Радуга над Теокалли (СИ)

Служение оленьей богине началось с громкого гимна, который исполняли молодые жрицы в накинутых на плечи шкурах. Призыв был услышан, и богиня вскоре появиласьв танце, изображающем самку во время гона. Нагое тело прыгало, склоняло голову с небольшими рожками, припадало к ступеням, на которых находился жертвенник. Скоро появился и олень – молодой мужчина, полностью обнажённый, в маске, украшенной огромными рогами. Пара закружилась, из-за колонн возникли ещё служители в оленьих шкурах. Музыка зазвучала пронзительнее, означая жалобный призыв оленихи. И тут факелы погасли, кроме одногов центре жертвенника, пополз сладковатый дым, вселяя в присутствующих опьяняющую радость.
* * *
Утро Шочи встретила разбитой и усталой. Однакоразбудила сестру, недовольно бурчащую. Растормошила её и заставила слушать:
– Я так и не поняла, как богиня узнает, какого мужчину мне нужно?..
– Ох, Шочи, неужели с этим нельзя подождать!..
– Это мучает меня!
– Ты, что не получила удовлетворения? – испугалась Милая Лисица.
– Да, но…
Девушка облегчённо вздохнула и авторитетно успокоила сестру:
– Раз получила, значит, богиня тебе поможет!
– А?..
– Шочи, нельзя же всё время ныть! Имей терпение! Амантлана-то ещё нет в городе! Давай немного поспим, я так устала этой ночью… Ложись рядышком…
Шочи была женщиной с характером и очень нетерпеливой. Оставив сестру нежиться в постели, она направилась к невестке. Но слуги остановили ее, объяснив – Белый Цветок посетил сам правитель. Это сообщение так обрадовало девушку, подтверждая действенность сил оленьей богини, что, вмиг повеселев, та отправилась к вольеру с ягуарами.
Однакодни проходили за днями, но Амантлана все не было. Прошли обещанные знахаркой месяцы. Шочи со страхом ждала прибытия любимого. Она уже снова начала сомневаться в силе Масатеотль. Ей стало казаться напрасным решение посетить богиню так рано, вдруг та уже забыла о ней? Совершенно неожиданно Белый Цветок намекнула, что желает снова наведаться к богине, чтобы отблагодарить – тлатоани теперь чаще навещал молодую жену.
Шочи понравилось приглашение и, взяв Милую Лисицу, троица отправилась в храм.
Еще на пороге храма Шочи охватило сильное возбуждение. Она всеми силами пыталась его сдерживать, чтобы не упасть в грязь лицом перед подругами, но, посмотрев на них мельком, увидела, чтосестра и невестка находятся в таком же состоянии. Очевидно, так действовал сладковатый запах дыма, который пополз несколько раньше и уже окутал ожидающих службу женщин.
Ритуал призыва оленихи самца повторился, с той лишь разницей, что посетительниц было меньше. Служба продолжалась почти до утра, и её участницы уверовали – на сей раз, Масатеотль точно услышала мольбы, выкрикиваемые в порыве бурной страсти.
Только сомнения вновь посетили Шочи: "А вдруг богиня все-таки перепутает их желания? Просящих-то было пятеро…" Женщина решила, что ничего плохого не произойдёт, если она посетит Масатеотль ещё раз и одна. Ей пришлось самой пробраться в храм днём. Привратник со всей серьёзностью выслушал и пропустил. Через некоторое время к Шочи вышла жрица, которая исполняла ритуальный танец. Бледнея и краснея, гостья задала волнующий её вопрос.
Женщина огорчённо вздохнула – следующая служба была назначена через два месяца. Но Шочи объяснила – она хочет быть полностью уверена, что богиня будет слушать только её. Жрица с трудом скрыла удивление и внимательно осмотрела стоящую перед ней девушку. Удовлетворённая осмотром, служительница кивнула и сказала:
– Мы сделаем для вас службу, но обычного подношения будет мало – особый случай…
Шочи согласилась.
– Госпожа желает полный состав служителей?
Девушка задумалась:
"Чем больше людей будут просить со мною богиню, тем лучше, но выдержу ли я?"
– Остановить службу мы не сможем… – тихо произнесла жрица, понимая сомнения женщины. – Если ваша цель зачать ребёнка…
– Нет, нет! Моего мужчины нет в городе, я только хочу…
– Простите, я поняла, остаётся вопрос оплаты.
– Это самое простое. Принесу сколько нужно, – гордо подняла голову Шочи.
Жрица улыбнулась, и встречу назначили на следующую ночь. Начало было таким же, как и раньше. Звучал гимн Масатеотль, олени танцевали, сладким дым окутал Шочи, она почувствовала себя молодым и сильным животным. Скинув одеяния, женщина влилась в общий танец, теперь руки многочисленных служителей ласкали только её тело. Опьянев от возбуждения, Шочи отдалась властным призывам, забыв обо всем…
Сила оленьей богини была подтверждена – Белый Цветок получила любовь тлатоани и забеременела, о чём объявили во дворце.
Избалованной и изнеженной Шочи оставалось только ждать, а она уже просто изнывала от тоски и одиночества, не зная, чем бы себя развлечь. Может, посетить в одиночестве храм снова, чтобы утолить ненасытное желание? Ведь прошёл почти год, как Амантлан покинул Теночтитлан. Прибывали гонцы и сообщали о его делах; воины возвращались домой, к военачальнику отправлялись свежие силы, но сам вернуться не спешил, чем страшно пугал Шочи. Теперь она боялась, что знахарка могла напутать, и её любимый никогда не найдёт дорогу домой.
Оставалось ждать и терпеть. Когда девушка совсем отчаялась и готова была подбить сестру на очередное посещение Масатеотль, в город пришли воины Амантлана и принесли плохую весть. Военачальника тяжело ранили.
Узнав об этом, Шочи раскаялась и бросилась к богине Коатлантонан, упала перед её жертвенником, собираясь молиться всю ночь.
– О наша Змеиная мать, не забирай его. Прости меня, мои сомнения в твоей любви и силе! Сохрани ему жизнь, помоги мне, великая Коатлантонан!..
Шочи с поразительным терпением оставалась в молитвенном доме, обращалась ко всем богам, обещая быть послушной и покорной, только бы они смилостивились над человеком, которого любила. Такой вот смиренной и молящейся у статуи Коатлантонан её и нашла Милая Лисица. Девушка спешила сообщить Шочи, что Амантлан уже дома. Его осмотрел лучший ах-ток, а за женой не послали, женщина до сих пор находится в имении, так что у Шочи, если она сумеет улизнуть из дворца, есть шанс увидеть любимого.
Заставить Шочи сидеть в своих покоях, когда Амантлан в городе и рядом нет жены, не смог бы и тлатоани. Поэтому, тщательно подобрав одежду, уложив и украсив волосы благоухающими цветами, девушка под покровом ночи направилась к нему.
Каково же было разочарование – труд рабынь пропал даром, и любимый мужчина не смог оценить её красоту по достоинству. Она, очевидно, плохо понимала, что значит тяжело ранен. Амантлан метался в горячке. Ухаживала за ним почтенная Ишто, которая к визиту сестры тлатоани отнеслась почтительно, но с неодобрением, немедленно высказав это вслух:
– Напрасно вы беспокоились, госпожа, скоро прибудет его жена, а пока за ним есть, кому ходить…
Но Шочис мольбой в глазахзабрала у старой женщины миску с водой и тряпицу, присела на край постели, чтобы заменить её. Так она провела всю ночь, терпеливо давая Амантлану настои из трав и обтирая прохладной водой. Ишто только дивилась, с какой нежностью ухаживает эта знатная девушка за её сыном. А любовь выплёскивалась наружу из глаз, обращённых на больного, чувствовалась в каждом движении рук.
– Ну же, приди в себя, мой Храбрый Ягуар! – шептала Шочи, наклоняясь к нему, и касаясь губ, когда старушка уходила менять воду.
Но Амантлан произносил что-то непонятное, бессвязное и не открывал глаза. Под утро Ишто посмотрела на гостью сурово и, придав голосу строгость – кому нужны неприятности с семьёй правителя – вишь, как далеко дело зашло, сказала:
– Всё, госпожа, уже утро, а если вас хватятся во дворце или кто заметит у нашего дома? Ступайте!
– Мне все равно, что скажут, не прогоняйте меня, почтенная Ишто! – крепко схватила Шочи за руки мать Амантлана и с надеждой заглянула ей в глаза, понимая о невозможности своей просьбы. Женщина ещё больше нахмурила брови и потянула, сохраняя почтение, девушку к выходу, где мирно посапывала рабыня, которая ту сопровождала. Старушка растолкала прислугу и выпроводила обоих. Перед этим пришлось снова услышать мольбы Шочи: