Паутина жизни (ЛП)
Внимание!
Текст предназначен только для ознакомительного чтения. Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчиков и редакторов строго запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала, кроме предварительного чтения, запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.
Мэри Калмз
Паутина жизни
(серия «Маршалы», книга третья)
Переводчики: Olivia Bedenik, Анастасия Цветочкина, Анастасия Сушкова, Татьяна Шишова, Даша Чудесатая, Саша Иванова, Алёна Мазитова, Анастасия Кошачкова
Редакторы: Нати Румата, Анна Бродова, Sarah Vali, Ekaterina Kamila, Ксения Солнцева, Татьяна Комар, Дарья Подшибякина, Евгения Белозерова
Корректор Ася Климанова
Русификация обложки Настёна Гунина
Перевод выполнен в 2020 году для группы https://vk.com/beautiful_translation
АННОТАЦИЯ
Миро Джонс живет полной жизнью: его работа заместителем маршала США захватывает и приносит удовлетворение; у него великолепный дом в пригороде Чикаго, любимая приемная семья и, самое главное, мужчина, который пленил его сердце, Ян Дойл. Проблема в том, что Ян не просто его напарник по работе — он солдат до мозга костей. Это обязательство отрывает его от Миро, часто и неожиданно, что бросает тень на все, о чем Миро мог только мечтать.
Без Яна работа уже не та. Дом тоже не тот, и Миро приходится сталкиваться со своими страхами в одиночку… Как держать себя в руках в офисе, как пережить надвигающиеся угрозы из прошлого и, что хуже всего, как продолжать жить без постоянного присутствия Яна рядом? Жизнь завязывается в узлы, но что, если для того, чтобы их распутать требуется нечто более постоянное? Жизнь Миро напоминает паутину, беспорядочное переплетение нитей. Что это будет означать для них с Яном? Миро застрял между плохим вариантом и… ужасным вариантом, и иногда единственный способ выбраться из такой паутины — это крепко держаться за свою спасательную нить и тянуть за нее.
ГЛАВА 1
ЕСЛИ Я ВЫЖИВУ, то сделаю все возможное, чтобы меня больше никогда не одалживали Управлению по борьбе с наркотиками.
Будь это обычным заданием, я бы сейчас мчался за своим напарником, Яном Дойлом, который как сумасшедший гнался бы за нашим подозреваемым. Но на этот раз я рьяно преследовал полицейского, встреченного всего неделю назад, который в нескольких футах передо мной огибал углы зданий, несясь вслед за убегающим агентом УБН. Если мы не схватим того прежде, чем он где-нибудь забаррикадируется, то мы с копом, скорее всего, будем покойниками. Неизвестно, насколько тот нечист на руку, и кто еще из членов его команды успел запятнать значок.
Я изначально ненавидел этих мудацких примадонн из УБН, и обычно это не доставляло особых проблем, но мой босс, главный заместитель маршала США Сэм Кейдж, находился в отпуске, а чмо, замещающее его, игнорировало золотое правило Кейджа о межведомственном обмене. Собственно, если только мы, маршалы, не руководили операцией, его команда не участвовала в такого рода играх. Впервые правило вступило в силу после того, как меня чуть не убили во время облавы, устроенной бюро. Без понятия, как ему это сошло с рук, но слово Кейджа — закон, и он не хотел, чтобы кто-либо из нас подвергался опасности со стороны членов команды, с которой мы работали. Оговорка «Никакого обмена» была железной.
Проблема заключалась в том, что Филлип «Зови меня Фил, дружище» Талл был всецело поглощен влажными снами о похвалах мэра и связях с общественностью. А поскольку самые громкие дела касались наркотиков… он почти мгновенно одолжил нас. Я оказался единственным, кому пришлось лететь на Западное побережье; все остальные получили назначение гораздо ближе к дому.
— Охереть как ненавижу Висконсин, — проворчал Беккер, хватая со стола шоколадный батончик и направляясь вместе с Чингом в Грин-Бей.
— По крайней мере, ты не едешь в Мэн! — крикнул Райан, а Дорси скорчил гримасу в знак солидарности, когда они вместе уходили.
Я был единственным, кто поехал в одиночку, потому что Ян, мой напарник-дефис-любовник-дефис-лучший друг и, вероятно, жених — трудно сказать, как он относился к этому слову, — находился на миссии вместе с остальной частью своей спецназовской команды, а не бежал изо всех сил рядом. Если я умру на этом задании, Филипп «Зови меня Фил, дружище» Талл, который изображал пальцами пистолеты всякий раз, когда говорил эту фразу, будет скормлен нашей собаке, начиная прямо с яиц. Никто не захотел бы связываться с Яном Дойлом, особенно когда дело касалось меня. Он был, мягко говоря, собственником.
СИТУАЦИЯ ВЫШЛА ЗАБАВНАЯ, правда. Меня одолжили УБН, чтобы помочь им, однако операция вдруг неожиданно изменилась, когда парень с жестким взглядом голубых глаз и еще более жестким, но красивым лицом вошел в бар Broken Record на Женева-авеню, где я после рабочего дня перекусывал омарами мак-н-сыр. Я часто засиживался допоздна, пока Яна не было рядом, потому что в его отсутствие мне не спалось. Я мог бы принять что-нибудь, но то была скользкая дорожка, по которой не хотелось в конце концов скатиться. Так вот, я сидел там, а коп подошел ко мне ближе — судя по походке, был он явно при исполнении — и уселся рядом со мной. Я уже приготовился завести светскую беседу, чтобы поприветствовать товарища по оружию, но тут он взял вилку, лежавшую перед ним на столе, и набил себе полный рот моей еды.
Я вздернул подбородок и посмотрел на него, а он произнес волшебные слова с полным ртом сырного добра.
— Элай Кон говорит, что я могу тебе доверять.
Поскольку упомянутый парень являлся моим коллегой в Чикаго, который перевелся к нам из Сан-Франциско и которому я доверял свою жизнь, я ждал, что еще скажет незнакомец. Использовать имя Кона для переговоров было умно. Очень весомый для меня аргумент. Следовало его выслушать.
— Я слушаю.
— Старший инспектор Кейн Морган, полиция Сан-Франциско. — Он показал мне золотой значок, несколько поношенный за свою жизнь, но Морган выглядел как парень, который с гордостью носит эти вмятины и царапины.
Не было нужды показывать свой значок. Он искал меня и, как ни странно, без труда нашел в многомиллионном городе, тем не менее я оказал ему любезность и представился.
— Заместитель маршала США Миро Джонс.
— О, я в курсе. Видишь ли, парнишка, у меня тут возникла одна проблема, и ты как раз в ее эпицентре. — В его словах улавливалось нечто ирландское, смутное напоминание о темном пиве и недоброжелательных людях.
Слышать о том, что ты оказался в центре чьей-то дерьмовой бури всегда неприятно, да и вообще, что не так у меня с этими ирландцами? От них просто никуда не деться.
— И в чем же твоя проблема? — не мог не поинтересоваться я после того, как нас сблизил Кон и макароны с сыром.
— Агент УБН, с которым ты работаешь, перевозит наркотиков больше, чем колумбийский картель.