Отчим (не) моего жениха (СИ)

— Виктор Васильевич, накрывать на стол?
Разумовский великодушно позволил накрывать, и мы чинно расселись за длинный стол. Я словно оказалась на съемочной площадке «Джен Эйр», где высокомерный господин раздает приказы вышколенным слугам.
На столе одно за другим начали появляться различные блюда, а по кухне поплыли ароматные запахи. У меня с утра во рту не было ни крошки, поэтому почувствовала, как желудок буквально взвыл от голода. Голодные вопли моего организма не укрылись от Разумовского, который брезгливо поморщился. Ну и ладно, переживешь папочка, моя задача тебя раздражать.
Когда передо мной поставили тарелку со свежими овощами, я с аппетитом накинулась на еду. Разумовский ел медленно и держал вилку с таким благородством, что я невольно засмотрелась.
— А где вы работаете? — поинтересовался «папочка», и я от неожиданности икнула.
Передо мной тут же оказался стакан с водой. Вот это скорость исполнения. У Разумовского не забалуешь. Шаг в сторону и сразу останешься без зарплаты.
Ну что ж, ваше величество, хочешь узнать материальное благополучие, чтобы подтвердить мои корыстные планы насчет твоего сыночка? Придется удовлетворить любопытство по полной.
— Я не работаю, — ответила я с набитым ртом.
Лицо Разумовского снова исказилось гримасой недовольства.
— А чем вы в таком случае занимаетесь? — продолжил допрос рабовладелец.
— Учусь на платном, — брякнула я, — денег катастрофически не хватает. Поэтому когда мы станем одной семьей, вы должны будете мне помочь.
Училась я бесплатно на стипендию, а по выходным подрабатывала в супермаркетах, раздавая флаеры и листовки. В общем, денег нам с мамой хватало, но Разумовскому истинное положение вещей знать не обязательно.
— Ариночка, почему ты мне никогда не рассказывала о своих проблемах? — воскликнул Слава и посмотрел на отчима. — Мы обязательно тебе поможем, правда, отец?
Виктора снова перекосило и, судя по всему, я признанием испортила царю аппетит. Он прекратил расспросы и уныло ковырялся в тарелке. Зато у меня настроение взлетело до небес. Моментально слопав все, что полагалось на обед, я откинулась на спинку стула и довольно вздохнула.
— Спасибо! Все очень вкусно, — поблагодарила я женщину за прекрасный обед.
— Вам спасибо! — она улыбнулась мне, но улыбка сразу же погасла под тяжелым взглядом Разумовского.
Не удивлюсь, если за эту вольность рабовладелец высчитает у нее из зарплаты. Тоже мне, местный царь! Никогда не терпела снобов, но с таким сталкивалась впервые в жизни.
— Давайте я вам помогу, — обратилась к кухарке, когда мужчины покинули кухню.
— Что вы, не стоит, — смутилась она, быстро убирая тарелки в посудомоечную машину. — Вы гостья Виктора Васильевича и вам следует отдыхать.
С работниками все понятно, монстр задавил их штрафами, и они бояться сказать лишнее слово. Размышляя о вселенской несправедливости, в холле первого этажа я столкнулась с Разумовским.
— Я поражена, папочка! — воскликнула я, нацепив на лицо улыбку в тридцать два зуба. Виктор остолбенел, не зная, чего от меня ожидать. — Вы так строги со своими работниками, что просто мороз по коже. Вам не кажется, что вы перегибаете палку?
— Не кажется, — Разумовский невозмутимо пожал плечами. — Услуги щедро оплачиваются, когда они качественные. К сожалению, тенденция такова, что народ в большинстве своем ленивый.
Виктор собирался продолжить занудное описание жизни местного царька, но я махнула рукой.
— В любом случае, это ненадолго, — заявила я, и Разумовский удивленно приподнял бровь. — Когда я стану здесь хозяйкой, установлю свои порядки.
Не дожидаясь кровавой расправы, я помчалась в свою комнату. Душа ушла в пятки, а сердце отбивало барабанную дробь. Никогда я не видела Виктора Разумовского таким разъяренным. Готова поспорить, что сегодня вечером он выставит меня из своего терема.
— Арина! — Слава схватил меня за руку в коридоре второго этажа, растерянную втащил в свою комнату и захлопнул дверь. Монстр выделил нам со Славой разные апартаменты. — Ты сегодня такая сексуальная, — хрипло выдохнул жених, припав горячим поцелуем к моей шее.
  
Глава 4. Арина
 
— Что ты делаешь? — попыталась его оттолкнуть, но в жениха словно бес вселился. Слава с силой сжал мои ребра и запустил ладонь под футболку.
Какие холодные пальцы! Я вздрогнула, сбитая с толку неприятными ощущениями. Когда тебя обнимает любимый человек должно быть приятно, а мне наоборот хотелось, чтобы это поскорей закончилось.
- Раскованная и страстная, — прошептал Слава, обрушиваясь на мои губы, — ты никогда еще такой не была. Распущенные волосы и сладкие губки, все как я люблю. Просто конфетка!
— Отпусти! — я отворачивалась от настойчивых поцелуев и одновременно пихала его в грудь, пытаясь оттолкнуть. — Хватит, мне неприятно, Слава! — перешла я на крик, но жених не понял, что пора отступить.о
Сопротивление, наоборот, придало ему сил. Слава скользнул пальцами по моей попке и опустился на бедро. Я визжала и вертелась как уж на сковородке, заветная дверь была близко, но я никак не могла до нее дотянуться. Для этого надо было отбиться от домогательств потерявшего голову жениха, а у меня никак не получалось.
— Да отпусти же ты! — из глаз потекли слезы, когда поняла, что теряю контроль над ситуацией. Слава был совершенно неуправляемый.
— У вас все в порядке?
Голос Разумовского и его громкий стук в дверь прозвучал как музыка. Слава мгновенно пришел в себя и тяжело дыша отстранился. В уголке его верхней губы запеклась кровь, видимо я неосторожно цапнула в желании оттолкнуть.
— Ответьте, у вас все хорошо? — настаивал Виктор, и я как никогда была рада его напору.
Всхлипнув, быстро вытерла мокрые щеки и помчалась к выходу. Я не могла ни минуты оставаться рядом с этим человеком. Рванув дверь на себя, я вылетела в коридор и столкнулась с Разумовским.
Виктор стоял, опершись на дверной косяк и выглядел угрюмым. Мельком взглянула на него и сразу опустила глаза, чтобы не заметил слез. Но не удержалась, снова всхлипнула и лишь потом, обогнув его, понеслась в свою комнату. А уж там я дала волю слезам.
Такое со мной было впервые. Немногочисленные встречи с ровесниками проходили по обычному сценарию: вечерние прогулки, разговоры и скованный поцелуй у дверей. Чтобы заграбастать меня и лапать без согласия, не было и речи.
От пережитого стресса меня трясло, и я рассеянно ходила из угла в угол. Один звонок Юльке отделял меня от спасительной свободы, но я колебалась. Если сейчас вернусь домой, мама не отстанет, пока не выяснит причину побега. Как признаться, что сбежала, напуганная домогательствами жениха, я не знала. На то он и жених, чтобы оказывать знаки внимания и приставать.
Понятное дело, Слава старше меня и опытней? Ему скучно просто гулять, и он хочет продолжение банкета. Но дело в том, что я не хочу. Сама не пойму почему, по прикосновения жениха кажутся неприятными.
Я скрестила пальцы и решила, что в лепешку расшибусь, но нашей свадьбе со Славой не бывать!
Когда я спустя полчаса выглянула из комнаты, на этаже стояла тишина. По дому как тень сновала горничная, отдраивающая замок рабовладельца, на кухне суетилась кухарка, а Славы с Виктором нигде не было.
И тут неожиданно, словно приглашая заглянуть в святая святых, я натолкнулась на приоткрытую дверь в кабинет монстра. Горничная забыла запереть, когда убиралась, или Разумовский не имел обыкновения закрываться, но факт оставался фактом. Незапертая дверь манила и слишком тяжело было бороться с искушением.
Чертик внутри меня в нетерпении потирал ручки, предвкушая очередную пакость. Взгляну только одним глазком, решила я и, обернувшись по сторонам, проворно юркнула внутрь.
В кабинете с сегодняшнего утра ничего не изменилось. Заваленный папками диван, кресло и стол. Стоп, а вот это уже интересно. Включенный ноутбук.
И почему Разумовский такой растяпа!