Записки врача на Новой Земле (СИ)
- Господин, я и тут могу помочь. Мой брат владелец городской газеты и радиостанции.
Сказал радист.
- Срочно звони ему, и скажи, что у него будет эксклюзивный материал. И мой тебе совет, договорись с ним о проценте от сделки. Что-то мне подсказывает, что кассеты с этой историей будут хорошо расходиться.
Радист так и сделал.
Через некоторое время раздались звуки сирены, и на поле вылетели три джипа с пулеметами и голос из громкоговорителя прокричал.
* Porca madonna! Stronzo!* - Итальянские ругательства.
Глава 10
- Мы представители ордена. Немедленно открыть двери и выходить из дома без оружия и с поднятыми руками.
Я сказал, обращаясь ко всем находящимся внутри.
- Если не возражаете, переговоры буду вести я.
И громко в окно.
- Мы не находимся на территории ордена. Без представителей местной власти переговоров не будет и никто к вам не выйдет.
- Тогда мы сами к вам войдем, но в этом случае с вашей стороны будут пострадавшие.
- И с вашей стороны они будут. У нас есть, чем вас встретить. Кроме того, сюда едут полиция города, аббат Корво и журналисты.
- Ф...к. Откуда ты знаешь?
- Мы сами их вызвали. Да, вот, похоже, и они.
Из-за поворота выскочили еще три джипа с надписью "Corpo dei carabinieri" на бортах. Следом за ними ехал черный Сузуки Джимни.
- А вот и аббат.
Сказал владелец аэродрома и облегченно вздохнул. Радист просто молча крестился. Через некоторое время вылетела еще одна машина.
- Брат приехал. Сейчас начнется.
Сказал радист. И он был прав. То что началось вокруг нас подходило под определение - балаган. Две соперничающие группировки правоохранительных органов. Журналисты, пытающиеся задавать им вопросы, и моментально посылаемые, очевидно, по широко известному адресу. Разумнее всего для нас было молча сидеть на месте и ожидать общего решения. Наконец, два человека, по-видимому, облеченные властью подошли к машине аббата, и через некоторое время я увидел аббата Корво, идущего к нашему домику.
- Здравствуйте. Кто здесь доктор Коган?
- Это я, преподобный.
- Можно войти?
- Конечно, входите.
Сказал я и открыл дверь. Мы поздоровались с ним за руку, все остальные приложились к его руке, и он всех благословил.
- Все, вроде, получилось, слава Богу. А откуда журналисты?
- У нас в России говорили, кашу маслом не испортишь.
- Действительно, не испортили. Теперь там все пытаются держаться строго в профессиональных рамках и следят друг за другом. Я вас попрошу передать захваченные ценности представителям ордена. Естественно, вам положено вознаграждение. Орден объявил награду в двадцать пять процентов от всей возвращенной суммы, плюс за каждого бандита по десять тысяч экю. Вас можно поздравить, вы теперь богатые люди. И еще одна формальность. Побеседуйте, пожалуйста, с представителями наших храбрых карабинеров. А потом я отвезу вас в один приличный пансионат. За самолет не волнуйтесь. На аэродроме будет выставлена охрана. Похоже, мы слишком рано ее сняли, думали, что летный сезон закрыт.
В общем, через некоторое время вошли представители карабинеров и ордена. они провели с нами одновременно с двумя (!) допрос, но каждый вел свой протокол, которые мы потом подписали и получили копии. После соблюдения всех формальностей, я уточнил у представителя ордена Патрика Райяна о нашей премии. К слову, начальник карабинеров подтвердил факт о премии в десять процентов и десяти тысяч экю за голову каждого бандита, и сказал, что он обязательно напомнит ордену о награждении героев, не будь он Марио Росси.
Подписав все протоколы, мы попали под объективы журналистов, причем, персонал станции описал нас как каких-то терминаторов. На вопрос о награде, мы ответили, глядя в объективы камер, что представитель ордена пообещал от имени своей организации выдать нам положенную награду.
- Доктор Коган, последний вопрос, пожалуйста. Какова ваша специальность? Нам сказали, что вы врач, это правда? Вы военный врач?
- Вообще-то я педиатр, но, когда нужно, я могу держать в руках оружие. Хотя, честно говоря, стетоскоп мне больше нравится. Все, господа, извините. Мы действительно очень устали. Давайте закончим. Благодарю вас.
Мне очень хотелось обсудить один вопрос с Кальдероном, поэтому с разрешения присутсвующих, мы отошли в сторону/
- Синьор Кальдерон.
- Серхио, только Серхио, Игорь. Я тебе уже дважды жизнь должен. Один раз за моего сына, второй за твою "операцию" в самолете, доктор. Ты сейчас вхож в мой самый близкий круг, наравне с близкими родственниками. Я этого никогда не забуду, долг крови священен.
- О' кей, Серхио, спасибо. Хотя, я спасал и свою шкуру. А теперь главное. Десять процентов наградных- это один миллион экю, то есть, по пятьсот тысяч каждому из нас. Я считаю, что премию за бандитов мы можем пожертвовать для монастыря аббата. А трофеи поделим между работниками аэропорта и пилотом. Я себе возьму только один Кольт 1911, видел там один хороший, да и патронов к нему и к этому Глоку- малышу, что снял с четвертого бандита. Кстати, а что за интервью ты там у него брал?
- Догадался все-таки. Задал ему пара вопросов и получил на них ответы. Теперь кое-кто в Нью Рино будет мне очень должен, запись есть.
- Ну, это твой бизнес, я на него не претендую. Сейчас мы едем в представительство ордена, потом отдохнем и завтра в полет снова, надеюсь, без подобных остановок.
- Я только скажу пилоту, чтобы он оставался ночевать в самолете. Не хотелось бы его оставлять без присмотра, как бы чего не вышло.
Мы зашли в помещение и Серхио объявил о нашем решении. Аббат воспринял это с достоинством, как само собой разумеющее, а остальные были неожиданно обрадованы. Не бог весть какое богатство приплыло им в руки, но все-таки... .
Мы не заметили, как речь Серхио запечатлели журналисты. После окончания сьемки глава журналистской братии сказал, обращаясь к нам.
- Это очень благородный поступок, господа. Все знают, что его преподобие все пожертвования тратит на нуждающихся. А ваш подарок работникам аэропорта, вообще, переходит все границы.
- Ну и что в этом такого необычного? Они ведь тоже натерпелись от бандитов. Пусть и у них будет некоторая компенсация за беспокойство.