Гонка за горизонт (СИ)
* * *Вадим ночью после гонки вдруг умчался первым же рейсом в Питер. На следующий день во время завтрака в гостинице поступила по телефону команда и мне с парнями из "Иглы" следовать за подполковником к родным пенатам, минуя ППД [21] в Монако. Что, интересно, в Санкт-Петербурге такое стряслось? С билетами разобрались оперативно, и, после четырех часов дрыха в удобном кресле – ну не выспался из-за обязательной после победной гонки маленькой пирушки команды – увидел радушную улыбку симпатичной лейтенантши в паспортном контроле Пулково-два. Ставя штампик, сначала поздравила с победой, а потом вместе с документами протянула свежий журнал с моей довольной рожей во всю обложку:
– Денис Александрович, пожалуйста, для дочери черкните что-нибудь.
Ни фига себе! Выглядит на двадцать семь – двадцать восемь. Сколько же лет дочурке, так рьяно интересующейся "Формулой-один"? Или, судя по весьма откровенному выражению лица – когда и где угодно, прям щас разденусь – для себя выпрашивает?
Несмотря на проход по "зеленому" коридору таможня все-таки перехватила – им, как выяснилось, тоже требовались мои автографы. Встречавший нас Паша Заозерный – майор ФСБ из моей "большой" команды, сильно грамотный контрразведчик, как когда-то отрекомендовал его Вадим – уже в машине объяснил:
– Тебя, Денис, в России теперь каждая собака знает – очень уж крутой и выгодный бренд для рекламщиков. Так что неси бремя славы с гордостью – самый молодой секс-символ России.
Во, обрадовал – только этого мне сейчас и не хватало! Витька еще подкалывает:
– Ты только не вздумай без охраны на улицу выходить – фанатки на кусочки разорвут.
А Павел, глядя на мою огорошенную физиономию, спросил:
– Ты что телевизор совсем не смотришь?
И что я в этом ящике для идиотов не видел? Ну, новости изредка, еще куда ни шло – там между строк иногда реальные факты проскальзывают. Но не смотреть же дебильные викторины, слащавые сериалы или якобы музыкалки, где в моднявых песенках не то что мелодичности нет, так даже ритм зачастую отсутствует? Я уже не говорю про всяческие политические дебаты дерьмократов и либерастов – такую чушь порят, что уши вянут. Не забывая при этом поливать грязью всё и всех из времен Советского Союза. А вот не верю я их пасквилям. Папа и дед всегда признавали множество ошибок коммунистического руководства страны, но никогда не говорили, что власть намеренно уничтожала народ, как ныне утверждают гребаные политиканы. Переправляют историю в угоду Западу? Несомненно!
Не дождавшись ответа, Заозерный добавил:
– Нынче только ленивый тебя не вспоминает. Еще бы, когда на фоне наступающего кризиса коррупция рекорды бьет, можно хоть немного отвлечь народ от неприглядных перспектив чудом из чудес – простой семнадцатилетний русский парень своими талантами молниеносно ворвался на вершину самого крутого, дорогого и технологичного вида автогонок – "Формулы-один". Или, как ее все чаще называют – "Королевской формулы".
Н-да, что-то Паша совсем уж высоким штилем про меня чешет. И всерьез, вижу ведь. Никак не ожидал, что от своих подобное услышу. Хорошо хоть победные пьедесталы уже немного приучили не краснеть от дифирамбов. Но все равно перебил, кинув взгляд на гаишный форд с мигалкой, рассекающий впереди:
– Едем-то куда сейчас? Что у вас тут стряслось, что так срочно вызвали?
– Направляемся в Лесное – там у нас небольшая квартирка есть. А случилось… Я в курсе, но Вадим Федорович лучше меня расскажет, – майор резко отвернулся, но скрыть окаменевший взгляд не успел. Не хочет говорить? Время терпит…
* * *Ничего себе, "квартирка"! Через десять минут наш кортеж въехал на территорию воинской части – за высоким бетонным забором, тщательно увитым поверху "Егозой Супер", была база спецназа ФСБ. Меня тут же препроводили в небольшой зал в сером четырехэтажном здании. Судя по количеству всякой электроники – штаб разработки какой-то серьезной операции. А там… Первым со мной поздоровался Алтуфьев – во, и генерал из ГРУ здесь. Затем, после рукопожатий, объятий и обязательных поздравлений со вчерашней победой, Николай Александрович с Вадимом загрузили меня толстой папкой с документами.
– Ознакомишься – поговорим, – проинформировал подполковник, запуская кофейный автомат и пододвигая большую пепельницу, увидев пачку сигарет, вытаскиваемую мною из кармана.
Вот это он прав – какая работа без кофе?
Вначале я не совсем въехал – речь в бумагах шла о наркотиках. Теперь ясно, что тут Алтуфьев делает – это ведь его епархия в ГРУ. Но чем дальше я разбирался с документами, тем все стремнее становилось. Охренеть можно – наркотрафик крышуется чуть ли не в открытую властями страны. Собственно говоря, нечто подобное я сам давно подозревал, просто не занимался вплотную этим вопросом. Ну а какой еще вывод можно сделать, если произвести элементарный анализ: Россия, далеко не самая большая по числу жителей страна на планете, уже давно занимает первое место в мире по потреблению героина. Без прикрытия наркоторговли сверху это никак невозможно. Более того, как следовало из лежащих передо мной документов, этим активно занимается коллега Вадима – один из замов начальника питерского ФСБ. Некий полковник Дорофеев. Теперь понятно, почему не в Большой дом поехали – там засветиться раз плюнуть, а эта база, судя по количеству очень знакомых лиц – всех их я когда-то проверял – практически полностью под Федоровичем и моей командой.
– Санкцию на разработку я не брал, – пояснил генерал. – Закамуфлировал одним не очень-то перспективным старым расследованием, заодно получив законную возможность не афишируемого сотрудничества с Вадимом, – кивок на Баландина. – А потом выяснились некоторые обстоятельства, – как-то посмурнел, переглянувшись с моим тоже сегодня что-то очень хмурым опекуном.
Тот сначала не очень уверенно посмотрел на меня, затем долго и основательно гасил в пепельнице докуренную почти до фильтра сигарету. Время тянет?
– Я знаю, что ты никогда не простил бы меня, если бы я попытался скрыть и без твоего участия решить эту проблему… – на лице у подполковника вдруг стали глубже морщины. – Потому и вызвал, – Вадим вытащил из своей папки и положил передо мной фотографию.
Я посмотрел на фотку – черно-белая. Вероятно из личного дела. Обычный мужик в форме. Немного за сорок, ничего примечательного. Морда как морда, разве что взгляд несколько самодовольный.
– Он начал нам мешать и стал очень опасен, – Федорович запнулся, как-то неуверенно посмотрел на Алтуфьева, но потом все-таки закончил, уже не пряча напряженный и в чем-то виноватый взгляд: – Именно Дорофеев отдал приказ на организацию автокатастрофы твоим родителям.
Я сначала не понял. Потянул сигарету из пачки и стал хлопать себя по карманам, ища зажигалку. Прикурил, глубоко затянулся и наконец-то взял себя в руки. Злость? Ярость? Их не было. Только холодная решимость. И… Я не буду ни говорить, за что его убиваю, ни мучить перед смертью. Просто пристрелю, как падаль.
– Он раньше был одним из кураторов грузового порта. Вероятно, тогда и занялся этим. Есть пара ниточек, тянущаяся очень высоко – основательная часть дохода туда отстегивается. Но все существенные связи замыкаются на Дорофееве. Если убрать его и пару уже высвеченных нами сообщников – трафик надолго прервется, – пояснил Алтуфьев.
Н-да, а ведь наверняка один из реальных персонажей Андрея Баконина, который издается под псевдонимом Константинов. Несколько отличных книг как раз на близкую тему написал. Хотя нет – тогда нынешний ссучившийся полковник еще слишком мелкой сошкой в службе был. Лихие девяностые… Времена безудержного разграбления державы. "Приватизация, мать ее!" – вспомнилось любимое ругательство отца.