Как достать босса? (СИ)

— Внимательнее следить нужно за своей телкой, жопа у нее ничо так.
— Ты кого жопой назвал? — Оля не расслышала слова и полезла бузить, да так активно, что только успел схватить свою мегерку за талию и приподнять в воздухе.
— Да она у тебя еще и шибанутая.
— Домой.
— Уйти прочь, чудовище, веселье только начинается!
— Оно уже закончилось, прощайся с друзьями. Друзья, до скорых встреч.
Специально поднимаю руку Оли, машу ею, а она продолжает вырываться.
— Уваров, я тебе сотню раз говорила, чтобы ты отвянул, почему ты такой тугой?
Я готов крушить все на своем пути, пока пробираюсь со своей ношей к выходу. А есть смысл сейчас ей зачитать лекцию о том, что бывает с безрассудными девицами, которые не контролируют алкоголь. Напомнить, где они утром просыпаются?
— В машину, быстро!
— Не буду, я на такси поеду.
— В машину, быстро запрыгнула, или сейчас вот этим ремнем привяжу и не шелохнешься.
— Ты — тиран, Уваров!
— А ты далеко не принцесса, даже на Золушку не тянешь, — фыркаю злобно.
— Ой, ой, какие мы злые.
Покорно забирается в салон автомобиля, я сильнее сжимаю губы, когда вижу, какого цвета ее трусики. Гадина мелкая, урыл бы сейчас, но вот толку?!
Сажусь за руль, а Оля сбросила босоножки и ноги длинные вытянула так, что я не горел желанием сейчас же стартовать с парковки.
— Доволен?
36 глава
Александр
— А чему я должен радоваться?
Поворачиваюсь к ней вполоборота и отмечаю в ее глазах насмешку. Пьяная, пьяная, но свои замашки троля никуда не дела. Я не понимаю себя, не понимаю свое сердце, не понимаю, почему именно в такую я влюбился. Да она же из меня все силы вытянула, все нервы пинцетом издергала, а я не могу выбросить ее из головы. Были мысли наплевать на все, отпустить, научиться жить дальше, но вторая половина, которая живет по своим законам, твердо стоит на своем, а порой кричит: «намотал сопли на кулак и вперед к своей цели». Неплохая стимуляция, работает, но все чаще стал замечать, что мои нервы желают получить дозу витаминок.
— Пришел весь такой расфуфыренный в местную забегаловку, навел шороху, все шлюшки слюнями захлебнулись. Показал подчиненным, кто в этот момент «доминант».
— Оль, вот не мели чушь, лучше сиди молча и не отвлекай меня.
— От чего не отвлекать, Сашенька? У тебя настроения нет? Какая прелесть, — ерничает дальше, а я закипаю, боюсь, что мой мозг взорвется от этой глупости.
— Я тебя предупредил, только попробуй что-то отколоть, — делаю голос тише, а смотрю слишком недовольно.
— Боюсь, боюсь. — Фырчит привычно моя девочка и незатейливо стучит ладошками по обнаженным ляжкам. — Езжай с ветерком, душа желает продолжить приключения.
Рука Оли тянется к радио, включает первую станцию и вливается в ритм очередного хита Ольги Поляковой. Блять! Королева ночи! Вот уж действительно. Да она еще и подпевает!
— Оль, ты не устала? — Прячу свои нервы в коробочку и мирно спрашиваю у этой неугомонной егозы.
— Уваров, еще нет двенадцати, чтобы я превратилась в тыкву, а ты в крысу, давай, мой герой, езжай по ночному городу, да с ветерком, у меня сегодня еще час дня рождения остался, дай его провести весело.
— Окей.
Действительно, окей. Желание Хельги для меня — святое дело. Я покорно завожу движок и стартую со стоянки. Мне очень сложно не пялиться на ее ноги, да и вообще, не вникать в то, что она ритмично, под музыку, шлепает ладошками по ногам и подпевает каждому следующему певцу.
— Останови!
— Мать твою!
Я в последний момент ловко сориентировался, чтобы на автомате не нажать тормоза. А так бы влетела эта певунья в лобовое стекло, не факт, что ремень бы помог. Я не бушую до того момента, пока не ищу место для парковки. Лишь когда заглушил движок, поворачиваюсь к Оле и рычу:
— Кто так делает?
— Вот ты — нервный, — смеется ответ и пытается вырваться на волю. — Давай, выпускай, даме нужен свежий воздух.
— Оль, ну куда ты опять?!
Мне пришлось выпустить эту заразу на волю, выскочить самому и плестись по пятам, пока она пыталась сфотографироваться на фоне огромных фигур из цветов.
— Уваров, иди сюда, так уж и быть, один кадр потрачу на тебя. Хорошо, что сейчас эра цифры, не жалко такого добра.
— Вот уж одолжение, так одолжение, — кланяюсь и отворачиваюсь.
Неожиданно чувствую, как ладони Оли скользят по моему животу. Напрягаюсь, понимаю, что это может быть очередная девчоночья шутка. Но когда пальцы Оли неприлично ныряют под ремень, я настораживаюсь.
— Оль, — накрываю ее ладони своими, не давая возможности пробраться глубже, она зря играет со мной в такие игры, — может, хватит?
— Ты такой напряженный, — выглядывает из-за моего плеча и смеется, стерва.
— Не провоцируй меня, — говорю пока что спокойно, но внутри-то уже давно все на взводе.
— А если мне нравится это делать?
— А если я тебя прямо в машине?
Я в бешенстве, она доиграется, если будет так дальше испытывать мое нерезиновое терпение.
— Мммм, это не предел моих мечтаний, но что-то в этом есть…
Продолжает прикалываться или что это? Поворачиваюсь к Ольге, смотрю ей в лицо и замечаю долю смущения, ведь она уже больше не смеется, а просто рассматривает мою испачканную помадой рубашку.
— Опять не отстирается, — вздыхает критично.
Так быстро тему меняет, что я просто не успеваю ориентироваться в этом потоке.
— Оль, давай домой?
— К тебе?
Я удивленно нахмурил брови, не веря своим ушам. Нет, это просто слуховые галлюцинации, не больше.
— Ты этого хочешь?
Оля ничего не говорит, она нетвердой походкой идет к автомобилю. Я же понимаю, что это всего-навсего блажь пьяной девчонки. И меня ждет очередная бессонная ночь рядом с ней. Вот чувствую, что отрубится и в этот раз. Но я ничего не имею против, я только рад, что попадет в мои лапы вся.
К моему дому едем молча, даже радио выключили. Оля смотрит в окно, я же старательно слежу за дорогой.
— Приехали. Ты уверена?
Зачем я это спрашиваю? Дурак.
— Зануда.
Швыряет это слово мне в лицо и выскакивает из автомобиля, не ждет меня, а идет к подъезду. Я стою среди улицы и вижу, как она пытается расстегнуть замочки на босоножках, как едва ли не сваливается на лавочку, но уперто делает свое дело. Качаю головой, взывая к небесам, чтобы даровали терпение. Его мне нужно в излишестве, чтобы терпеть эту норовистую девочку.
— У тебя есть полотенце и халат, хочу помыться.
И я ей охотно верю, потому что она стоит на асфальте босая, босоножки валяются у ног. Неужели забыла он их?
— Поищем, а теперь бегом в дом.
Забыла, потому что спешит к двери и не реагирует на то, что я напоминаю об обуви. Беру «потеряшек» сам, спешу за Олей, открываю дверь и вижу, как не вызывает лифт, а просто поднимается по ступеням.
— Ванная здесь, я сейчас принесу тебе полотенце и халат.
Оля продолжает молчать, идет в указанном направлении, распахивает дверь и несколько секунд стоит на пороге, словно что-то ждет. Я же чувствую себя, впервые за долгое время, растерянным. Я даже не представляю, что творится в голове у этой стервы, какую цель она преследует. В квартире прохладно, но я испытывают дискомфорт от того, что по венам бушует кровь. Взял бы ее без остатка в этот момент, даже такую пьяную, болтливую, но опять чертова сдержанность меня останавливает. Я изучил ее, казалось бы от А до Я, но нет. Я и половины не могу предугадать, что в следующий момент отколет Хельга. Ее настроение переменчиво, как погода весной — факт.
Вваливаюсь в спальню, забываю с какой целью. Стою среди комнаты, пялюсь на кровать, а мысли все о той, прошлой ночи, о том, какая она, Оля, взъерошенная тогда была после гулянки. Полотенце и халат! Словно кто-то невидимый меня толкает в спину, а я вспоминаю об обещании.
— Полотенце и халат.
Кладу вещи на стиралку, захлопываю дверь, стараясь не смотреть и не слышать, чем она там занимается. Во рту пересохло. Ищу воду, жадно пью и смотрю в окно. Скоро двенадцать, а я понимаю, что сон давно помахал мне рукой. Мне нужно собраться с мыслями, но мысли все о ней, о том, что лопну, если не буду с ней.