Попаданец для нее (СИ)
Закончив завтрак, караван тронулся в путь. Дагор спешил и выжимал из животных и людей все что можно, и как оказалось не зря. Когда к середине следующего дня они достигли реки, великое посольство уже собирало лагерь и готовилось продолжить путь. Парфюмер никого не предупреждал о прибытии, и лагерь в суете сборов даже не обратил внимания на маленький караван. Они проехали первые палатки, и Дагор, показывая в сторону шатра Оливии, крикнул Андрею.
— Езжай, обрадуй ее.
Андрей кивнул и, повернув коня, тронулся в сторону знакомых палаток. Первым его увидел Флиган, он крикнул что-то в открытый полог и заковылял навстречу.
— Рад тебя видеть живым, Андрэй.
— И я рад. — Парень спрыгнул с лошади и обнял старика.
Из шатра выскочила Оливия и, торопясь, засеменила навстречу. Они обнялись.
— Я очень рада, что ты вернулся! — По искрящимся глазам женщины и радостной улыбке Андрей видел, что это не пустые слова.
— А где Тайя? — Он только успел спросить и тут же увидел ее.
Она подходила со стороны стрельбища. Возбужденная, с растрепанными мальчишескими вихрами, она была красива особенной, какой-то дикой и необузданной красой. Андрей шагнул ей навстречу, и тут она увидела его. Тайя остановилась, и вся гамма чувств прошла по ее лицу: изумление, искренняя радость и что-то еще, вдруг приглушившее бурный взрыв эмоций. Они встретились глазами и, словно смутившись, быстро подбежали друг к другу и обнялись. Она прижималась к нему, пряча лицо на его груди так, будто хотела спрятать то необъяснимое чувство вины, понятное только ей и поселившееся в ее душе с того самого момента, когда она послушалась Дагора. Чувство вины за то, что не пошла за ним, не бросила все и не кинулась опрометью его спасать. А он держал в своих объятиях ее плечи и стыдился себя за то, что ждал отнее именно этого и по-дурацки наивно верил в то, что его Тайя бросится ему на помощь в любой ситуации. Чего бы ей это не стоило. И эта недосказанность ложилась на них обоих разъедающей паутиной неудовлетворенности и затаенной вины.
В шатер Мелисаны, как всегда без стука и приглашения, вошел Дагор. Оценив взглядом большое количество появившихся безделушек и хмыкнув себе под нос, он плюхнулся в кресло со словами.
— Эшфор, голубчик, плесни-ка мне в бокал вон того красненького.
Секретарь Мелисаны состроил недовольную рожу, но ослушаться не посмел, шутливый тон Парфюмера его ничуть не обманывал.
Сделав большой глоток, Дагор расслабленно вытянул ноги.
— Ну, давай, зови свою госпожу, я готов.
— Мой храбрый Дагор. — Отбросив полог, отделяющий внутреннюю половину, появилась Мелисана. — Неужели для встречи со слабой женщиной тебе нужно глотнуть для храбрости.
Парфюмер растянул рот в хищной усмешке.
— Для встречи с женщиной нет, а для встречи со змеей в образе женщины, пожалуй, да.
— Фу, как грубо. — Мелисана надула губки. — Не ожидала я от тебя такой вульгарщины.
— Я сам не ожидал, но это — печальная правда, ты змея, настоящая ядовитая змея и твой план удался. — Он грустно улыбнулся и получил в ответ обворожительную женскую улыбку.
— Ты проиграл, мой милый, глупый Дагор. — Она показала ровные красивые зубки. — Плати.
— Знаешь, я видел их встречу сегодня. — Он вздохнул. — Я становлюсь старым и сентиментальным. Твой план, оставить ее здесь, сработал. Она не может себе простить, что послушалась меня. А парень, он так удивился, увидев меня, что мне показалось, сейчас закричит, всех вернуть по местам, это не она. Ошибка, давайте еще раз.
— Он ее ждал. — Мелисана довольно покачала головой.
Дагор исподлобья взглянул на женщину.
— Ты выиграла, первая трещина в их отношениях уже побежала. — Парфюмер бросил на стол кошель с серебром. — И я не сомневаюсь, ты поторопишься загнать в нее клин.