Записки колдуна (СИ)
Я проснулся в холодном поту, остатки сна ускользали из воспоминаний, и лишь далекое ощущение осталось в памяти — мне приснилось мое прошлое, в этом не было никаких сомнений. Из-за того, что я дернулся во сне и вскочил, просыпаясь, Маэль также резко поднялась и тревожно глядела на меня. Воспоминание о произошедшем вызвало тепло в груди, которое дрожью растеклось по всему телу приятной рекой.
— Прости меня, я тебя разбудил, — проговорил я успокаивающим тоном, стараясь придать себе безмятежный вид.
— Что с тобой? Кошмар? — участливо спросила она мягким голосом, нежно глядя мне в глаза.
— Не смогу сказать, что именно это было, все какими-то обрывками.
— Память с тобой играет?
— Как сказать, — отвел глаза я, пытаясь нащупать нужную нить, — мне что-то приснилось, но что именно я не могу вспомнить совершенно, точнее сказать, осталось лишь одно стойкое ощущение — это было воспоминание, вот только о чем, я не знаю.
— Может, попробуем сферу воспоминаний? — предложила Маэль, я усмехнулся:
— Я не могу выбрать воспоминание, чтобы сфера его записала, но попробовать можно, вдруг произойдет так же, как в тот раз с темнотой, — ответил я.
Маэль встала с кровати вся такая грациозная и притягательная, без всего лишнего наслоения одежд, и пошла к полке со сферой.
— В любом случае надо попробовать, вдруг это поможет. — Она подошла ко мне и протянула сферу, потом отдернула руку, когда я потянулся за ней, — не из рук, я положу ее тут, а ты коснешься, как только сосредоточишься и будешь готов.
Она опустила сферу воспоминаний на пол и села рядом со мной, наблюдая любопытным взглядом за моим лицом, как будто хотела прочитать мои мысли. Я постарался сконцентрироваться на том ощущении, которое оставил этот сон и коснулся сферы, записав что-то на ее информационном поле.
— Я надеюсь, что все получилось, — сказал я.
Маэль только с нежностью посмотрела на меня и взяла мою ладонь.
— Я дам тебе минуту, а после вытащу, если этого не хватит, то ты точно сможешь вернуться к тому воспоминанию, которое получишь в случае успеха.
— Хорошо, — сказал я и поцеловал ее.
— Не смей прощаться. — Я поцеловал ее еще раз.
— Вот тебе и привет.
Я медленно потянулся к сфере и практически коснулся, оставалось не больше длины ногтя до него, но я колебался, возможно, всего несколько мгновений, но моя спутница это заметила и обхватила другую руку обеими своими ладонями. Это дало мне, то спокойствие, которого не хватало для завершающего действия, и моя рука проделала оставшееся расстояние.
Я вскочил в холодном поту с кровати с ощущением того, что мне снилось мое прошлое. От моего резкого движения проснулась Маэль, она тревожно глядела на мое лицо:
— Прости меня, я тебя разбудил, — слышал я собственный голос, хотя не говорил ни слова. Легко уловил в тоне притворное равнодушие.
— Что с тобой? Кошмар? — участливо спросила она мягким голосом, нежно глядя мне в глаза.
— Не смогу сказать, что именно это было, все какими-то обрывками. — Также звучал мой собственный голос, но я не прилагал никаких усилий для этих слов. Тут я вспомнил, что попал в сферу воспоминаний, и последующие реплики звучали уже где-то далеко, я огляделся: не сработало — сфера считала то воспоминание, которое оказалось ближе всего к тому, что я пытался вложить в нее, а именно — ощущение нужного события.
Я лежал на полу, над моим лицом была голова Маэль, а ее каштановые волосы спадали к моему лицу, создавая аллею каштановых волос. Сейчас мы были одни в этом мире, и связывал нас воедино тоннель из прекрасных густых волос. Может быть, она почувствовала то же самое, а может, не хотела меня торопить, но она не прерывала молчание, а лишь с долей беспокойства глядела в мои глаза. В основном излучала нежность всем своим существом. Сложно сказать, сколько мы так пролежали, хотя когда я решил встать, то увидел, что она сидела на кровати; почему мне показалось это важным в данный момент? Она все еще хранила молчание и глядела на меня; стало очевидно, что она не прервет молчания и ждет от меня слов, как только я оправлюсь.
— Нет, — помотал я головой с сожалением в голосе, — не получилось — я попал в воспоминание о пробуждении, уже после сна.
Маэль в разочаровании слегка опустила голову, но ее слова успокоили меня:
— Ничего, это была лишь попытка, ты сразу сказал, что тебе не за что зацепиться, поэтому надежды было лишь чуть — чуть.
— Я, правда, постарался максимально близко ко сну записать воспоминание, чтобы хотя бы по ощущению сфера его считала… не удалось, — сокрушался я.
— Все хорошо, раз тебе один раз приснилось какое-то событие из прошлого, то, может быть, снова приснится. В следующий раз запомнишь, — улыбнулась Маэль.
Увидев эту улыбку, я решил, что ни к чему винить себя в неудаче — это не имеет смысла.
— Давай двигаться дальше, время нам дорого вплоть до каждого часа. — Неожиданно нахлынуло на меня нетерпение.
— Да, разумеется, я готова, только давай все же перекусим на дорогу.
— Пожалуй, здравая идея.
Она протянула мне из запасов сушеное мясо и подала чашку до краев наполненную тавой. В глубине ящиков с провизией торчал знакомый фрукт. Из моего тела словно слили всю теплую, благоухающую воду с пышной пеной и растворенными солями, а вместо нее мгновенно залили холодной воды.
— Ты сказала, что мара’аха больше не осталось, — ледяным тоном произнес я эти слова. Лицо эльфийки вытянулось, а глаза широко распахнулись, светившись двумя холодными звездами на ночном небе ее лица. Она сглотнула и попыталась взять себя в руки, начала придумывать оправдания.
— Это… он последний, наверное, не заметила…
— Не ври мне, — жестко я ее оборвал. Слабый огонек в глубине ледяной пещеры моего сознания старался отогнать холод, пытался достучаться до меня. Сжимался при резких словах, но продолжал отогревать мою душу. Тщетно. Лишь чудом поддерживалось его пламя, которое в тот момент не имело власти над моими действиями. Все мое существо управлялось чем-то чуждым, враждебным.
Мои руки потянулись за заветным фруктом, а я предвкушал уже неземное удовольствие после его съедения. Но вдруг они наткнулись на препятствие в виде Маэль, которая отодвинула ящики провизии и встала между мной и неземным блаженством.
— Отойди, — звенящим, пронизанным льдом голосом сказал я. Эльфийка еле заметно сжалась.
— Нет, — также твердо ответила она. Ярость, ненависть наполнили меня до самого края.
— Отойди, — процедил я сквозь зубы и оттолкнул ее в сторону, приближаясь к познанию прелести удовольствия. Огонек внутри меня бился в бессильном отчаянии, стараясь отвадить от смертельного удовольствия, но ему не было топлива, чтобы разгореться с достаточной силой.
— Хватит! — крикнула Маэль и оттолкнула меня, затем взяла фрукт и съела его сама. Чаша терпения переполнилась, в безумном отчаянии я рылся в ящиках с провизией, чтобы найти ещемара’аха. Я рвал и метал, Маэль жалась в сторонке, наблюдая за моими действиями с нескрываемым страхом. Я развернулся в ее сторону. Уверен, в этот момент она увидела в моих глазах звериное безумие. Я замахнулся на нее рукой, надеясь припугнуть, но она не дернулась, даже не попыталась обороняться, тогда я со всего размаха ударил ее по щеке и тут же вся чаша ярости, ненависти и безумия опустела, а огонек здравомыслия получил нужное топливо, прогнав холод из ледяной пещеры. Остались лишь воспоминания, которые наполнили чашу эмоций сожалением, стыдом и чувством вины.
Трясущимися руками я коснулся эльфийки, которая лежала на полу, прикрывая рукой рассеченную губу. На пол капала ее кровь. Я пытался подобрать слова, но мысли дрожали еще сильнее, чем руки. От моего касания она сжалась, готовясь принять еще удар, закрыв лицо и голову.
— Пр-ос-с-сти меня, Маэль, — дрожащим, не слушающимся голосом попытался я успокоить любимую эльфийку. В глазах застыли слезы. Маэль подняла голову и посмотрела мне в лицо. В ее глазах отражалось презрение. Моя Маэль презирала меня. Дорожки слез на ее щеках полнились влагой. Молчание густым сиропом витало в воздухе. Тоска и боль мелькнули на лице самого дорого мне существа… вспышка на секунду отвлекла меня… Я лежу на траве в бескрайнем поле из желтых цветов. Кругом ни флатки, ни палатки, ни Маэль…