь материка никому не приходило в голову, уж слишком быстро морская рыба приобретала неприятный запах.
И почему в этом мире отдых на море считался чем-то особенным? Но самое интересное для Велены заключалось в том, что здесь она поняла насколько огромен и в тоже время хрупок этот мир. После неприятных минут взлёта, когда большой воздушный лайнер продемонстрировал потрясающую мощь, девушка прилипла к иллюминатору, далеко внизу медленно проплывали облака, из-под которых местами выглядывали разноцветные лоскутки земли, горизонт терялся в белесой дымке, а небо стало тёмно-синим.
Потом облака исчезли, земля внизу приобрела серо-жёлтый вид, а местами появились тонкие полоски дыма, через некоторое время таких полосок стало значительно больше, ещё через полчаса полёта дыма стало столько, что он местами закрыл землю.
— Пожары в степи, — пояснил Гольцов, на вопрос Велены, — бывает иногда, что на многие сотни километров дым закрывает солнце. Не помню в каком году это было, но из-за сильнейших пожаров в Сибири в был неурожай, дым надолго закрыл солнце.
К большому сожалению, как выглядит само море сверху Велена не увидела, через два часа стало темно, а внизу лишь местами проглядывали маленькие огоньки, темно было и в аэропорту, куда они прибыли, поэтому полной неожиданностью оказался тёплый, насыщенный незнакомыми запахами ветерок. Путешествие длилось очень долго, всё тело ныло от многочасового неподвижного сидения, поэтому возможность размяться по пути к зданию аэропорта воспринималась как желанная прогулка.
За всё время путешествия Велена не смыкала глаз, поэтому как только она добралась до номера в гостинице, не раздумывая забралась в постель, оставив все остальные заботы Борису, что по её мнению было вполне справедливо, так как он умудрился большую часть пути пробыть в объятиях морфея.
Лёгкая утренняя дремота неожиданным образом напомнила о былом, казалось, стоит сейчас открыть глаза и она снова окажется во дворце в своём прежнем мире, а всё то, что произошло с ней всего лишь сон, удивительный, приятный, но сон. Нет. Теперь, спустя годы, этот мир ей стал нравиться, он стал родным, совсем не хотелось вернуться в прежнюю жизнь. Пусть она была принцессой, и в будущем её ждала власть королевы, ну и что? Только теперь стало возможно понять, какое душевное уродство ждало её на троне, а здесь…
— Вставай. Всё равно уже не спишь, — раздался рядом голос Бориса, — мы так с тобой и обед проспим.
— Обед? — Велена удивлённо открыла глаза, — А мне казалось ещё утро. Почему тогда не разбудил?
— Зачем? Мы же не завтра уезжаем.
— Всё равно, мне хочется видеть всё и сразу, — Велена вскочила и направилась к балконной двери.
Яркие тропические краски казалось, одним движением ворвались в комнату, тёплый влажный воздух, настоянный на тропических ароматах, пахнул в лицо, а вдалеке сквозь гомон птиц и шума листы можно было расслышать плеск волн.
— Вот это да! — Восхищению девушки не было границ, — Это сказка, неужели такое на самом деле бывает?
— Как видишь, — Борис легонько обнял её сзади за плечи, — уверяю тебя, через неделю всё это тебе покажется вполне обыденным.
— Никогда не покажется, — мотнула Велена головой, — и я хочу прямо сейчас увидеть море.
— Нет, так не пойдёт, — заупрямился Гольцов, — если ты можешь терпеть голод, то мне это недоступно. Мой желудок требует приятного насыщения, так что пока мы плотно не подзаправимся, никуда не пойдём.
— Получается у мужчин путь через желудок лежит не только к сердцу?
— Ты что, желаешь моей голодной смерти? — возмутился Борис, — Вперёд отъедаться, море никуда не убежит.
— Обед тоже.
— А ты ещё его не видела, и потому не можешь утверждать, убежит он или нет, — расплылся в улыбке Борис, — знаешь, некоторые страны ну очень экзотические.
Морские волны, весело играя белыми шапками гребней, с шумом выкатывались на пологий берег и спустя мгновение, растратив силу, тут же скатывались обратно, заставляя поблёскивать на солнце мелкую гальку, двигавшуюся в такт накатываемой воде. Ветерок приятно обдувал лицо и не давал тропическому солнцу обжечь кожу палящими лучами.
— Здесь действительно красиво, — повернулась Велена к Борису, — теперь понятно, почему многие приезжают именно сюда.
— Вечером ты вообще увидишь сказку, — ответил он, и принялся расстёгивать свою рубашку — Купаться будешь?
Спустя два часа они возвращались в отель довольные и в хорошем настроении, Велена то и дело останавливалась у торговых лотков вынесенных из магазинчиков и внимательно изучала поделки, в большом количестве предлагаемые местными умельцами. Особенно её заинтересовал серебряный браслет, выполненный в виде змеи свёрнутой в кольцо, она подняла глаза, чтобы спросить цену и от неожиданности замерла с открытым ртом — с другой стороны прилавка неподвижно сидел Комаров, старательно прикрывая лицо широкими полями шляпы. Гольцов проследил за взглядом девушки и тоже на некоторое время впал в ступор, но в отличие от Велены быстро пришёл в себя:
— Так вот вы где окопались, Александр Евгеньевич, — расплылся в притворной улыбке Борис, собираясь перебраться поближе к своему бывшему патрону, — я так рад вас видеть, вы просто себе представить не можете.
Понимая, что сейчас может произойти, Велена вцепилась в руку спутника:
— Борис остынь, пусть с ним разбираются другие.
— Пусть, — тут же согласился Борис, — но засвидетельствовать почтение мне просто необходимо.
Но вырваться от спутницы ему не удалось, не смотря на большой перерыв, руки девушки ещё помнили изнуряющую гимнастику, и Гольцов чтобы не травмировать подругу вынужден был оставить свои попытки отомстить обидчику. Этому так же немало способствовала и реакция Александра Евгеньевича, который не стал дожидаться развития ситуации и, бросив прилавок, вовремя исчез за дверью ювелирного магазинчика.
— Нет, ты смотри, где этот недоносок обосновался, — кипятился Борис, — магазинчик завёл, побрякушками торгует, урод.
Пока спутник выпускал избыток пара, Велена задумалась: