Путешествие Голубой Стрелы (Сказка. Стихи)
Джани Родари
ПУТЕШЕСТВИЕ ГОЛУБОЙ СТРЕЛЫ
Сказка
Стихи
ПУТЕШЕСТВИЕ ГОЛУБОЙ СТРЕЛЫ
Сказка
Перевод с итальянского Ю. Ермаченко
Глава I
СИНЬОРА БЕЗ ПЯТИ МИНУТ БАРОНЕССА
Фея была старая синьора, очень благовоспитанная и благородная, почти баронесса.
— Меня называют, — бормотала она иногда про себя, — просто Фея, и я не протестую: ведь нужно иметь снисхождение к невеждам. Но я почти баронесса; порядочные люди это знают.
— Да, синьора баронесса, — поддакивала служанка.
— Я не стопроцентная баронесса, но до нее мне не хватает не так уж много. И разница почти незаметна. Не так ли?
— Незаметна, синьора баронесса. И порядочные люди не замечают ее…
— Но хватит об этом… Примемся за работу.
Было как раз первое утро нового года. Всю ночь напролет Фея и ее служанка путешествовали по крышам домов, разнося подарки. Их платья были покрыты снегом и сосульками.
— Затопи печку, — сказала Фея, — нужно просушить одежду. И поставь на место метлу: теперь целый год можно не думать о полетах с крыши на крышу, да еще при таком северном ветре.
Служанка поставила метлу на место, ворча:
— Хорошенькое дельце — летать на метле! Это в наше-то время, когда изобрели самолеты! Я уже простудилась из-за этого.
— Приготовь мне бокальчик цветочного отвара, — приказала Фея, надев очки и садясь в старое кожаное кресло, стоявшее перед письменным столом.
— Сию минутку, баронесса, — сказала служанка.
Фея одобрительно посмотрела на нее.
«Немножко она ленива, — подумала Фея, — но знает правила хорошего тона и умеет держать себя с синьорой моего круга. Я пообещаю ей увеличить заработную плату. На самом-то деле я, конечно, не увеличу, и так денег не хватает».
Нужно сказать, что Фея при всем своем благородстве была довольно скуповата. Два раза в год обещала она старой служанке увеличить заработную плату, но ограничивалась одними обещаниями. Служанке давно уже надоело слушать только слова, ей хотелось услышать звон монет. Как-то раз у нее даже хватило мужества сказать об этом синьоре баронессе. Но Фея очень возмутилась.
— Монеты и монеты! — проговорила она, вздыхая. — Невежественные люди только и думают, что о деньгах. И как нехорошо, что ты не только думаешь, но и говоришь об этом! Видно, учить тебя хорошим манерам — все равно, что кормить осла сахаром.
Фея вздохнула и уткнулась в свои книги.
— Итак, подведем баланс. Дела в этом году неважные, денег маловато. Еще бы, все хотят получить от Феи хорошие подарки, а когда речь заходит о том, чтобы платить за них, начинают торговаться. Все стараются брать в долг, обещая уплатить потом, как будто Фея — это какой-то колбасник. Впрочем, сегодня особенно жаловаться нечего: все игрушки, которые были в магазине, разошлись, и сейчас нам нужно будет принести со склада новые.
Она закрыла книгу и принялась распечатывать письма, которые обнаружила в своем почтовом ящике.
— Так и знала! — заговорила она. — Я рискую заболеть воспалением легких, разнося свои товары, и никакой благодарности! Этот не хотел деревянную саблю, подавайте ему пистолет! А знает ли он, что пистолет стоит на тысячу лир [1] дороже? Другой, представьте себе, хотел получить аэроплан! Его отец — швейцар курьера секретаря одного служащего лотереи, и было у него на покупку подарка всего триста лир. Что я могла подарить ему за такие гроши?
Фея бросила письма обратно в ящик, сняла очки и позвала:
— Тереза, отвар готов?
— Готов, готов, синьора баронесса.
И старая служанка подала баронессе дымящийся бокал.
— Ты влила сюда капельку рома?
— Целых две ложечки!
— Мне хватило бы и одной… Теперь я понимаю, почему бутыль почти опустела. Подумать только, мы купили ее всего четыре года тому назад!
Потягивая маленькими глотками кипящий напиток и умудряясь не обжигаться при этом, как это умеют делать только старые синьоры, Фея бродила по своему маленькому царству, заботливо проверяя каждый уголок кухни, магазина и маленькой деревянной лесенки, которая вела на второй этаж, где была спальня.
Как печально выглядел магазин с опущенными шторами, пустыми витринами и шкафами, заваленными коробками без игрушек и ворохами оберточной бумаги!
— Приготовь ключи от склада и свечу, — сказала Фея, — нужно принести новые игрушки.
— Но, синьора баронесса, вы хотите работать даже сегодня, в день вашего праздника? Неужели вы думаете, что кто-нибудь придет сегодня за покупками? Ведь новогодняя ночь, ночь Феи, уже прошла…
— Да, но до следующей новогодней ночи осталось всего-навсего лишь триста шестьдесят пять дней.
Надо вам сказать, что магазин Феи оставался открытым в течение всего года и его витрины всегда были освещены. Таким образом, у детей было достаточно времени, чтобы облюбовать ту или иную игрушку, а родители успевали сделать свои расчеты, чтобы иметь возможность заказать ее.
А кроме того, есть ведь еще дни рождения, и все знают, что дети считают эти дни очень подходящими для получения подарков.
Теперь вы поняли, что делает Фея с первого января и до следующего Нового года? Она сидит за витриной и смотрит на прохожих. Особенно внимательно вглядывается она в лица детей. Она сразу понимает, нравится или не нравится им новая игрушка, и, если не нравится, снимает ее с витрины и заменяет другой.
…О синьоры, что-то сейчас на меня напало сомнение! Так было, когда я был еще маленьким. Кто знает, есть ли теперь у Феи этот магазинчик с витриной, уставленной игрушечными поездами, куклами, тряпичными собачками, ружьями, пистолетами, фигурками индейцев и марионеток!
Я помню его, этот магазинчик Феи. Сколько часов я проводил у этой витрины, считая игрушки! Чтобы пересчитать их, требовалось много времени, и я никогда не успевал досчитать до конца, потому что нужно было отнести домой купленное молоко.
Глава II
ВИТРИНА НАПОЛНЯЕТСЯ
Склад был в подвале, который находился как раз под магазином. Фее и ее служанке пришлось раз двадцать спуститься и подняться по лестнице, чтобы наполнить новыми игрушками шкафы и витрину.
Уже во время третьего рейса Тереза устала.
— Синьора, — сказала она, останавливаясь посреди лестницы с большой связкой кукол в руках, — синьора баронесса, у меня бьется сердце.
— Это хорошо, моя дорогая, это очень хорошо, — ответила Фея. — Было бы хуже, если бы оно больше не билось.
— У меня болят ноги, синьора баронесса.
— Оставь их на кухне, пусть отдохнут, тем более что ногами носить ничего нельзя.
— Синьора баронесса, мне не хватает воздуха…
