Мой босс, соперница и я (СИ)
Отправляясь в местный бар на встречу с Дашей, я не ожидала увидеть там и свою соперницу. Лика сидела, закинув нога на ногу, за стойкой и потягивала зеленый смузи. Рядом стояла тарелка с салатом, по виду «Цезарем».
— Сегодня трапезничаете вместе? — хмыкнула Даша, поглядывая на нее.
— Как видишь, — я тоже усмехнулась.
Хотелось бы отсесть от Лики как можно подальше, но не вышло: в этот час в баре было полно народу. Поэтому пришлось занимать столик совсем рядом с барной стойкой.
— И почему жизнь так несправедлива? — донесся до нас печальный вздох моей конкурентки. Обращалась она, по всей видимости, к молодому бармену, поскольку он сделал внимательное лицо и улыбнулся с вопросом в глазах.
— Что случилось? — совсем тихо спросила меня Даша. — Чего это с ней?
— Акулов дал нам задание сделать перевод, каждой свой, — пояснила я так же шепотом, — а у нее с этим, похоже, проблемы. Даже гугл-переводчик не сильно помогает.
Даша, чтобы скрыть смех, схватилась за стакан с соком и сделала несколько глотков.
— Интересно, как она собирается выкручиваться? — произнесла потом. — Тут уж тебя не подставишь никак… Похоже, час справедливости настает…
— Хотелось бы верить в справедливость, — я вздохнула с улыбкой, — но давай дождемся вечера…
— Вот что делать молодой красивой и одинокой женщине, которую бывший муж-козел бросил без средств к существованию? — вклинился в наш разговор снова голос Лики. — И больше никто, ни одна живая душа не хочет помочь! Себя продавать?
— Муж, конечно, козел, — вежливо согласился бармен, — но ты ведь работаешь, вроде… Иначе тут бы не сидела.
— Да какая тут работа… — ее тон стал обиженным. — Дерут три шкуры и даже премию новогоднюю не хотят выплатить. Голый оклад, понимаешь? И никто не хочет войти в мое положение… Никто… А мне ведь за квартиру платить нечем… И машину надо менять… И сапоги, вон, не мешало бы новые купить…
— Ага, а еще колечко и платьишко, — шепотом добавила Даша, ухмыляясь. — А работать ой как не хочется… Не удивляюсь, что ее муж бросил. Небось довела его наша богиня своими претензиями.
— Сочувствую, — бармен отвечал Лике уже машинально, переключившись на протирание стаканов.
— Мне кажется, она надеется захомутать Акулова, — продолжила Даша. — В этом весь ее грандиозный план.
— Все может быть, — не стала спорить я, вспоминая, как та стелется перед гендиректором.
— А он как? Ведется?
— Не знаю, пока не понятно, — ответила я. Почему-то разговор на эту тему стал меня утомлять и даже немного раздражать. — Но мне кажется, они были знакомы… Ну или Лика сама его точно хорошо знает.
— Конечно, знает! — уверенно заявила Даша. — Пусть и не лично. Она ведь здесь не по конкурсу, значит, ее кто-то пропихнул. Любопытно кто? Но думаю, кто-то близкий генеральному или совету акционеров, иначе она бы не чувствовала себя так вольготно и не вела себя настолько нагло. Как бы мне хотелось это узнать… Жаль, что я мало общаюсь с девочками из отдела кадров, вдруг они в курсе?
Мне на это нечего было ответить, потому я с сожалением пожала плечами и перешла к десерту: творожному желе.
А Лика между тем уже что-то сосредоточенно изучала в своем айфоне. А в следующий миг ее лицо озарилось улыбкой, она тотчас подхватилась с места, даже недопив свой смузи, и куда-то умчалась.
В приемной в этот раз она появилась позже меня, но выглядела уже расслабленной и даже довольной. Неспешно разделась, сделала себе очередную чашку чая и, сев за свой компьютер, принялась крутиться на стуле. И никаких поползновений в сторону брошенного перевода. Вместо этого она зашла на сайт какого-то интернет-магазина и стала бродить по нему. Меня прямо подмывало поинтересоваться, сделала ли она свою работу, но я промолчала: что-то не было настроения с ней препираться.
Где-то через час Лика совсем повеселела, даже стала напевать какую-то песенку себе под нос, а с ее лица не сходила довольная улыбка. Неужели придумала, как «отмазаться» от перевода? Я сама к этому времени тоже успела все перевести и позволила себе немного расслабиться, изучая сайт с продажей щенков и котят.
Акулов вернулся в половину пятого.
— Что с переводами? — спросил сразу.
— Все в… — начало было я, но Лика меня перебила.
— Все сделано, во всяком случае, с моей стороны. Отправила вам назад на почту еще полтора часа назад, — отрапортовала она.
Похоже, Акулов был удивлен этому не меньше меня, потому что выдержал паузу, прежде чем произнести:
— Отлично, — и перевел взгляд на меня. — Что у вас, Татьяна?
— Я тоже свой документ отправила вам, — ответила я, пытаясь справиться с ошеломлением. Как? Как у нее это вышло???
Акулов коротко кивнул:
— Благодарю. Можете набрать Панкову и сказать, что я уже готов его принять.
— Никита Романович, — елейным голосом приговорила Лика, — не могли бы вы уточнить, кому именно относится это поручение? Ко мне или Татьяне?
Акулов сперва окинул ее задумчивым взглядом, словно колебался в принятии решения, затем все же ответил:
— Татьяне. А вы сварите мне кофе. Только, будьте добры, не такой сладкий, как в прошлый раз…
Глава 8
Третий день, и я снова опаздывала. На это раз подвел автобус, который заглох посреди дороги. Пришлось месить снег до ближайшей станции метро, из-за чего потерялись пятнадцать минут. К офису уже летела на всех порах, вбежала в холл, увидела открытый лифт и прокричала почти на последнем издыхании:
— Подождите, пожалуйста!
Мою просьбу выполнили, придержали дверь. И только заскочив внутрь, я увидела, кто он, мой спаситель. Акулов. Никита Романович. Мой босс.
— Здрасьте, — вырвалось у меня растерянное и совсем несолидное.
— Доброе утро, — Акулов нажал на кнопку нашего восьмого этажа, и лифт тронулся.
Я все ждала какой-то реплики о моем опоздании, но гендиректор молчал, только с интересом смотрел на меня и пил кофе из бумажного стаканчика. Я же уставилась на окошко со сменяющимися цифрами этажей: третий, четвертый, пятый, шестой… Шестой… Шестой. Лифт дернулся и остановился, свет, к счастью, не погас, но заметно потускнел.
— Мы что, застряли? — спросила я обеспокоенно.
— Похоже на то, — с раздражением отозвался Акулов.
Он вначале попробовал нажать на другие этажи, что, конечно же, не увенчалось успехом, после чего ткнул в кнопку с вызовом мастера.
— Это Акулов. Лифт застрял, снова и все тот же, — жестко произнес он в динамик. — Почему до сих пор не починили? Немедленно пришлите мастера, я спешу.
— Сейчас, Никита Романович, — пискнул динамик в ответ и замолк.
— На прошлой неделе именно этот лифт уже застревал, притом с одним очень важным партнером, который шел ко мне на переговоры, — пояснил Акулов уже мне, делая глоток кофе. — Пришлось задержать переговоры на пятнадцать минут.
— Да, неприятная ситуация, — отозвалась я, робко улыбаясь. Акулов пока ни разу не обращался ко мне с такой длинной фразой, да еще и не касаемо моей работы.
— Вы не боитесь замкнутых пространств? — спросил он дальше. — Как переносите такие ситуации?
— Да, вроде, неплохо, — ответила я. — Неприятно, конечно, но терпимо. Хорошо, что свет есть…
Акулов неопределенно кивнул и вновь сделал глоток из стаканчика, меня же, глядя на это, словно черт дернул за язык:
— Никита Романович, а вы принципиально не просите меня делать вам кофе? Боитесь, что снова разолью его вам на компьютер?
— А вы не разольете? — его взгляд стал испытующим и чуточку насмешливым, и от этого еще больше смущающим.
Я отвела глаза, а он продолжил:
— Признайтесь уже, что это сделали не вы, а Лика.
— А что это изменит? — тихо спросила я. — Было и было…
— Почему же ничего не изменит? Тогда и вы будете готовить мне кофе…
— Звучит так, будто это привилегия — готовить вам кофе, — я почему-то услышала в его словах намек на флирт или чего похуже. Сразу вспомнилась причина моего увольнения с прошлого места работы и стало не по себе: неужели Акулов такой же?